Допустим, произошло событие. Рядовое такое событие, недостойное пера великих авторов.
Но, предположим, только предположим, что они, эти великие авторы, вдруг бы об этом написали? Как бы это выглядело?
Допустим, женщина стала готовить блины, и что-то пошло не так: сожгла, не допекла, много соли, мало сахара. То есть — фейл как он есть. Вот об этом и пофантазируем.
Гиляровский. Гиляровский, как, возможно, многие знают, известен прославлением Москвы и москвичей конца 19 - начала 20 века. И в частности — кулинарных пристрастий, например, купечества.
Итак, блины по гиляровски:
«Обед»
На Масляной неделе Марьюшка Кошкина, молодая московская купчиха, вознамерилась самолично порадовать своего новоиспеченнго мужа, купца Кошкина, блинами, какие подавались в трактире Егорова. Блины эти были румяные, пышные, корочка так и хрумтит, да с разными начинками: тут тебе и розовая сёмга с угольниками лимона, и янтарный балычок, и лососинка живенькая, Петербургская, и налимья печёнка.
Да поставить на стол серебряные тарелочки с серой зернистой и блестяще-чёрной ачуевской паюсной икрой.
И ко всему этому подать холодную смирновку во льду…
Марьюшка взошла на кухню и огляделась: эти все жбаны и сковородки для приготовления блинов были ей незнакомы. Рядом крутилась девка Параська и мешала Марьюшке сосредоточиться.
Слыхала Марьюшка от своей мамки-няньки Киреевны, что пекутся такие блины на печи, не переворачиваются, оттого и такие пышные бывают.
Перво-наперво, надо поставить опару. Марьюшка оглядела кухню. Опары нигде не стояло.
— Параська, где опара? — крикнула Марьюшка.
И забегала девка Параська, а с ней и кухарка Анисья: ставили опару, отдельно взбивали белки, месили, тёрли тесто. Упарилась Марьюшка ждать, пока спекутся блинцы.
А Параська с Анисьей мазали сковороды маслом, ставили в дровяную печь…
— Шли б вы, матушка, в комнаты, отдохнули ба, а то неровен час опалит вам кружавчики-та… А мы тут сами, — погнала Марьюшку от печи раскрасневшаяся Анисья.
Марьюшка поднялась в комнаты и прилегла отдохнуть перед обедом.
К четырём часам пришёл муж, уселся за стол.
— Параська, неси блины, — крикнула Марьюшка.
— Да какие блины, помилуйте, отобедать сперва надо. Кто блины на пустой желудок ест? — загудел муж.
Марья вздохнула, но делать нечего — велела подать закуски — провесной окорок, нарезанный тонкими ломтиками, сёмга под водочку. Подали дымящуюся селянку со стерлядкой, да под расстегаи.
— А теперь и блинцов извольте, — разулыбалась Марьюшка, когда муженёк принял третью стопку водки и изволил зачерпнуть ложкой паюсную икру. — Параська, давай блины.
Параська заспотыкалась и понеслась в кухню. Вынесла блюдо и устроила его посреди обеденного стола.
Купец Кошкин минуту ошалело смотрел на блюдо. Тяпнул смирновки и спросил:
— Это что такое?
Параська пискнула и убежала. Марьюшка отошла от потрясения и заорала на лестницу:
— Анисья!!!
Кухарка Анисья прибежала, вытирая красные распаренные руки о передник.
— Что ты, чёртова баба, наготовила? — накинулась Марьюшка.
— Да это, барыня, не поспеваю я… То одно, то другое. Одна я, Параська, дура безрукая, ещё и чугунок уронила, Вот я и не углядела — подгорели маленько… — торопливо бормотала Анисья.
— Подгорели? Маленько? Да тут угольки одни! Экая ты безрукая.
Кошкин сдёрнул с груди салфетку, стряхнул с бороды крошки.
— Пойду посплю. В семь разбуди, — коротко сказал жене и потопал вон из столовой.
Марьюшка грустно смотрела на горелые блины и горевала, что рано ушла с кухни и не уследила за Анисьей. Уж тогда бы блины получились, как положено: пышные да хрусткие. Ничего, вот будет лето — приготовит любимому мужу хлодник, польский, со сметаной. Уж тогда порадует его!
Зощенко. Зощенко — мастер короткого рассказа. В его рассказах мы можем видеть комический образ героя-обывателя с убогой моралью и примитивным взглядом на окружающее, так написано в Википедии. Но это образ. А темой рассказа часто были очень злободневные проблемы общественной жизни: безответственность, скупердяйство, трусость, преданность идеалам революции.
«Блины»
Маша Гвоздикова была, конечно, ничего себе особа — симпатичная. И может даже удачно смогла бы выйти замуж. Но как-то всё не складывалось у неё. Потому что мужику что надо? Вкусно поесть после трудового дня. А Маша готовить она не особенно умеет. Плохо готовит, если честно. Говорит, что кастрюли всякие и сковородки отвлекают её от успехов мирового социалистического движения. И она, как комсомолка, не может тратить своё важное для республики время на это мещанство. И предпочитает кушать в 1-й столовой горпромпищеторга.
И познакомилась она как-то на комсомольском собрании с неким молодым человеком. А он и скажи:
— Всем вы, Маша, хороши, и идеологически правильно воспитаны. Если бы ещё и блинками меня угостили - женился бы сразу. Завтра бы и женился.
Маша, конечно, несколько удивилась таким мещанским заявлениям, но замуж всё же планировала выйти. И решила, что ради такого расклада она готова и блины испечь.
И вот она печёт блины. А, между прочим, не особенно она помнит, как их печь. И делает всё наугад и неаккуратно. В результате чёрти какие блины получились. Не особенно то есть хорошие и аппетитные они вышли.
И, конечно, кавалер не очень высоко оценил такие её старания. И не женился. Не только что сегодня, а вообще не женился.
Что мы можем сказать об этой ситуации? Какие вынести полезные выводы? Я думаю, во всем виновата буржуазия. Она развратила умы наших будущих комсомольцев и привила им ложные империалистические мещанские принципы. Где это видано, чтоб на восьмом году революции отказаться от создания молодой советской семьи с комсомолкой из-за блинов? Это, товарищи, надо дорабатывать и не пускать на самотёк.
Маяковский. Певец революции и так далее. Все в школе проходили. Поэтому сразу к делу (тут, пардон, только картинками для сохранения "лесенки",):
«Свидание»
И ещё один автор, о котором хотелось бы сказать. Это очень известный в узких кругах мастер слова Д. Чёрный (не путать с А. Белым - это другое извращение). Его творчество неплохо изучено @Brainy . Поэтому сразу приношу свои искренние извинения, если изучатель и пропагандист творчества Д. Чёрного (не путать с Д. Бедным, это снова не оно) не найдёт и капли сходства моего текста с, безусловно, самобытным и талантливым стилем означенного автора.
Итак:
«От така хуйня, малята…»
Что такое блины, спросите вы. А я вам скажу: это такая круглая хуйня, которая не просто так, а чтоб всем было заебись. А которым не заебись — то идите на хуй со всеми вытекающими далеко идущими последствиями.
И вот, допустим, некая гипотетическая Маша решила, что она умеет печь блины. Так бывает, что в голову лезет всякая дичь, но мы не об этом.
И вот эта самая Маша, так, в жизни, может и нормальный человек. А тут её понесло в кулинарию. Ну не умеешь — не лезь, потому что не каждому дано из вот этих вот троеблядских продуктов изготовить что-то, от чего не будет блевать каждый второй. Потому что у каждого второго от хуевой жизни к сорока годам и язва, и гастрит, и вы сами понимаете — понос и несварение на ровном месте.
И вот Маша берёт продукты и засовывает их все, допустим, в кастрюлю, потому что по глупости своей не знает, что делать это надо аккуратно и не всё сразу, и предварительно почитав, как это делают знающие люди. Потому что если это делают знающие люди, а не вот эти вот повара от бога, то это вкусно шо пиздец. Сукаблять.
И получается у Маши некая субстанция. Которую мы, необразованные или слабо образованные придурки всех мастей зовём блинным тестом. И хуярит на сковородку. Которая тоже должна быть не вот такая, а совершенно другая, о который вы, малята, может и слышали, но вряд ли видели в своей короткой жизни. Заебись должна быть сковородка, а не вот это вот всё.
И получается, как мы видим, совсем не блин. А нагретое, мать его, дерьмо из жидкого теста. Ладно, допустим, прожарка вам, гурманам не нравится. Но, может вкус победит и наш и ваш скепсис? Хуй там угадали. Вкус тоже на любителя помойного экстрима, ну вы знаете.
Делаю вывод. Не умеешь — сиди на жопе ровно и не отсвечивай. А то может и прилететь в яблище за некачественный конечный продукт и перевод средств на твои идиотские хотелки.
Вот такие получились литературные экзерсисы на масляной неделе.
Так вот. Масленица -- это не только блины, но и песни-пляски, потому как зиме конец. А также ритуальное сожжение на костре. Вот об этом пост.
Вот, к примеру, будущий костер и я на нем (Николо-Ленивец, архстояние хрен знает сколько лет назад). Нет, меня не сожгли, как можно было бы подумать.
А вот, познакомьтесь, слева та самая Натаха (с чемоданом ) отсюда
Немного подробностей: в ту масленицу мороз был градусов двадцать, а надо было не только шариться по территории часа три-четыре без пунктов обогрева и с одним туалетом на морозе на всех присутствующих, но еще и петь. Мы для того и приехали. Поэтому грелись как могли. Из сугрева -- только водка. Так что контингент был сплошь нетрезвый и веселый. И ту огромную ракету с прикрученной к ней масленицей жгли тоже весело: грелись.
И да -- БЛИНЫ тогда раздавали всем бесплатно! Но мало.
Поезда ─ это, я вам скажу, отдельное приключение. Особенно плацкарт.
Мне как-то исключительно везёт: ни разу не обокрали и не избили. А так, конечно, ситуации случались.
Вот, допустим, едем мы в Карелию. Садимся в поезд в Москве, всё честь по чести, всё по правилам. Охранники, рамки, собаки… Идёшь по вокзалу, как по прифронтовой территории: вроде и не стреляют, и не взрывается пока, но проверяют до трусов. А мы что везём? Коврики тканые и печенье. Сдобное. Стыдно даже за такое отсталый багаж. Стражам порядка и не возбудиться особо не на что на предмет предотвращения. И чувствуешь, что ничего не смог сделать для облегчения ситуации.
И вот сели в вагон. Вагон полупустой: то ли никому не надо в Карелию в это время года, то ли потому что все предполагают погрузиться в вагон по дороге, и до Москвы ехать не затрудняются.
Сидим, ждём отбытия. Достали печенье. Теперь сумку можно и убрать в ящик под сиденьем. Хорошо, убираем. Я открыла свой ящик — пусто. Поставила сумку.
Моя спутница, пусть будет Натаха, тоже открыла свою полку ─ а там чемодан. Нет, там ЧЕМОДАН. Который занимает всё место, и Наташе некуда приткнуть свою хилую сумочку с ковриками.
Может, кто-то скажет: «Могла бы и на верхнюю полку свою сумку кинуть». Может и так. Но Натаха придерживалась того мнения, что раз ей положено место тут ─ извольте предоставить. И стали мы оглядываться и опрашивать ближайших соседей на предмет установления хозяина и дальнейшего перемещения багажа.
Никто не признаётся. Пригласили проводницу ─ мол, не забыл ли кто? Мало ли дураков рассеяных.
А между тем поезд тронулся. И поехал по направлению на север. Проводница говорит:
─ Может, это кто-то прощался с провожающими и ещё не успел прийти. Давайте ждать.
Подождали. Нет никого. Проводница выдвинула другое предположение:
─ Может, ─ говорит, ─ кто-то запровожался и проворонил отправление проезда. И теперь звонит во все инстанции, чтоб ему имущество вернули. Подождём, ─ говорит, ─ мне начальник поезда скажет обязательно, что у меня в вагоне беспризорный багаж.
Сидим, ждём. Никто ничего не сообщает. И тут гражданка из соседнего купе, особо озабоченная безопасностью, заявляет:
─ Это свободно может быть и бомба. Кто-то специально поло-жил и ушёл, чтоб самолично не травмироваться. Сейчас такие случаи свободно могут быть. Собак на вокзале видели? То-то. Это они бомбы вынюхивают.
─ А что ж тогда эту не вынюхали? ─ резонно возразила Натаха.
─ А может, это новая бомба, собаке лично не знакомая, вот псина и затрудняется её идентифицировать. Надо срочно сообщить правоохранительным органами и покинуть вагон.
Наташа сомневалась в таком скоропалительно решении.
─ А давайте, ─ говорит, ─ я щас при всех посмотрю, что там, а вы потом будете свидетелями, что я ничего не украла.
─ А если там бомба и взорвётся ─ то и тем более никто тебя не обвинит, — соглашаюсь я. ─ Смотреть будем вместе, мне тоже интересно.
Соседка заволновалась и пригласила снова проводницу.
─ Вы погляньте, что они задумали! ─ наябедничала она проводнице. ─ Мы сейчас все взлетим на воздух, и я не попаду на день рождения к моему любимому племяннику. Вызывайте, ─ говорит, — начальника поезда! Или я отказываюсь ехать и дёрну стоп-кран!!!
Хорошо, пришёл начальник поезда и с ним два каких-то гражданина в фуражках. Грустно и издалека посмотрели на чемодан.
─ На следующей станции пригласим собаку и специалистов. А пока покиньте помещение, ─ и ушли. С проводницей.
Минут десять мы ждали, когда нас прогонят прочь. Никто не прогонял.
─ Я никуда не пойду, — сказала Натаха, ─ чтоб эти незнакомые вещи вместе с чемоданом никто не спёр. А то пострадаю безвинно. Вдруг там не бомба? А просто хозяин лопух?
─ А если явится хозяин ─ чтоб мы знали, какая тварь виновата в дом кипеше. И смогли вынести устное порицание нарушителю, — добавила я.
Так и договорились. Соседка, между прочим, тоже никуда не ушла: ей было интересно, как будут разворачиваться события.
Сидим дальше. Ждём станцию и собаку со специалистами.
─ А я, может, на бомбе сижу, ─ хихикнула Натаха.
─ А давай послушаем — может, там механизм тикает, ─ предложила я.
─ Там может, и нет механизма. Который тикает. А я зато остановлю разлёт осколков этой закрытой полкой. Ценой своей жизни, ─ снова хихикнула Натаха.
Посидели ещё минуту.
─ Да это обычный чемодан, ─ подскочила нетерпеливая Натаха, ─ счас посмотрю и выброшу к чертям этот чемодан, я устала, я хочу спать.
Мы вдвоем открыли ящик.
─ Может, не надо… ─ малодушно попыталась вмешаться соседка, но никуда не ушла.
Мы несколько секунд прислушивались: часовой механизм молчал. Наташа взялась за язычок молнии и потянула. На пару сантиметров. Тишина. Из отверстия поглядывал пакет. Мы рассмотрели пакет.
─ Я проволочек не вижу, ─ констатировала Натаха.
Соседка привстала и попыталась рассмотреть со своего места. Снова села.
Я взялась за язычок и подтянула ещё сантиметров на десять. В отверстии показалась книга.
─ Да нет там ничего! ─ разозлилась Натаха и полностью расстегнула чемодан.
Соседка не выдержала и тоже встала посмотреть.
В чемодане лежали обычные вещи: книга, пакеты, провод тоже был.
─ Это фен, ─ определила Натаха.
Мы несколько разочарованно смотрели на содержимое чемодана.
─ А что это вы делаете!! ─ возмущённо воскликнул кто-то.
Мы оторвались от злополучного чемодана: рядом стояла тётка лет шестидесяти и набирала воздух для нового возмущённого вопля.
─ Бомбу ищем ─ опередила её Натаха.
Тётка так и осталась стоять с открытым ртом. Закрыла. Заглянула в ящик.
─ Какую бомбу? — растерянно спросила, наконец.
─ А мы откуда знаем? ─ пожали мы плечами. ─ Лежит ничейный чемодан. А там свободно может быть бомба. Вот, ждём собаку и сапёров на следующей станции.
─ Нет там никакой бомбы, это мой чемодан!! ─ снова было бросилась возмущаться тётка.
─ А вы тут не орите, ─ одержала её Натаха. ─ Может, вас, как особо опасную преступницу, вместе с чемоданом ссодют на следующей остановке и поведут разбираться.
─ И оштрафуют, ─ вступила в переговоры соседка, ─ за нарушение правил перевозки. Зовите проводницу! — разбушевалась она.
Прибыла проводница, и всё выяснилось. Ушлая тётка имела койко-место в соседнем вагоне. И имела много вещей. А чтоб не затаскивать их на самую верхнюю полку, решила положить в свободный ящик. Свободным оказался как раз под Натахиным местом. Положила и ушла к себе располагаться для дальнейшей поездки. Такая вот наглая и недальновидная особа.
Собаку и специалистов пришлось отменить.
А жаль, очень хотелось посмотреть на собачку.
А чемодан тётке пришлось забрать. Мы были категорически против присутствия в нашем купе этого проклятого чемодана.
─ Надо было выкинуть, чтоб знала! ─ ворчала Натаха. ─ А что? Мы обязаны охранять?
Я её успокоила, что мы бы и выкинули, но не успели ─ она сама пришла. Наташа несколько успокоилась, и дальнейшую дорогу мы ехали без происшествий и кушали печенье с чаем.
Сегодня принесла вам снова культурную музыку. А не какие то там басы и вопли, как будто коту яйца прищемили. Не-е-ет, тут они красиво поют, по всем правилам научного вокала.
Раз пошла такая пьянка -- то и нате. Начнем новую ветку с текста. Исключительно правдивого и автобиографичного.
Первый блин
Кулинар я так себе. И что характерно — готовить не люблю с детства. И всякое там приготовление пищи вызывает у меня головную боль.
А тем более — блины. Мать моя была благоразумной и максимум заставляла меня чистить картошку. И то, скажем, оставалась недовольна геометрическими формами почищенной картошки.
До блинов меня не допускали. Потому что — а чего там хорошего ждать? Тут, будьте уверены, не один блин, а все будут комом. То есть абсолютно все. Но, конечно, если кто-то любит пережаренные комки из полусырого теста — то и пожалуйста, будьте любезны. Но моя семья была ортодоксальной и блины предпочитала традиционные: тонкие и ровные. Преимущественно круглой формы и не совсем горелые.
Но однажды меня отправили на неделю к дяде в другой населённый пункт. В этом населённом пункте про мои кулинарные особенности не знали. А было мне, скажем, лет двенадцать. И жена дяди решила, что уж завтрак-то я приготовить могу. И сказала, чтоб я нажарила… блинов. И себе на завтрак, и дяде — обедать он придёт домой.
А интернетов тогда не было. И книжек кулинарных я не читала. Но, конечно, представление о блинах имела. То есть, что нужны вода и мука — знала. И я начала творить. Налила воды в кастрюлю. Примерно до самого верха. Потому что мать моя делала теста вот такую полную кастрюлю. Стала сыпать муку. Мука, конечно, отказалась растворяться и плавала большими комками. Хоть убейся — размять я их не могла. И пальцами пробовала, и ложкой… Ничего не получалось. Ладно, решила я. Буду жарить так. Будут как манка — с комочками.
Взяла сковородку, налила масла, включила газ и сразу налила целый половник теста. Ничего не произошло. То есть абсолютно: никакого шипения, никакого брызгания масла. Просто в сковородке было налито тесто. Хорошо, решила я, подожду.
Подождала. И дождалась: тесто закипело. Бурлило сильно, но недолго: масса слегка загустела и потянуло горелым. Я поскребла блин — снизу подгорел, сверху жидкое стекало снова на сковородку. Перевернуть, конечно, не получилось. То есть даже не ком получился. Пришлось выбросить.
Стала думать, что не так. Может, жидкое слишком? Добавила муки. Комков тоже прибавилось. Попробовала пожарить — снова сгорел. Но сгорел с пользой: стало понятно, что уже не растекается, но и не выглядит тонким. Рискнула попробовать: да, сырой, и вкус так себе… Добавила сахар и снова стала думать.
В общем, через час и ещё одну замешанную кастрюлю теста я смогла приготовить штук десять вменяемых блинов: они были в меру тонкие, хоть и неровные. Слегка подгорелые, но не везде. Вкус тоже немного напрягал — сладкие-то сладкие, но что-то с ними было не так.
Есть я уже не стала — наелась, пока пробовала.
Дядя, конечно, блины поел. И никак не покритиковал. Даже виду не показал, что с блинами что-то не так. Но оставлять меня утром дома перестал. Наверное, чтоб не провоцировать свою жену на предмет «а приготовь нам, Линда, борщ». Чтоб, значит, не оставить семью голодной. Или чтоб скрыть от своей жены такие мои катастрофические кулинарные способности. Тут я не знаю, тут мне дядя не сказал.
Но зато стал знакомить меня с особенностями управления и обслуживания тракторов в посевной период. И я начала мечтать стать трактористом.
Так блины родили новую мою мечту.
А до этого я мечтала стать уборщицей.
Передаю эстафету @zmmx Спасем лису, или белку, или кабачок, или сметану. Или что там надо спасти.
в шкафу такой лежит)
и да, если их варить в молоке, это реально небо и земля чем просто кипяток
столько всего дома есть к чаю, не хочу
В местном фикспрайс нет еды. Но я туда давно не ходил.