- Ёптыть, - повторил Рубус и рывком поднялся с дивана. В глазах на миг потемнело, в животе замутило, сзади зачесалось. Рубус почесал.
Осмотрев окрестности мутным взглядом герой сфокусировался на цветастом замызганном ковре. Ковёр лежал на полу, искажая пространство и время своими странными геометрическими узорами. Казалось - наступишь на него и тут же провалишься в какое-нибудь параллельное измерение. И Рубус нередко проваливался. Правда где бывал и куда попадал он не помнил, только голова потом сильно болела.
На ковре барахтались несколько пустых бутылок из под различных, слабо пригодных для пищевых целей, напитков. Там же лежали: коробка из-под торта, 1 рваный валенок и 1, слегка почерневший, вилок капусты. Стояли: 4 пары носков, полноразмерное чучело бобра и здоровенный чугунный утюг. Хмуро покачав головой, герой продолжил наблюдения. На потолке нашлась люстра, на люстре неожиданно чистые носки. Целых 8 штук.
- А-а, вот они где роятся! Надо запомнить этот момент, - ухмыльнулся Рубус.
С носками у него была извечная беда. Вроде и покупал упаковками по 10 пар, а как понадобятся свежие - нигде не найти. Куда пропадали - непонятно! Рубус грешил на сверхъестественное.
Посреди комнаты обнаружился круглый обеденный стол, накрытый чем-то непонятным. Ткань была толстой, бордово-бархатной, с массивными золотистыми кистями, свисающими по бокам.
Пошерудив в левом ухе, герой припомнил, что пару недель назад подрабатывал монтажником в театре юного зрителя, где и приватизировал эту скатерть. Вернее это была не скатерть, а часть старого занавеса, которая бесцельно пылилась на складе театра. Рубус проявил милосердие и забрал её домой. Ибо забытая вещь обречена на медленное увядание и смерть. Вещь должна работать! Вещь должна служить! Только так и можно продлить её жизненный путь.
На алом бархате нашлись 3 грязных тарелки со следами вчерашнего полуночного пиршества, руль от велосипеда и сразу 7 заляпанных стаканов.
- Странно, - произнес Рубус, чеша в немытом затылке. Гостей он к себе никогда не приглашал. Сам сходить был не против, а вот его покои были неприкосновенной крепостью. По правде говоря в его квартире был перманентный срач и, потому он просто стеснялся. Да и воспоминания были плохие. Когда-то давно заглянул к нему в гости приятель. По виду натуральный профессионал своего дела: хороший собеседник, жидкости потреблял быстро и пьянел вполне умеренно. Не барагозил. Однако ночью оказалось, что он натуральный оборотень: приятель закрылся в туалетной комнате и принялся издавать странные звуки, то рычал как дикий зверь, то звенел горным ручьем, а изредка даже играл на бас-гитаре. Ну чисто бесноватый!
По утру Рубус, конечно, его выкинул на улицу и больше никогда не здоровался, но вот в туалете пришлось делать капитальный ремонт. В общем осадочек остался…
Обследовав мутные стаканы, Рубус нашел лишь загадочную пустоту, однако интуиция подсказывала, что должна остаться заначка! Следуя наитию, герой подошел к серванту. Резко открыв дверцы, он тщательно осмотрел полки с пыльным хрусталем, графином в виде какой-то заморской селедки и залежами бесполезных тарелок с золотым ободком.
- Странно, - снова произнес он. Подсознание подсказывало: здесь что-то есть. Но где именно? Вроде всё пусто! На всякий случай он заглянул в селедку и расписную фарфоровую сахарницу, но и там ничего не нашёл. Хотя нет, нашёл дохлого таракана, но это явно не считается.
- А если так! - ему в голову пришла неожиданная идея.
Рубус вернулся к пустым стаканам, нашёл на донышке одного из них липкую жидкость и окунул в нее указательный палец. Затем набрал код наказа “поиск подобия” и активировал силу Тэнэгры. Указательный палец мгновенно завибрировал и потянул своего владельца обратно к серванту. Несколько секунд и палец указал на зеркало, стоящее на нижней полке. За ним и был спрятан 8й стакан, доверху заполненный красной ароматной жижей. Разом влив в себя подозрительный раствор, Рубус довольно крякнул.
- Ну вот, утро уже хорошее! - произнес он, чувствуя как по телу распространяется приятное тепло, а мозг начинает работать.
Внезапно в коридоре что-то зажжужало. Герой сначала испугался, но потом успокоился и махнул рукой. Узнал. Через несколько секунд в комнате появилась причина подозрительных звуков - огромный рыжий кот верхом на круглом самоходном пылесосе. Пылесос убирался, кот задумчиво умывал усатое табло левой лапой. Надо сказать, что кот этот не был питомцем Рубуса. Герой вообще не знал откуда эта животина берется. Толи с улицы, толи от соседей. Путь проникновения он, конечно, вычислил: это была форточка на кухне, но вот секрет начальной точки кошачьего исхода оставался тайной.
Увидев кота в первый раз Рубус логично решил, что это тоже нечисть. Ибо кто ещё может к нему прийти? Однако кот не устраивал подлостей, ничего не ломал и вообще не обращал на хозяина квартиры внимания. Будто его и нет вовсе. В тот момент Рубус даже задумался: а что если для кота он сам нечисть и тот просто не хочет в него верить? Что если мир в котором он живет не настоящий? Что если настоящий только кот, а он - Рубус его глюк? Что если кот просто переел кошачьей мяты и его прямо сейчас таращит? От таких мыслей у Рубуса даже улучшилось настроение. Ведь если ничего нет, то нет и проблем, нет забот, нет страданий. Существуй, пока кота не отпустит, да радуйся! Чем ни мечта?
К несчастью лафа быстро закончилась и реальность беспощадно вторглась в мечты Рубуса. Однажды вечером наш герой приготовил целую сковороду макаронгов “по флотски”, перенес на деревянной дощечке на стол и поставил остывать. Сам же отправился на перекур и сброс балласта. Вернувшись на кухню Рубус узрел кота, уронившего сковороду на пол и нагло выедающего из этого месива мясные кусочки. Так кот обрёл своё имя, а Рубусу пришлось варить пельменьги.
- Привет, Утырок! - поздоровался Рубус. - Что-то тебя давно не было. Где пропадал?
Утырок никак не отреагировал, продолжая кататься на пылесосе и намывать благородную морду. Что интересно, функция авторежима у пылесоса была давно сломана и ранее Рубусу приходилось включать его вручную, но внезапный кот решил эту проблему. Каким-то хитрым образом он научился жать на кнопку и, пылесос вместе с котом на борту начинал своё эпичное путешествие по квартире. Рубусу оставалось только вытряхивать пыль из отсека, когда тот заполнялся. Такая вот автоматизация. Или вернее кототизация.
- Утя-утя, слышь? - спросил Рубус. - Жрать-то хочешь? У меня вроде чето было…Пошли проверим?
Утя поднял левое ухо и будто бы пожал шерстяными плечами. Судя по его комплекции можно было точно сказать, что он не голодает. Однако перекусить лишний раз он никогда не отказывался.
Нашарив в кармане пачку “черномора”, Рубус достал папиросу, щелкнул пальцами, вызывая небольшой огонёк и запалил вонючую палочку. По комнате поплыл черно-серый дымок.
Кот осуждающе посмотрел на героя и фыркнул.
- Че нос воротишь? Саморазрушение есть путь! - глубокомысленно выдал Рубус. - И лишь самые достойные смогут его пройти! Пошли, - герой махнул в сторону кухни.
Кот наверное хотел сказать, что здоровье Рубуса его мало волнует - помирай хоть завтра! Он хотел сказать, что в присутствии некурящих вонять своей дешевой петушиной махрой есть акт тотального неуважения и вообще преступление. Но не сказал. Толи застеснялся, толи говорить не умел. Кто их этих котов знает?
Дымя как неисправный дизель, Рубус добрался до кухни, бросил неприязненный взгляд на раковину, полную грязной посуды и, приступил к инвентаризации холодильника. Дверцы распахнулись, свет зажегся и озарил… безмолвную ледяную пустоту. Лишь тощая сморщенная мышь одиноко висела посреди белого ничего. И это вовсе не метафора. Стриксы не только внешне походили на сов, но и переняли их пищевые привычки. Короче говоря мышей и всяких прочих грызунов уважали. Жарили, парили, филе из них добывали и прочие интересности. Но разумеется мыши эти были не обычные бездомные, а вполне себе породистые, выведенные специально для пищевых целей. Выращивали их на мышефабриках, крысофермах и кротоплантациях. Далее бедняг превращали в полуфабрикат и отправляли на перерабатывающие заводы, где из них крутили колбасы, делали пельменьги, тефтельги и прочие голубцы.
Мышь доставшаяся Рубусу была иного сорта, вернее способа приготовления. Мышь-гриль. Пару дней назад, он купил несколько таких в ларьке возле дома. Уже тогда они выглядели не очень приглядно, а сейчас, последний оставшийся в… холодильнике экземпляр, явно отдавал зеленым и подозрительно пах.
Рубус схватил мышь за склизкий хвост и сунул под нос коту. Тот даже нюхать не стал. Резко ударил лапой по дохлому грызуну, тушка вырвалась из руки героя и покатилась под кухонную тумбу, оставляя за собой склизкий вонючий след.
- Ишь ты привередливый! - усмехнулся Рубус. - Ну больше ничего нет.
Кот снова фыркнул. Запрыгнул на стол, поднялся на задние лапы и начал царапать дверцу кухонного шкафчика.
- И что там? - Рубус озадаченно открыл дверцу и обнаружил булку плесневелого хлеба, килограммовый пакет черного перца, банку майонеза, просроченного на 3 года и несколько пакетиков кошачьих лакомств.
- О, когда это я купил? - почесав в затылке, сказал герой. - Или это ты притащил? - прищурившись, Рубус подозрительно посмотрел на кота.
Кот шумно вздохнул, спрыгнул со стола и направился к миске, всем своим видом показывая, что есть время болтать, а есть время жрать. И второе как раз пришло.
Но Рубус не торопился. Вскрыв один из кошачьих пакетиков, он принюхался к содержимому.
- А вроде неплохо! - произнес он и выдавил немного субстанции себе в рот.
Коту такая наглость явно пришлась не по вкусу, ибо его зрачки увеличились раза в три, а из зубастой пасти раздался полный негодования истошный мяв.
- Да не ори ты! Тут всем хватит! - ухмыльнулся Рубус, продолжая пожирать кошачью еду. - Только подсолить нужно.
Герой ещё раз осмотрел шкафчик, но соли так и не нашёл. Пришлось перчить. Поскольку тара была крайне неудобной, а руки кривыми, Рубус умудрился половину пакета просыпать на стол, четверть на пол и всё оставшееся на самого себя, из-за чего принялся безостановочно чихать. Закончив с вентилированием носа, он наконец выжал себе в рот перченый кошачий паштет, прожевал и проглотил. Затем покраснел лицом и побежал к крану - лакать воду, ибо паштет превратился в блюдо, минимум на половину состоящее из жгучего перца.
Утырок смотрел на всё происходящее с ужасом, изредка подвывая. Вот такой наш Рубус, даже кота довёл!
Закончив полоскать рот, герой вспомнил про кота и выдавил в его миску целых два пакетика паштета. Утырок мгновенно успокоился и приступил к трапезе. Как говорится: путь к спокойствию кота лежит через его желудок.
Умилившись, Рубус 2 раза погладил Утырка по хвосту и отправился в ванную. Шествую по коридору Рубус внезапно задумался о том: откуда взялась миска? После пробуждения его всегда преследовали странные мысли: откуда берётся пыль, когда он в последний раз чистил зубы и почему хранители эгрегора до сих пор не развъерошили этих подлых хадийцев при помощи стратегической магии.
Но вернёмся к миске. Она была специальной кошачьей и он такую точно не покупал. Почесав в многострадальном затылке и, тем самым, активировав резервные нейронные цепочки, он всё-таки вспомнил, что паштет ему дали в нагрузку к наливке “Животное”, которую он на прошлой неделе покупал в “сером и белом”. Там как раз была акция: “Порадуй зверя внешнего и зверя внутреннего”. Но вот миска ко всему этому набору не прилагалась. Кот что ли её притащил? Рубус ухмыльнулся: этот может! С него станется!
Мысли о миске сыграли с героем дурную шутку: он не заметил как из комнаты выехал пылесос и, жужжа сервоприводами, устремился точно ему под ноги. Рубус запнулся и полетел кувырком вперёд, мягко затормозив лбом о дверной косяк.
- Оказия, - немного отойдя после удара, произнес он. Утырок выглянул из-за угла и недовольно посмотрел на Рубуса: не повредил ли тот его средство передвижения? Пылесос был в порядке и кот спешно вернулся к трапезе.
Кое-как поднявшись на ноги, герой наконец-то добрёл до уборной. Ванная у Рубуса была необычной - досталась от прошлых хозяев квартиры. Вся, сверху донизу в черной глянцевой плитке, мрачная черная ванна, угрюмые черные смесители и умывальник прямиком из царства тьмы. Даже унитаз был черным, правда с ржавыми подтеками из бачка он смотрелся не очень хорошо. Будто бы у хозяина какие-то проблемы со здоровьем.
Такая цветовая палитра требовала частого ухода, но Рубус, как мы уже знаем, заниматься этим делом не любил. Поэтому все черные поверхности были заляпаны, краны плесневели известковым налетом, а дно ванны покрывал натуральный чернозем пополам с рыжей кошачьей шерстью. Пахло, кстати говоря, ссаками.
- Ах ты ж, падла! - поморщился Рубус и включил воду, смывая кошачью подлость. - Слышь, Утырок? Ты на улицу ходи, здесь вообще-то люди моются.
- Ванная - храм чистоты и гигиены! - подняв указательный палец вверх, произнес герой.
Утырок насмешливо фыркнул с кухни, но к сведению принял. Наверное.
- Кстати да, неплохо бы и мне помыться, - понюхав левую подмышку, произнес герой. Пахло кислой плесенью, как-будто там поселилась какая-то подлая нечисть.
Вода унесла с собой кошачьи ароматы, но ванна всё равно выглядела неприятно. В таком состоянии пользоваться ей было нельзя. Несмотря на лень и небрежность в уборке, за личной гигиеной Рубус старался следить. Ибо, как говорил его дед: держи голову в холоде, в желудке самогон, а тело в чистоте! Ну или типа того.
- Придется всё-таки почистить, - печально вздохнул герой и полез в черный шкафчик под раковиной.
Внутри обнаружился набор черных губок, черный чистящий порошок с прагма-активными гранулами и сетка с проросшей картошкой.
Рубус озадаченно почесал в затылке и махнул рукой. Стоит и стоит. Значит так надо! Видимо прикупил в бессознательном состоянии для каких-то хитрых нужд. Он вообще считал, что сознание вторично и дано людям исключительно в качестве наказания. А значит его нужно всячески угнетать! Главным же является именно подсознание. Именно в нём прячется настоящая личность и душа. Именно оно ведает как правильно и зачем. Нужно лишь дать ему больше воли и расслабиться.
Почистив ванну, Рубус разделся и залез под душ. Вода снова почернела. Казалось бы в черной ванне и грязи не должно быть видно, а вот всё наоборот!
Очистив тело от грязи жизненных невзгод, герой вылез из ванны и выпрямился перед зеркалом. От увиденного его немедленно накрыли дурные мысли.
- Че ж теперь делать-то? - стоя перед зеркалом Рубус смотрел на своё отражение и морщился. Это и не удивительно: мужик в зеркале выглядел так себе. Копна серебристых, типичных для стриксов, волос напоминала разоренное птичье гнездо, лицо опухло, под левым глазом набухал фингал, под правым красовался серый мешок. Рубус с интересом потыкал в него пальцем, но тот не сдулся и не пропал.
- Ну и рожа, - Рубус с отвращением сплюнул в грязную раковину и продолжил наблюдения.
Хищный пористый нос, алел как флаг Федерации Стриксов, а недельная щетина черной плесенью покрывала половину его лица. Губы были разбиты, а зубов во рту наблюдалось явно меньше положенного.
- Эх, надо бы к зубологам сходить! - выдохнул он. - Да только где столько денег взять? Ладно бы ещё новые зубы растили, так они всякий мусор в пасть вставляют! Скоты кариозные!
Насмотревшись на своё модельное лицо, герой снова вернулся к вчерашним событиям.
- Колдырь, сука! - выплюнул Рубус. - И чего я так на него кинулся? Надо было как с водогрызом, план разработать, продумать всё, а потом уже делать…
- А-а-а, - Рубус махнул рукой и зловеще оскалился. - Чё теперь жалеть? Зато весело было! Один раз живём! - герой вспомнил, как навалял складским секьюрити, да ещё и набил рожу начальнику охраны.
Однако радостные воспоминания быстро затмила реальность. Карманы Рубуса были пусты, средства опохмеления отсутствовали, да и с кормом тоже наблюдались проблемы. Ещё и долг какой-то повесили! Да щас! Капусты им сладкой квашенной, а не денег!
Но, так или иначе, нужно было искать новую работу. Ведь без денег он не только останется без еды и выпивки, но и лишится главного - прагматики. Ежемесячный налог никто не отменял. Не оплатишь - отключат! И что делать стриксу, чуть ли не с рождения, привыкшему к бытовой магии? Ни зад подмыть, ни стакан с чаем охладить!
Стукнув кулаком по своей отзеркаленной роже, Рубус покинул ванну.
