опять продолжение

детектив на общественных началах

Сограждане. В первый день весны в люди вышли следующие граждане Лиспублики (все причастные могут порадоваться, все непричастные - поприветствовать):

@Brainy — Тони, матьего Думитраке, неоценимый мастер скульптуры, не сделал заказ на фонтан вовремя.

@vervolph — Штефан Бурча, мэр городка.

@jewellerpotato – Лонуц, парнишка из отеля, продает свои и не свои поделки.

@NapalmRain — Николае Брическу, художник, в цилиндре.

@SergeyRY — сегодня ты Пауль Войку, местный столяр, мужик в тирольской шляпе, делал ларьки и торговые места для городского праздника (всё, как договаривались).

Участники действа выделены в тексте подчеркиванием.

Напоминаю -- это просто отрывки, не ищите тут смысла и связи. смысл и связи будут в полном тексте.

******************

— Идем-идем, вон, давай фигурки из металла посмотрим. Какая прелесть!

Они остановились у прилавка с металлическими фигурками. Тут тебе и кошечки, и собачки, и мухи, и лошади, и гномы. И Дракула, конечно. И гробики. И не только из металла: были гробики деревянные, были мрачноватые совы, были ножи с волчьими мордами на ручке, били топоры…

— Я хочу вот это, — Мирэ крутила в руках металлического таракана размером почти со спичечный коробок. — Наверное, мадагаскарский… Нет, тот потолще.

Продавец вскочил с места и принялся предлагать:

— А вот у нас еще муха есть, а вот тут — краб.

— А я хочу вот это! — схватила Ана котика на веревочке. — Смотри, какой миленький!

Металлический котик, перетянутый шнурком поперек грудной клетки, выглядел попавшимся преступником. И морда у него была грустная. Мире с сомнением посмотрела на произведение искусства.

— Ну, не знаю… Вон там еще кошечки есть, - неуверенно ткнула она в сторону прилавка.

— Нет, мне этот нравится! — Ана решительно повернулась к продавцу — молодому парню лет тридцати. — Сколько стоит?

******************

...Они остановились у прилавка с самыми разнообразными вещами: тут и лакированная невысокая этажерка, и игрушечный деревянный кабриолет. Тоже лакированный. И стульчик из спила дерева (не лакированный), какие-то вещички из керамики…

......— Ой, какие тут маски страшные! — ткнула Ана в большие, с метр высотой поделки из дерева.

Мире повернулась в ту сторону и столкнулась с неприветливым взглядом продавца. Здоровый молодой парень в овчинном полушубке нелюбезно смотрела них, поигрывая какой-то неаккуратно обработанной деревяшкой.

— Ой, — сказала Мирэ и сделала шаг назад.

Парень тоже сделал шаг вперед и собрался выйти из-за прилавка. Ана и Мирэ попятились и собрались было незаметно скрыться среди прочих туристов…

— Смотри, это он не нас собирается того… дубиной, — прошептала Мирэ.

И вправду, парень вышел из-за прилавка, облокотился на ту самую лакированную тумбочку и продолжал смотреть нелюбезно, но мимо девчонок.

К ларьку шла небольшая группа граждан.

******************

Впереди шел мужичок приятной пухлости, в верблюжьем драповом пальто и шляпе. Лицо у мужичка было розовощеким и недовольным. Брови сурово сдвинуты. В фарватере грозного мужичка двигалась группа поддержки: высокая, стройная и худая дама в шубе, коренастый мужик с платком на шее и в темно-зеленой тирольской фетровой шляпе с пером, и мужчина в черном плаще и черном странном головном уборе.

— Это у него цилиндр на голове? — прошептала Ана прямо в ухо Мирэ: не приведи господи, кто услышит!

— Да они тут все странные… — прошептала в ответ Мирэ и сделала пару шагов назад: — Давай отойдем от греха подальше… Это банда какая-то что ли?...

......Возглавляющий группу мужчина в верблюжьем драповом пальто остановился у прилавка нелюбезного парня.

— Здравствуй, Тони, — как-то язвительно произнес мужчина, что совсем не вязалось с его пухляшной наружностью.

Парень, который Тони, усмехнулся и, поигрывая деревяшкой, ответил:

— Здравствуйте, господин Бурча.

— Все готово? — спросил означенный Бурча.

— Покупатель… — шепнула Мирэ Ане. — Недовольный покупатель, — уточнила она.

Недовольный покупатель глянул за плечо парня, но там был только брезентовый задник ларька. Тони тоже туда глянул и отложил деревяшку.

— Да все готово, господин мэр. Вы же меня знаете!

— Вот именно — знаю! — начал кипятиться мэр в пальто, — Поэтому и спрашиваю: точно сделал? Или будет как неделю назад?

Тони снисходительно глянул на градоначальника и повел широким жестом в сторону брезентового задника ларька:

— Пойдите и посмотрите сами, раз не верите… — благосклонно разрешил он.

Ана и Мирэ посмотрели туда, куда указывал Тони, но тоже ничего не увидели. Или нет? Вон между ларьками что-то видно. Что-то, обернутое пленкой и обвязанное веревкой.

— Ну, смотри, Тони! Если обманул, я тебе… Я не разрешу тебе тут торговать!

А между тем, стали подходить другие люди, среди них продавец горшков и металлических фигурок. Подошел и какой-то молодой паренек.

— Смотри, — снова ткнула Мирэ Ану в бок, — это тот, из отеля.

Ана пригляделась: действительно, именно этот персонаж провожал их до двери номера, а потом они видели его в столовой. Как его там звали? Лонуц?

— А, к примеру, господин мэр, когда мне заплатят за работу? — задиристо спросил мужик в тирольской шляпе.

— Да что ты за мной все ходишь, Пауль, — недовольно отмахнулся мэр. — Я же сказал тебе, что оплата пройдет в понедельник. Да, Санда? — обратился он к сопровождающей его даме в шубе. Дама кивнула, — Сегодня понедельник? — снова обратился мэр к мужику в шляпе.

— Н-нет, — неуверенно ответил мужик и вопросительно оглядел присутствующих.

— Сегодня суббота, — вмешался Тони. — А завтра — воскресенье!

— Никаких понедельников! — возмутился Пауль в тирольской шляпе......

......— А я вам все сделаю быстро! — вставил мужчина в цилиндре. — Я всегда и все делаю быстро! Вот как только дадите разрешение на празднование, скажем, в первое воскресение марта — так я уже и в последнее воскресенье февраля — готов!

— Да отстань ты от меня, Николае, — поморщился мэр. — Что ты опять собрался праздновать?

— Как что?! — видно, что искренне возмутился мужчина в цилиндре. — Я же вам говорил, и в заявке писал: «Праздник лилового кренделя»! Это традиционная весенняя выпечка в наших краях! По легенде…

— Отстань со своей легендой, — морщился мэр. — Хорошо, я почитаю твою заявку. Ты сначала в том отеле стену дорисуй, а потом о кренделях думай! А то будет как с Тони! Санда, запиши, чтоб я в понедельник посмотрел......

******************

......Мирэ вздохнула и покачала головой: детский сад какой-то.

— Интересно, а этот, который из отеля… Он что тут делает? Тоже что-то продает или как мы, гуляет? — задумчиво смотрела Мирэ в сторону компании, которая начала двигаться вокруг площади.

— Пошли, посмотрим, — Ана тоже проводила взглядом компанию, которая теперь свернула в сторону двухэтажного розового здания. — Эти вроде ушли.

Паренек нашелся скоро: он и в самом деле что-то продавал: стоял у прилавка с кожаными изделиями.

— Ого, смотри… — восхищенно оглядывала вывешенное и выложенное богатство Ана.......

***************************

На сегодня всё, сограждане.

Продолжается

детектив на общественных началах

Сограждане. Те, кто заинтересован.

Сегодня я выкладываю еще несколько отрывков из детектива. Сегодня каки-то герои появились во всей красе, кто-то мелькнул и пропал, а кого-то просто упомянули. Участвующих выделила подчеркиванием.

Итак, кто сегодня участвуют:

@moortnelis -- Ана, турист

@Alenari — Адина Албу, местная дама лет 45

@Kukabara — Иоанка Болбочана, ну вы помните -- владеет пекарней

@SergeyRY — сегодня ты Мариус Лупу, турист

@etoshtrudel — Каталина Урсу, повариха в отеле

@BespiriL — Драгос, старый садовник в отеле

Упомянуты, хотя и не появились в этих сценах:

@kimpokom — Василе Апостол, староста деревни

@vervolph — Штефан Бурча мэр

@Aid314 —Михей Кодряну, повар в отеле

Появился еще большой белый волк (или собака?) -- типа оборотень. И кто бы это мог быть?

Отрывки:

…— Представь, как нам повезло,— отвлекла ее Мирэ, — Иоанка проводит нас, а еще в деревне есть классная пекарня, и она говорит, что готовят в отеле хорошо, она лично знает повариху.

Ана удивленно глянула на радостную Иоанку.

— Да-да-да, — закивала та головой. — Вам понравится. Не знаю, как вас занесло к нам, но кормят тут точно хорошо! Правда, шеф-повар там… Ну, неважно, вы его и видеть-то не будете, — снова заулыбалась она. — А вот и наш автобус, пошли поскорее, тогда еще и сидячие места успеем занять. Здравствуй, Адина! — кивнула она той самой мрачной женщине, — А в «Марии» новые гости!

Мирэ с Аной переглянулись: Иоанка что, собралась представлять их всем местным жителям?

Адина, видимо, тоже сочла это излишним, так как ее недовольный взгляд скользнул по подругам, плавно перетек на Иоанку, а потом на двери автобуса.

— Я очень рада, — холодно сказала она автобусным дверям и вошла в автобусное чрево.

Иоанка подмигнула подругам и тоже заторопилась занять свободные сидячие места. Мирэ с Аной потащили свои чемоданы к автобусу.

…………………………………………………………

…— Смотри! — внезапно остановилась Мирэ около какого-то столба. — Не может быть! в декабре?!

Ана подошла ближе и глянула на столб, так удививший подругу.

— Что тут?

— Представляешь, они фонтан открывают! В декабре!

— Да, небось объявление старое, — отмахнулась Ана и устало побрела дальше за Иоанкой.

— Да как оно может быть старым, оно бы от дождя и снега размокло. И вообще, листочек выглядит как новый.

Ана пожала плечами: мало ли что тут происходит, тем более, что…

— А может, правда говорят, что тут привидения есть? и оборотни…

— Ага, — усмехнулась Мирэ, — и вампиры с ведьмами. А чего ты про привидений вспомнила?

— Странно у них тут как-то. Вон та, которая Адина, она на ведьму, между прочим, похожа. — Ана поискала глазами хмурую женщину: та тоже уже вышла с автостанции и теперь стояла у края дороги и оглядывалась: искала такси?

— Или на школьную учительницу, — пожала плечами Мирэ. — Идем, вон, Иоанка нам машет рукой.

— Ехать недалеко, минут пятнадцать, — обнадежила их Иоанка, когда она загрузились в такси. — И хорошо, что эта Адина с нами не напросилась. Она такая, у-у-у… — Иоанка покрутила головой, — в общем, Мама Пэдурий целая.

— Я тебе говорила! — зашипела Ана в ухо Мирэ, — это ведьма!

— Как есть ведьма! У нас ее никто не любит. Но, конечно, не в этом смысле. А в смысле что она странная. И злая. Вечно такая мрачная ходит… И ни с кем не разговаривает. Потому и говорят, что она ведьма. Да нет, конечно, — махнула рукой Иоанка и демонстративно стала смотреть в окно.

— На пустом месте слухи не рождаются, — попыталась Ана подтолкнуть Иоанку к разговору.

— А, наверное. Там что-то такое было. Ну и брат, конечно, погиб. Давно это было…

Мирэ ткнула Ану в бок. Ана вздохнула и сменила тему:

— А что за фонтан у вас тут открывают зимой?

Иоанка немного стушевалась, но ответила:

— Так просто фонтан. Обыкновенный, на площади.

— А почему зимой-то? весной обычно фонтаны открывают…

— Там такое дело… В общем, так получилось. Знаете, не всегда так получается как задумали. Вот и тут не получилось. То есть получилось, по позднее. В общем — открывают, и хорошо. И вы сходите на открытие: там весело бывает. И концерт какой-нибудь, и сувениры всякие. И может даже от мэрии угощение. Мэр у нас хороший, добрый. Поэтому и фонтан зимой… — непонятно закончила Иоанка и загрустила.

— А еще на что тут можно посмотреть? — отвлекла ее от неизвестной грусти Мирэ.

— Так тут много всего, я сейчас расскажу…

……………………………………………………………

…— Мрачновато, — пробормотала Ана. — И что, тут отель?

— Да нет, отель дальше, как через деревню проедете — еще километр и вы на месте! ну, может даже два километра. А если идти по тропинке вниз — то можно срезать дорогу и тогда еще меньше идти, — болтала Иоанка беззаботно. — И ничего у нас не мрачновато, это потому что вечер уже. Вон, смотрите, какая церковь красивая!

Ана глянула, куда показала Иоанка. И действительно, церковь была красивая: веселенькая, беленькая, пятиглавая. Как будто вышла погулять в треугольном платке-куполе и в белом пальто.

— А с того конца еще часовня есть, — показала вперед Иоанка, — там могила старого то ли графа, то ли графьего сына. Старая могила, ей лет сто уже. Вот там оборотня и видели, — закончила она.

Ана, конечно, уже готова была к тому, что разговор Иоанка разворачивает в любой момент и в любую сторону, но такого пассажа все равно не ожидала.

— Какой оборотень? — опередила с вопросом Мирэ.

— А обыкновенный, белый.

Ничего обыкновенного в белом оборотне Ана не видела. Но, может это у них, в Констанце, это не практикуется — оборачиваться в белых… А в кого, собственно тут принято оборачиваться?

— Кто белый? — снова была первая с вопросом Мирэ.

— Да волк же. Волк. Такой огромный, белый. И сразу в лес!

— Небось, обычный волк, — засомневалась Ана. — Или собака.

— Да что мы тут, собак не видели? И волки иногда встречаются. А этот, говорят такой огромный, что когда прыгает — кусты ломает. И пасть у него огнем горит! Правда-правда, мне Василе рассказал. Он его видел.

— А кто такой Василе? — с подозрением спросила Мирэ. Она была дама с критическим складом ума и сходу таким россказням не верила. А подозревала, что этот Василе — человек со странностями. Например, алкоголик.

— Это староста наш. Очень уважаемый человек.

— А что, пьет он? — как можно равнодушнее спросила Мирэ.

— Да вы что, думаете, ему волк привиделся? Ну уж нет, уж все знают, что Василе зря болтать не будет. Да вы сами можете с ним поговорить: приходите ко мне — я вас познакомлю. И сразу поймете — это очень уважаемый человек. И так рассуждает всегда умно. Образованный, что тут говорить. Он образование хорошее получил, его отец у графа работал…

— Да про каких графов вы все тут говорите? Графов нет давно.

— Это у вас нет, — даже немного обиделась Иоанка. — А у нас они есть. Вот вы в отель едете, а он как раз графам и принадлежит. Ну, то есть их родственниками. А старый граф в колхозе, говорят, учетчиком работал. То есть тоже был образованный. Ему тогда уж лет шестьдесят было. А те, которые сейчас хозяева — они были не хозяева…

Ана помотала головой: она уже запуталась, кто, где, когда и почему. Она стала смотреть в окно. Такси уже свернуло с шоссе аккуратно рулило по узким деревенским проулка.

— А мы точно куда надо едем? — засомневалась она.

— Точно-точно, — успокоила Иоанка. — Вот сейчас за тем поворотом я выйду — вы увидите мою пекарню, а там прямая дорога как раз к вашему отелю…

…………………………………

…По лестнице кто-то затопотал. Все повернули голову. Сверху спускался дядька лет пятидесяти. Крепкий, бородатый и в крепких кожаных ботинках на толстом ходу.

— Добрый вечер, — поздоровался дядька и глянул в сторону столовой.

— Вижу, я вовремя. И к тому же, в компании с такими милыми дамами, — галантно шаркнул ногой мужик и представился: — Я Мариус Лупу. Я тут уже неделю. Вы не представляете, какая тут красота! — он восторженно обвел руками потолок холла. — Ну, то есть не тут, а там, — махнул он в сторону глухой стены, — в горах. Но и деревня — хороша!

Мариус вопросительно глянул на девчонок.

Ана вспомнила, что надо быть вежливой и постаралась мило улыбнуться:

— Я Ана, это моя подруга — Мирэ. Да, мы недавно приехали, с час назад.

Мире коротко кивнула и на этом ее старания быть вежливой закончились. Впрочем, она всегда была такой: ее милую и открытую улыбку надо было еще заслужить. Некоторым это не удавалось никогда.

— Очень рад, очень рад, — все еще расшаркивался Мариус. — Вы правильно сделали, что приехали именно сюда! Тут прелестно. Не то что эти туристические маршруты с Дракулой в главной роли. Этот «Трансильванский путь»… Нет уж, увольте. Мне нравятся дикие горы, маленькие деревни, неизведанные тропы…

Ана подумала, что Мариус напоминает их старого школьного географа: тот тоже был восторженно очарован дикой природой и каждый год собирал несколько человек и тащил их то в горы, то в леса, то на какие-то озера…

— … А вы знаете, что тут недалеко есть Окна Сибиулуй? Это купальный курорт примерно. Когда-то там были древние соляные шахты, их затопило и теперь на их месте — соленые озера. В некоторых вода совершенно черная и непрозрачная. Заманчиво, не правда ли?

Мариус болтал без перерыва, почти как их странный географ. Виктор слушал его с интересом и кивал головой.

— Больше всего мне нравится ночевать вот в таких маленьких отелях: тут тихо, можно дойти до деревни, а оттуда — в лес по ту сторону долины, а там и до озер дойти. Это если, конечно, знать дорогу. Вы одни не вздумайте идти!

Ана с Мире переглянулись: им бы в голову не пришло рвануть по горам в сторону курорта, хоть и купального. Да и что там делать? Купаться? Но, наверное, надо было тогда именно там снимать номер?

— …а потом я планирую в этом году на Фэгэрэш… — делился планами Мариус.

Двери столовой раскрылись, на пороге появилась невысокая женщина в сером платье и белоснежном фартучке. Она вся была мягкая, улыбчивая, казалось, с ней пришел запах свежего хлеба.

— Прошу вас, — мягко сказала женщина и отошла вглубь столовой.

— Каталина! — восхищенно сказала Мариус и покрутил кистью в воздухе: вот, мол, вот такая она… — Готовит — лучше не встречал! Вы сами увидите!

……………………….

…Мирэ наблюдала, как парнишка ловко передвигается между столов. Подошел он и к их столу, быстро расставил тарелки и растаял в дверях кухни.

— Какие официанты! — махнул рукой Мариус. — Отельчик небольшой, всего-то десять-двенадцать номеров. Зачем тут столько обслуживающего персонала? Тут и двое справятся. А их тут не двое. Вот считайте… — Мариус принялся загибать пальцы: — Хозяйка. Ну, она только бумажками занимается, ни разу не видел, чтоб она что-то делала. Потом, кончено, повар. Колоритная личность, знаете ли. Он тут на кухне главный. Так. Теперь — Каталина, тоже повариха. Но, если честно, мне кажется, что всем тут заправляет как раз она — Каталина. Я тут бывали раньше, и не раз… Так вот — все держится на ней! Так, кто еще? — Мариус оглядел столовую. — Ну, вот Нелу, Ионел то есть. Ну, он мальчишка совсем. Еще какая-то женщина приходит убирать в номерах. А, еще же садовник! Садовника-то я забыл. Видели, сколько тут цветов и деревьев?..

Ана подумала, что увидеть цветы почти в сумерках на заснеженном дворе в декабре — небывалое дело. Но, допустим, они там есть…

— Он тут и дорожки чистит, и вообще следит за двором и по хозяйству. Так, кто еще? А, пожалуй, и все. Ну и то немало насчитал.

………………………………………………………………………

…Они вышли из номера. Прошли по коридору до поворота на лестницу. Тут, слева, тоже было окно. Они остановились.

— Смотри, — показала Мирэ на маленькую фигуру человека внизу, среди снега, — это, наверное, садовник. Что он там делает?

Ана тоже присмотрелась: фигура мужчины махала лопатой в снегу ниже дороги к отелю.

— Не знаю… Может, он что-то потерял.

………………………………………………………………………

…— А кто тут ходит? Зачем чистить?

— Как кто? Местные, которые в отеле работают. На машине тут только шеф-повар приезжает. Иногда кого-нибудь подвозит. Но он, говорят, живет тут, в отеле чаще, чем дома. Так ему удобнее. Я считаю, что это удобно, болтал Виктор, глядя на фигуру ниже по тропинке.

Фигура прекратила махать лопатой и обернулась. Ана и Мирэ получили возможность разглядеть садовника: высокий костистый угрюмый мужик в безрукавке на меху. Смотрит неприветливо из-под густых бровей.

— Поехали, а то стоим тут смотрим, как человек работает, — подтолкнула Мирэ Ану к машине.

А что? Так можно было?

Канешна!!! Нужно!

Ответ на пост Ответ на пост: А что? Так можно было?

Дорогой, уважаемый ебать его в рот доктор @Pepels рассказал практически типичную ситуацию про становление личности. От юного и неопытного наивного мальчика до взрослого состоявшегося мужчины, у которого есть свое мнение и право послать нахуй в любой подходящий момент.

Эту ситуацию можно разобрать по кирпичикам и разложить по полочкам.

Как мы знаем, опыта мы набираемся с годами, когда приходит мудрость и прочее. И, как правило, все начинается с первой, скажем так, фазы. Я хороший, и меня все любят. Это так называемая мной эпоха альтруистического долбоебизма.

В этот жизненный период мы искренне верим, что добро это бумеранг, что если я отложу свои дела, свои планы, свой сраный блядский плановый передёрг и побегу решать проблему какого-то ебанутого человека, то вселенная, ну хорошо, не вселенная, то этот человек запишет это мне в карму и когда-нибудь это мне воздастся.

Но все мы знаем, что воздастся максимум это хуем по лбу, и не более того, а являемся мы в этот период бесплатным приложением, или как вай фай в вкусные очки - все знают что он есть, может быть даже где-то пароль на видном месте, но никому в голову не придет заплатить за вай фай или сказать спасибо (кому блять...), он просто есть, просто должен работать и решать чужие проблемы.

И тут уже включается знаменитая на весь мир пословица "Кто везет, на том и едут" (Кэп, из раннего). Это в наше время даже не метафора, это прямо какой-то аксиома, закон. Есть одна лошадь, которая всегда согласна тащить телегу, даже с квадратными колесами. Ну нахуя трогать другую? Сейчас это сдохнет, тогда возьмем другую. Правильно? Правильно. Идеально.

Но эти заебы все время накапливаются, потому что ебашишь-ебашишь, а ебашеного не видно. Это голове где-то там откладывается. Тут как раз-таки приходит второй период жизни, понимание и осознание, что что-то пошло не так. Ну, назовем это накопление говна в вентиляторе.

Приходит время, и мы замечаем, что наши дела стоят.

Наши дела.

Планы какие-то начинают рушиться. Жизнь проходит мимо, потому что ты постоянно решаешь чужие проблемы.

Да схуяли.

А те, кому ты помогаешь, даже не замечают этого. Они уже стали, как за здрасте, ходить, обращаться к тебе, и для них твоя помощь становится не каким-то там подвигом, это обыденность, это уже стало почти твоей обязанностью. Ты же всегда помогаешь, ты же всегда добрый, ты же не отказываешь.

И внутри начинает копиться вот это вот хуйня, мерзкое, липкое чувство, что тебя используют как гандон. Но ты пока что не можешь ничего сказать, потому что сам согласился. Но я же сам сказал "да" в первый раз, во второй, в сотый, в тысячный раз. Я сам создал к себе такое отношение. Поэтому вроде как теперь уже и неудобно отказать, что ли, непонятно.

И тут к нам потихонечку подходит другой этап. Причем настойчиво нас стучит по плечу и говорит "Вась, очнись".

И назовем мы эту фазу идите нахуй, пидоры ебаные. Ну, эмансипация через матюки.

Окей.

Вот наступает момент истины, когда очередной хороший товарищ просит сделать что-то, что для него очень важно, а для тебя очередная ебля, которая отодвинет твои дела еще на неделю, и внутри начинает что-то щелкать.

Не сразу, конечно, сначала такой тихий шепот: а может пошел он нахуй?

а потом чуть громче

Потом приходит понимание, чтотого человека люто ненавидим. И вообще он пидор какой-то. Вообще охуел просить тут что-то. Блядь, иди сам делай хуйло.

И тут начинается фаза вежливых отказов.

Сначала вежливо, потом не очень. Потом через хуй. И самое удивительное, что мир не разрушился, все заебись. Те, кто привык на тебе ездить, сначала охуевают, а потом обижаются. А потом начинают искать другую лошадь. Потому что они, блядь, не привыкли ебашить сами. Они могут только кого-то запрячь. И находят они эту другую лошадь. Она есть. Она все время была там в стойле. Отъедалась, блядь. Оказывается, они вполне могут решать свои проблемы сами или найти другого лоха. Просто в тот момент времени было удобнее пользоваться тобой.

Вот и подошли мы с вами к зрелости, которую назовем деньги, плюшки или иди нахуй. Все, никакой морали. Мы выходим на новый уровень.

Наконец-то до нас дошло, что наше время, наши силы и наш ресурс в современном мире это товар. Мы готовы помогать.

Так, блять, легко.

В душе-то мы все равно добрые остались.

Но теперь доброта имеет свою цену.

Хочешь, чтоб я отложил свои дела и решил твою проблему? Отлично. Вот цена. Значит, давай. Пузырь конины, другой магарыч какой-то, либо баблом. В деньгах, в услуге, в выходном, в ящике коньяка.

Не хочешь платить? Пошел нахуй, решай сам. Ищи лошадь, которая работает бесплатно.

И что самое забавное происходит? Те, кто действительно нас ценит, нас и наше время, с радостью платят, потому что они понимают ценность. А те, кто привык ездить бесплатно, отваливаются сами. Это охуительный фильтр, который сам собой возник. Пришел к нам с нашей зрелостью. Это просто заебись.

И в сухом остатке мы имеем, что фраза "Кто везет, на том и едут" -это не приговор. Это всего лишь маркер неопытности. Если на тебе едут, значит ты либо сам позволил, либо не умеешь говорить "нет", либо боишься показаться плохим.

Но на самом-то деле всем на тебя похуй. Хороший ты, плохой, вообще похуй.

Хуёвый я,да, да и в рот вас ебать. Пока мне платят деньги, мне вообще похуй, что вы там обо мне думаете. Тем более на работе.

Хуй его знает. Может, конечно, у кого-то работа это как семья, благополучная или неблагополучная. Но в принципе это работа, и хожу работу я в первую очередь за деньгами. А потом идите все нахуй.

И правильный подход ко всему этому, это осознанный выбор. Иногда мы можем везти, потому что нам не сложно. Или потому что человек какой-то нам дорогой или приятный. Но это должен быть наш выбор, а не автоматическая реакция на любой запрос. А когда мы устали, то нам надо иметь смелость послать нахуй. Громко, с матом, с чувством собственного достоинства. Потому что если мы не будем уважать свое время и свои силы, их не будет уважать никто.

Блин...

Как много в этом слове ...

Эстафета от @Alenari зохвачена, ответ на Блин

Итак, дорогие ребята, передали мне эстафету, и у меня появился некоторый ступор, тормоз, не знаю еще как объяснить. В общем, попытаюсь донести до вас, в чем был ступор именно. Ибо это очень тяжело осознавать своим неосознанным сознанием. Но проявим осознанность и не дадим прерваться цепочке. Ибо Кош надо спасать, как сказал Саня. Так что присаживайтесь поудобнее, сейчас будет чушь. Обыкновенная утренняя чушь.

Блин.

Блин.

Блин.

Ну вы сами себя слышите?

Блин.

Почему употребляется блин? Это вот очень интересный вопрос. Ведь блин, это один блин, да? Но кому нужен вообще один блин? Всегда, как мне кажется, важно указать, что блин не один.

Не зря же существует такое выражение, как "к теще на блины". То есть к теще на несколько блинов, а не на один.

Один блин он нахрен никому не нужен. Ну вот скажите мне, кому нужен один блин?

Потому что один блин это вообще ни туда ни сюда. Что он есть, что его нет. Лучше бы его вообще и не было, если он один. Блинов должно быть пачка. Сантиметров 40, наверное, высотой. И между ними должна быть намазана какая-то хрень. Ну или не намазано, или всякие намазыватели в ассортименте, по идее, должны стоять. В конце концов, можно намазать квасом. Ну, в крайнем случае, каким-нибудь медом или сгущенкой.

Даже на простой такой вопрос: "алло, Василий, чем вы занимаетесь?" Василий ответит: "Ем блины", но никак не блин.

Он, Василий, ест блины. То есть он не одним блином давится, экономя его и разрезая на треугольники, как пиццу.

Он их жрет много, прям до хера, чтобы у Василия аж ебало треснуло.

Василий жрет много блинов.

Теперь из этого вытекает следующий вопрос. Сколько должно быть минимум блинов штучных?

Потому что блин - это вещь тонкая. В буквальном смысле, что он имеет минимальную толщину. То есть это по сути съедобная плоскость.

Сложно вообразить себе блин, который 3D блин. Блин это 2D конструкция. Это поверхность, двухсторонняя. Просто обычная двухсторонняя поверхность. Третьего измерения в ней не существует. Но вот если блинов много, то тогда да, это тогда 3D конструкция получается.

Что интересно, блин, который комом, это тоже 3D конструкция.

То есть изначально в нашем четырехмерном пространстве, как некоторые считают, блин стремится принять 3D облик, то есть объемный, в котором есть ширина, длина и высота.

Нам нужно три измерения, чтобы указать какую-то точку на одном блине. Это блин так хочет, вернее.

Именно поэтому первый блин получается комом. То есть он принял привычную для себя, для тех ингредиентов, из которых он состоит, объемную форму.

Трехмерную.

Мы же ломаем психику тесту, потому что ругаемся на этот комовый блин и стремимся сделать его двухмерным.

Мне кажется, это издевательство над миром блинов. То есть мы в сознание блина внушаем ему, что "слышь, ты чмо, ты 2D, но никак не 3D", а он вахуе

А еще блины круглые.

Почему круглые?

Почему не квадратные?

Почему не овальные?

Почему не треугольные?

Да все просто. Тут уже чисто вопрос технический.

Это все от того, что предмет, с помощью которого делают блины, то есть вот эта сковорода, что ли, она имеет круглую форму.

А почему она имеет круглую форму?

Потому что механически проще сделать круглую посуду, нежели квадратную. На квадратную больше операций надо. Фрезеровка, штамповка, еще что-нибудь такое.

Опять же, если штамповать, то нужно сначала фрезеровать форму. А круглая делается в промышленности легко. Нужен всего лишь один токарный станок, на котором крутится какая-то болванка, из этой болванки вытачивается сковородка. Или оснастка для ее отливки или штамповки.

Поэтому в природе редко можно заметить блины, отличные от круглой формы.

А что касается дырочек и пупырочек на блинах, так это от того что мы придали ему двухмерную форму и это там кипит вакуум, не более того, так что вот примерно такая вот вкрации природа блина.

Но помните одну простую вещь: блин - он живой, к нему нельзя относиться с пренебрежением, потому что блин он круглый, он дырчатый и он двухмерный и еще он такой прикольный весь, понимаете?

@Alida

Ану, влупи как ты умеешь!

Началось...

детектив на общественных началах

Господа, это случилось: я нашла в себе силы начать повествование.

Как обещала -- выкладываю начало. С указанием действующих лиц и исполнителей.

Я так и буду дальше выкладывать кусочки, где будут появляться те или иные зафиксированные местные герои.

Сегодня я приплела к повествованию следующих лиц:

@Kukabara - Иоанка Болбочана, хозяйка деревенской пекарни, с маленьким магазинчиком.

@etoshtrudel - Каталина Урсу, повариха в отеле.

@AlNiKo - поляк Тадеуш и Лютик , местные жители.

@kimpokom - Василе Апостол, возможно, староста деревни, мужик на все руки мастер, уважаемый и авторитетный человек.

@BespiriL -- Драгос, садовник в отеле, глубоко в годах.

Текст:

Глава 1.

Утро в деревне Цапу началось со скандала: Тадеуш, ранняя пташка, как обычно, прогуливался со своей собакой по улице, когда все и случилось.

— Ты хотела меня убить! — прижимая руки к груди и с ужасом в глазах верещала Каталина Урсу — повариха из местного отеля, того, что на горе.

Ну, как отеля… Семейное дело, которое вот-вот отдаст концы. А как их не отдать? Год от года коммунальные платежи растут, а туристы не торопятся посетить мелкий семейный отел в горах. Тем более, что и автобусы сюда не ходят.

Конечно никто не хотел, чтоб отель закрылся. Кто-то из местных работал там. Да вот хоть Каталина. Или, к примеру, старый Драгос — он там садовником работает. А Иоанка, например, поставляет туда свежий хлеб и булочки. Да что там — и пирожные тоже, если поступал заказ от хозяйки.

Как раз эта Иоанка, по мнению Каталины, и планировала ее убить. Вывеской.

— А нечего ходить тут, я же повесила предупреждение, что вывеска качается! — Иоанка ткнула пальцем в болтающийся на ветру листочек бумажки: он был приклеен скотчем к входной двери и в данный момент весело болтался на ветру.

— А там не видно! — резонно возразила Урсула и тоже ткнула пальцем в трепыхающийся листочек.

Они были чем-то похожи — Урсула и Иоанка. Обе невысокие, пухленькие. Только Урсула слегка постарше и с двумя сыновьями. Иоанка была не замужем, как-то никто еще не успел попасться в ее гостеприимные руки. Обе занимались исконно мужским делом: одна держала пекарню, вторая работала поваром. А это, как известно, мужские профессии. Характерец у дам был тоже похожий: хохотушки, веселушки, но ровно до того момента, как кто-то не рискнет перейти им дорогу. Тогда берегись, неосторожный: разнесут так, что перья по деревне полетят.

Но была у них обеих страстишка: секретные рецепты. Регулярно, минимум по одному разу зимой, весной, летом и осенью они обвиняли друг друга в краже рецептов. Или всеми силами пытались вытянуть друг из друга рецептуру какого-нибудь пирога. Сегодняшнее столкновение знаменовало начало зимнего противостояния.

— Все там видно! — не сдавалась Иоанка. — Не видишь что ли, вывеска шатается? Куда ты лезешь? Она уже неделю шатается, — Иоанка несколько осуждающе глянула в сторону Василе Апостола: он сидел в магазинчике за столиком и ждал кофе.

Ему не повезло, как раз когда Иоанка взяла у него деньги и собралась приготовить его традиционную чашку и подать к кофе пирог с дымоходом, сегодня, в четверг — начинка будет из шоколадной стружки с миндалем.

И вот Василе едва успел сесть за стол, как за окном раздался неясный звук и потом крики Урсулы: на нее упала вывеска Иоаниной пекарни. Василе поморщился: сам он был мужик мастеровитый, и такое отношение к имуществу его немного коробило. А ведь он еще в прошлом месяце, перед самыми ветрами, советовал Иоанке укрепить ее скрипящую вывеску. Но эта безалаберная Иоанка… Скорее бы уже мужа нашла, уж мужик-то не позволил бы вывеске просто свалиться на голову заказчика. Ну, то есть заказчик — хозяйка отеля, а Урсула просто пришла забрать булочки к завтраку посетителей. И тут такая неприятность… Нет, надо все же самому повесить вывеску, и повесить как следует, чтоб не упала не то что от ноябрьских и декабрьских, а и от мартовских ветров! Да, он займется этим сам, как-нибудь убедит Иоанку починить вывеску немедленно. Вон, смотрит на него через окно. Вспомнила, что он ей говорил месяц назад? То-то же!

Урсула подняла со снега свою корзинку. Хвала всем святым, она была пустая. Урсула не успела еще забрать заказ, а тут такая неприятность! Это все потому, что Иоанка не может простить Каталине те пончики… Ну, ничего, Каталина отомстит!

— Давайте, я вам помогу, — ранняя пташка Тадеуш аккуратно взял Каталину под локоток и помог выпрямиться. Мелкий песик Лютик суетливо вертелся под ногами.

— Господи, уберите этого… Вот его… Лютика, а то он мне под ноги бросается. Я и так сегодня вся на нервах, — ворчала Каталина, поправляя шубку и платок на голове. — И это только утро! Никаких моих сил не хватит… — И она, поджав губы, осуждающе оглядела Иоанку с ног до головы: та выскочила на улицу, как была: в кофточке и фартуке и теперь начинала уже дрожать от холода. — Так и будешь стоять? А заказ мне кто отдаст?

Иоанка засуетилась и открыла дверь в магазинчик, пригласила Каталину, подождала, пока повариха прошествовала внутрь помещения, и пригласила Тадеуша:

— Проходите, прошу вас.

Но галантный Тадеуш шаркнул ножкой, пропустил в теплое нутро магазинчика сначала хозяйку, подхватил лютика и зашел следом.

Утро в деревне Цапу потекло своим чередом.

Запрос у Вселенной, бесплатно и без СМС.

Размышлительниншна.

Подписан на всеми любимого Артемия Татьяныча Лебедева. Да, можете ржать, но вот такой вот прикол у меня. Подписываюсь на всякую хуйню и читаю те высеры, которые они излагают в своих постах, в твиттерах сраных.

Так вот, не так давно он опубликовал свои мысли по поводу заказов всякой хуйни у вселенной. Блять, я конечно был удивлен, что он на полной уверенности говорит, что заказы у вселенной работают.

Сейчас разберём эту ебучую хуйню, потому что она, на самом деле, гениальна в своей ёбаной абсурдности.

Вот смотрите, в чём пиздец. Он, по сути, раскрывает главный секрет всех этих ебучых гуру и космических мошенников: самый мощный инструмент во вселенной — это моя собственная, ничем не обременённая, наглая вера. Только они продают эту веру за деньги, а Лебедев — выносит сор из избы и говорит: «Ребят, вас наёбывают. Всё и так бесплатно, вы просто долбоёбы».

Но тут же встаёт главный вопрос, который ты и поднял, и который сводит на нет всю эту магию: А ЧТО, БЛЯДЬ, ЗАКАЗЫВАТЬ-ТО?

И правда. Если отбросить всю эту хуету про «высокие вибрации» и «чистоту помыслов», что остаётся?

Материальное (квартира, тачка, хуй до пола). Но это же, блядь, низменно! Это ж алчность, потребительство, приземлённость! Вселенная, существо возвышенное, посмотрит на твой заказ на четырёхкомнатную хату с евроремонтом и скажет: «Фу, мудила, мелочный. Иди нахуй со своим ипотечным рабством, я вселенские масштабы мыслю». И, как верно подметил, может исполнить буквально: хуй до пола — пожалуйста, но за счёт ампутации ног. Будь осторожен в формулировках, космос — большой тролль.

Духовное/абстрактное (мир во всём мире, счастье, любовь). А вот это уже, казалось бы, то самое, высокое. Но, блядь, тут парадокс! Мир во всём мире — это как заказать у вселенной, чтобы она перестала быть вселенной. Хаос, борьба, ебанина, войны — это её двигатель. Без зла нет добра, без пиздеца нет кайфа от тишины. Это как просить смерть, чтобы она перестала быть смертью. Бессмысленно.

Личное, но нематериальное (здоровье близких, мудрость, избавление от тревоги). Вроде бы оптимальный вариант. Но и тут засада! А что, если твоё «здоровье близких» вселенная обеспечит, отправив их в кому? Вечные, здоровые овощи. А «избавление от тревоги» — через лоботомию? Вселенная — не психохуйолог, она решает задачи радикально.

И вот сижу, чешу пареную репу, смотрю в этот космический каталог бесплатных услуг и понимаю, что он пуст. Потому что любое конкретное желание — мелко и пошло. А любое возвышенное — абстрактно и неисполнимо без жутких побочек.

Так что же заказывать?А хер его знает.Может, самый адекватный заказ у вселенной — это способность получать кайф от этой самой неопределённости? Или чувство юмора, чтобы не сойти с ума от её буквальных трактовок? Или просто хороший кофе по утрам, но с оговоркой «без последствий в виде коллапса кофейной индустрии и тотальной жажды человечества»?

Короче, вся эта хуета с заказами у вселенной упирается в один простой факт: мы, как вид, настолько ебнутые, что даже получив доступ к безлимитной, всемогущей силе, мы нихрена не можем придумать, чего хотим, без того, чтобы не обосраться. Мы либо просим конфетку, либо хотим прекратить существование зла, не понимая, что одно без другого — хуйня полная.

Так что да, Артемий прав — заказывать можно всё и бесплатно. Вот только что заказывать — это такой ебучий квест, что проще сходить и купить себе этот хуй до пола в секс-шопе. По крайней мере, предсказуемо. Да и по лбу бить удобнее.

Написание сивой кобылы...

Размыслительниншна...

Короче, есть такая хуйня: сидишь ты, и в голове рождается гениальная, ебанически сложная мысль, настоящая философская атомная бомба, которая перевернёт всё представление о том, почему кот похож на хуй. Ты уже видишь себя лауреатом какой-нибудь премии за самый пронзительный пост года, но который нахуй никому не нужен.

Ты подходишь к клавиатуре, заряженный, как ёбаный терминатор. Палец зависает над буквой "М". И тут... пиздец. Пиздец абсолютный.

Потому что пока твой палец, этот тупой, неповоротливый кусок мяса, ищет эту ебучю букву, твой мозг, тот самый, что секунду назад генерировал вселенскую истину, уже успевает: вспомнить, что забыл купить хлеба, продумать ответ на оскорбление, которое тебе наговорили в твоём 2007 году, уйти в глубокие размышления о природе сыра в холодильнике и половых признаках чайного гриба, полностью и безвозвратно стереть исходную, гениальную мысль.

И ты сидишь, уставившись в пустой текстовый редактор, как полный даун. На месте атомной бомбы - тишина. На месте философского трактата - крик души: "А... блядь... ну... оно... э...". И поехали: пост из трёх корявых предложений, где главная мысль потерялась где-то между "привет", "как дела" и "идите нахуй дорогие сограждане"

И вот тут-то и приходит спасение. Блядская, ёбанная диктовка. Ты берёшь телефон, включаешь запись и просто начинаешь нести хуйню. Всю, что накипело. Без остановки. Без поиска букв. Поток сознания, блядь, в чистом виде. Ты материшься, ты путаешься, ты повторяешься, но ты НЕ ОСТАНАВЛИВАЕШЬСЯ. Мысль течёт, как говно по трубе - неприглядно, но целеустремлённо и без засоров. Гдавное, чтоб никто не видел...

А потом наступает вторая стадия - адский труд редактора-мазохиста. Ты слушаешь эту запись и понимаешь, что наговорил такой бред, что хоть святых выноси. Но! Среди этого словесного поноса лежат какушата. Те самые острые, блестящие мысли, которые ты хотел донести. И ты начинаешь эту цацку из слов промывать. Хорого, если мысль произнесена гладко, а иначе вычленяешь крупицы смысла, расставляешь эти ёбаные запятые, которые, кажется, существуют только чтобы усложнять жизнь, вырезаешь бесконечные "короче" и "блядь" (хотя некоторые, почти все, оставляешь, для души). И из этого хаоса рождается текст. Читабельный. С внятной мыслью. Без потерь.

И да, все потом думают, что это нейросеть. Потому что как ещё объяснить, что у такого криворукого дебила, как ты, могут быть связные мысли? А секрет прост: вас наебали, почти. Ты выкинул из уравнения свои кривые руки и позволил своим кривым мыслям течь напрямую. Пусть через болото собственного косноязычия, но течь.

Так что нет, дорогие лиспубликанцы, это не нейросеть. Это просто старый, как мир, лайфхак для тех, у кого скорость мысли в тысячу раз превышает скорость печати, а память очищается, как оперативка при запуске новой игрушки. В прошлом дохуя кто так делал. Посмотрите любое кино. Там или патологоанатом, или агент из Твинпикса (мемом выше) постоянно что-то пиздят себе в диктофон. Вот такие костыли для кривожопости. И да, эта информация вам нахуй не нужна. Но теперь вы знаете.

Так много вопросов....

Куда Марк шагал?

Что мыла Йовович?

почему Роберт дауни?

и почему он младший?

где Вин дизель покупал?

помыл ли пол Уокер?

почему Джаред лето любит?

Куда Марк шагал?

Кого бил Гейтс?

Чем Тадж махал?

И чем Дитер болен?

Из какого Джеки чана?

Из-за чего Чак норрис?

Откуда Брюс вылез?

А где ещё полМаккартни?

И гиде этот Мопассан?

Ныряла ли Бритни с пирса?

А куда Стивен сигал?

И где всё таки куртка Бейна?

Кого бил Гейтс?

Чем Тадж махал?

И чем Дитер болен?

Из какого Джеки чана?

Из-за чего Чак норрис?

Откуда Брюс вылез?

А где ещё полМаккартни?

И гиде этот Мопассан?

Ныряла ли Бритни с пирса?

А куда Стивен сигал?

И где всё таки куртка Бейна?

In the Matrix

Наверное, каждому из нас хоть раз приходила в голову дофига оригинальная мысль: а не находимся ли мы "в матрице"? Вот и мне приходила. И не просто приходила. Периодически вокруг меня происходят события, которые иначе особо и не объяснить (можно, конечно, объяснить случайностями и совпадениями, но это скучно).

Вот иду я, например, ранним зимним утром на работу. Впереди сугробы и узенькая тропинка, вытоптанная среди сугробов такими же бедолагами. Вокруг, разумеется, никого. Но стоит сделать десяток шагов по этой тропинке, как откуда ни возьмись, на ней образуется пешеход. И вот я уже всячески пытаюсь разойтись с ним на этой тропинке и при этом не утонуть в сугробе. Откуда он взялся? Ответ очевиден: он просто подгрузился для создания иллюзии обитаемости мира.

Или вот есть у нас в ЖК "волшебный" угол дома. Пока идёшь к нему, он пуст, но стоит выйти на него (особенно с коляской), и со всех сторон начинают ездить машины. То есть дорожный траффик генерируется непосредственно вокруг меня, и исчезает (для экономии вычислительных мощностей), когда я удаляюсь от ключевой точки.

Колитесь, было такое? Или я один такой Избранный?

Как делать то, что никому не нужно.

Пятничное мыслительное.

Здравствуйте! Как вы знаете, есть иногда полезные вещи. Например, молоток. Им можно забивать гвозди, бить по голове, просто смотреть на него. А можно не смотреть на него. Можно положить и забыть, где он лежит, а потом купить новый при необходимости. Но это в редких случаях. А есть вещи прекрасные. картина, от которой у людей слезы рекой льются, или нервный тик становится, а может быть еще какой-то непонятный тип реакции доселе неизвестной науке.

А еще бывает пустое пространство, где нет ничего. Говорят, такая штука в космосе летает где-то. То есть там пусто от слова совсем. Ну, есть, конечно, там какое-то кипение вакуума. Но на этом, пожалуй, все. А еще есть такая интересная штука. не знаю как сказать, но вот попробую описать - это когда берешь в руки какой-нибудь камень, такой какой-то уродливый, некрасивый, он весь такой непонятный, ну бесформенная глыба твердого вещества. И вдруг в голову приходит, что надо его отполировать, отшлифовать. Не для того, чтобы сделать из него какую-то полезную вещь, а просто чтоб он стал камнем, но каким-то отшлифованным что ли или менее угловатым или еще каким-нибудь в общем чтоб он стал еще более каменным, гладким. И вот часами, днями, годами возюкаешь этим камнем по наждачке, то одной зернистости, то другой, чувствуешь как пыль забивает нос, если не додумался смочить водой, а грязюка забивается под ногти... а ведь ты не скульптор, ты вообще не знаешь как это - отсечь все лишнее, чтобы было красиво , и ты даже не ювелир - ты просто баран, который занимается тем, что трет камень об шершавую поверхность, чтобы... чтобы что? верно! чтобы ничего, просто так...

И вот мы уже дотерли камень до какого-то состояния, или просто устали, или еще что-то, но выкинуть жалко, потому что столько времени на него было потрачено. И вот он лежит такой на полке, одинокий, весь такой отшлифованный или или не дошлифованный, ну как-то обработанный, плохо или хорошо неважно, и никто не знает про его существование, никто его не видит, а придут, допустим, гости, посмотрят на полку спросят: "что за хуйня валяется?", а ты пожмешь плечами : "да хуй его знает что это такое...", но не потому что ты скрываешь великую тайну, а потому что это правда - хуй его знает нахуй он тут нужен, он же не греет, не кормит, не радует глаз в привычном смысле, он просто есть и в этом его главное и по сути единственное свойство - быть результатом твоего совершенно бесцельного и бесполезного действия.

А потом, когда мы заебались тереть камни, или он заебал уже собирать пыль на полке, его можно или выкинуть, или забыть про него, но начать заниматься какой-нибудь другой хуйнёй. Например, собирать спичечные коробки, записывать цены на недвижимость, которые тебе снятся, попездывать, что было такое или иное, хотя на самом деле ничего такого не было... или можно будет сходить в лес попытаться запомнить, а потом дома воспроизвести на листе бумаги какой-нибудь узор теней от одной единственной сосны в березовом лесу в разное время дня... и вот от него делать ты... Ты создаешь архив чего-то, что не имеет ни исторической, ни художественной ценности. Ты просто строишь монумент собственному вниманию, направленному в никуда. Через некоторое время даже будет стыдно это кому-то показать. Да и сейчас, собственно, это нахуй никому не нужно. Потому сюда и пишу :D

А тут ебутся лошади.

А самое главное, что всем от этого действительно ни хуёво, ни охуенно. Во-первых, потому что об этом никто не знает, а даже если кто-то и узнает, то всем будет похуй. А во-вторых... А нету никаких во-вторых)) Но это твое личное дело, твой личный, никому не нужный способ проводить время. Твой способ отмечать свое существование в мире не громкими свершениями, а тихими, никому неведомыми и никому ненужными жестами. И когда ты понимаешь, то осознаешь, что эта хуйня, возможно, единственное, что ты делаешь по-настоящему для себя. И в этом ее смысл. Но этого смысла тоже нет.