Оводы. Как стать живым инкубатором

Здравствуйте мои дорогие мальчишечки и девчоночки! Если вы думали, что плесень или, скажем, ленточные черви - это предел мерзости, то пристегнитесь: наши сегодняшние гости заставят вас с опаской смотреть на каждую пролетающую муху и почёсываться в самых неожиданных местах. Встречайте - оводы. Берите что-нибудь вкусненькое поесть и попить, если вам полезет кусок в горло, а я начинаю просвещение.

з.ы. специально сдерживаю себя с сильно сочными картинками, чтобы не шокировать сильно впечатлительных. Особо сильно желающие всякой жести могут наяндексить себе все сами.

Кстати, вы также можете подписаться на меня в телеге: Дичь в Природе (ссылочка в профиле)

Оводы (лат.Oestridae) - семейство паразитических двукрылых из инфраотряда круглошовных мух. Эти ребята - не просто назойливые жужжалки, а высокоспециализированные мастера подкожного террора, чья единственная цель в жизни - найти для своего потомства уютный, тёплый, мясной домик. И этим домиком, дружище, можешь стать ты, или твоя корова, если она у тебя есть, или олень, или даже, обезьяна, да мало ли интересных животных могут стать жертвами оводов.

Кто они и откуда?

Начнём с основ: оводы - это семейство двукрылых насекомых, то есть, по сути, мухи, но не те безобидные, что трут лапки на твоём бутерброде, хотя они тоже не сильно полезные. Эволюция превратила их в идеальные машины для паразитирования, и пока обычные мухи откладывали яйца в гниющие трупы или фрукты, или фекалии, предки оводов подумали: "А зачем ждать, пока мясо испортится? Можно ведь использовать свежее!" (вопрос с фекалиями у них даже не поднимался, наверное брезгуют).

Так и появились эти гении эндопаразитизма (жизни внутри хозяина). За миллионы лет они отточили свои навыки до совершенства, разделившись на три основные "специализации", от которых волосы встают дыбом (ну, у меня нет, а вот у вас точно должны. Есть же тут впечатлительные?):

Подкожные оводы. Не устаревающая классика: их личинки живут и растут прямо у тебя под кожей.

Носоглоточные оводы. Эти предпочитают селиться в носовых проходах и глотке. Ну вот травятся им слизистые оболочки.

Желудочные оводы. Самые отбитые из всей троицы. Их детишки кайфуют, плавая в желудочном соке (на самом деле они больше любят зацепиться где-нибудь за стенку кишечника, но это звучит не так эпично).

Распространены эти черти практически по всему миру, кроме, разве что, Антарктиды. Где есть теплокровные млекопитающие - там есть и оводы, готовые превратить их в живой инкубатор на ножках.

Не верь глазам своим

Взрослый овод выглядит обманчиво. Часто они крупные (до 25 мм в длину), мохнатые и похожи на шмелей или пчёл: такая мимикрия помогает им спокойно летать и не быть съеденными птицами, но есть один нюанс, который выдаёт в них чудовище: у взрослого овода полностью отсутствует ротовой аппарат. Утерян в процессе эволюции. Вы спросите меня: "А как же так вышло?" А я вам отвечу: "Дело в том, что ему не нужно есть". Вся взрослая жизнь овода - это короткий спринт длиной в несколько дней или недель, где единственной целью является - найти партнёра, спариться и найти жертву для откладки яиц. Все питательные вещества он накопил, будучи жирной, мерзкой личинкой внутри какого-нибудь дачника, ну или лошади, не знаю. Главное, что взрослый овод (самка, естественно) - живой, летающий контейнер с яйцами, как бомбардировщик, работающий на запасах из прошлой жизни, и, когда топливо кончится, этот бомбардировщик разобьется, поэтому так важно успеть "отбомбиться" до этого момента.

А вот личинка - это квинтэссенция отвращения, размеры которой могут достигать 25 мм, в зависимости от вида. Представьте себе толстого, ребристого, бочкообразного червяка, усеянного рядами крючьев и шипов, а нужны они совсем не для красоты. С их помощью личинка надёжно закрепляется в тканях хозяина, чтобы её не вымыло и не вытолкнуло. Цвет варьируется от грязно-белого до тёмно-коричневого, в зависимости от стадии развития и вида, и эта штука растёт, питаясь твоими тканями или содержимым твоего желудка.

Симфония мерзости

А теперь переходим к самому интересному: как эта мерзость попадает внутрь, развивается и превращается во взрослую мерзость?

Акт I: Заражение

Разберем на разных примерах для наглядности и для пущего нагнетания отвращения.

Подкожные: Самка не кусает, а подлетает к корове или оленю, или лосю и, как заправский снайпер, на лету отстреливает свои яйца в волосы на ногах животного. Тихо, безболезненно, профессионально, а главное - животное даже не замечает, что его только что "заминировали".

Желудочные: Эти действуют ещё хитрее: самка садится на шерсть условной лошади, обычно на передних ногах, и откладывает желтоватые яйца, похожие на семена кунжута. Дальше лошадь, как и любое чистоплотное животное, начинает себя вылизывать, соответственно, слизывая и яйца овода. Яйца попадают в тёплую, влажную среду рта, и тут срабатывает триггер: из них мгновенно вылупляются крошечные личинки, да, прямо во рту!

Носоглоточные: Эти ребята - мастера бомбометания, а в нашем случае - яйцеметания. Самка на бреющем полёте подлетает к морде овцы, например, и буквально "выстреливает" ей в ноздри струйкой жидкости, в которой уже находятся живые, готовые к действию личинки первой стадии. Да, некоторые оводы являются живородящими, и никаких тебе яиц, только хардкор, только немедленное внедрение (ладно, яйца все же есть, но созревают они внутри самки, так что не считается).

Человеческий овод: А вот тут многие напряглись, "в смысле человеческий"? Эта тварь из Южной Америки слишком крупная и шумная, чтобы незаметно подлететь к человеку, но заразить же его как-то нужно, да? Так вот, она ловит комара или другого кровососущего летучего гада: прямо хватает его в воздухе, переворачивает и, удерживая, приклеивает свои яйца ему на брюшко, а затем отпускает. Комар, ничего не подозревая (хотя и немного в шоке), летит дальше по своим делам - искать, кого бы укусить. Когда он садится на тебя, то тепло твоего тела даёт сигнал яйцам овода, и из них вылупляются личинки, которые падают на твою кожу и через ранку от укуса комара (или любую другую царапину) зарываются внутрь. И нет, у нас такие не летают, можете выдыхать.

Акт II: Оккупация и откорм

Личинка внутри, но что же она теперь будет делать, спросите вы? Конечно же питаться своим новым домиком, т.е. хозяином.

Подкожный вариант: Вылупившись из яйца на шерсти, личинка прогрызает кожу и начинает своё долгое, многомесячное путешествие по телу хозяина. Она мигрирует сквозь соединительные ткани, вдоль нервных стволов, иногда пробираясь в спинномозговой канал (что, кстати, может вызвать паралич у животного). Её цель - спина, вот там она останавливается, прогрызает в коже дыхательное отверстие (свищ) и устраивается поудобнее, выставив наружу задний конец с дыхальцами. Вокруг неё формируется соединительнотканная капсула.

И вот в этой уютной мясной квартирке, дыша через дырку в коровьей спине, она будет жить несколько месяцев. Питается она не кровью, как можно подумать, а продуктами воспаления и тканевой жидкостью, которую организм хозяина любезно поставляет прямо к её "столу". По сути, тело само кормит своего мучителя. Периодически личинка линяет, растёт, жиреет, достигая размеров крупной фасоли или даже грецкого ореха (ну может не такого толстенького), и готовится к тому, чтобы в скором времени покинуть свою жилплощадь. Периодически из дыхательного отверстия может брызнуть струйка экскрементов. Приятного аппетита.

Желудочный вариант: Попав в рот лошади, личинки первого возраста вбуравливаются в слизистую языка и дёсен. Там они живут и развиваются около месяца, после чего открепляются и вместе со слюной проглатываются, поскольку их конечная цель - желудок. С помощью своих ротовых крючьев они намертво прикрепляются к его стенкам, так что иногда их там скапливаются сотни, если не тысячи. Представьте себе ковёр из копошащихся, шипастых червей, покрывающий всю внутреннюю поверхность желудка или кишечника. Они питаются тканями и кровью, вызывая язвы, гастриты и колики. Вот в этой кислотной бане они проведут почти год, спокойно переваривая твой обед вместе с тобой. Снова приятного аппетита.

Носоглоточный вариант: Личинки, впрыснутые в ноздри, немедленно цепляются своими крючьями за слизистую. Они ползут всё глубже - в носовые ходы, лобные пазухи, решетчатую кость, иногда добираясь до самой глотки. Их шипы постоянно раздражают нежные ткани, вызывая дикое воспаление, отёк и постоянное выделение слизи и гноя. Животное трясёт головой, чихает кровавой слизью, трётся мордой обо всё подряд в тщетной попытке избавиться от невидимого врага. Это состояние называется - "ложная вертячка", а личинки сидят себе в тепле и безопасности, пожирая слизь и продукты распада тканей.

Акт III: Эвакуация

Нажравшись до состояния "больше не лезет", личинка готовится покинуть свой гостеприимный домик, и все это делают по-своему.

Подкожные: В один прекрасный солнечный день созревшая личинка, растолкав края своего дыхательного отверстия, просто вываливается из спины хозяина и падает на землю. Все, никакого изящества, и никаких хитростей, а просто "плюх" и все, до свидания.

Желудочные: Проведя зиму в желудке, личинки открепляются и вместе с каловыми массами отправляются в путешествие по кишечнику. Выход, как вы понимаете, у них один и выходят наружу личинки вместе со свежей порцией навоза.

Носоглоточные: Эти ребята выбирают самый эффектный путь. Созрев, они отцепляются от слизистой и во время очередного яростного чихания хозяина вылетают из его ноздрей наружу вместе с облаком кровавых соплей. Хотя, если рассматривать все три способа, то первый мне кажется наименее мерзким.

Так или иначе личинка попадает на землю, после чего она быстро зарывается в почву или под лесную подстилку. Её гладкая, упругая кожица темнеет, твердеет и превращается в пупарий - прочный защитный кокон. Внутри этого саркофага происходит превращение: бесформенный, слепой червь-паразит перестраивает каждую клетку своего тела, чтобы превратиться в крылатое, мохнатое насекомое с огромными глазами. Этот процесс занимает от нескольких недель до месяца, в зависимости от температуры и влажности. Круг замкнулся.

Что насчет людей?

Хотелось бы сказать, что нас эта зараза не касается, но нет, тем более я уже выше писал про человеческого овода. Человек для большинства оводов - случайный, тупиковый хозяин, но некоторым видам на это плевать. Самый известный "любитель" человечинки - это уже упомянутый Dermatobia hominis, человеческий кожный овод.

Заражение им называется кожный миаз. Личинка под кожей - это не просто косметический дефект, а достаточно болезненный попутчик. По мере роста она шевелится, и эти движения ощущаются как покалывание, пульсация или резкие уколы. Дыхательное отверстие, которое она проделывает в коже, выглядит как фурункул или укус насекомого, но с маленькой дырочкой в центре. Из этой дырочки периодически сочится серозная жидкость с примесью крови и экскрементов личинки. Если присмотреться, можно увидеть, как в отверстии периодически появляется и исчезает тёмная точка - это задница паразита, высовывающаяся подышать.

Ночью личинка становится активнее, и ощущения усиливаются, мешая спать, а попытки выдавить её, как прыщ, обычно обречены на провал, ведь её шипы, направленные назад, работают как гарпун - чем сильнее давишь, тем крепче она держится.

Удаление - это отдельная песня. Врачи могут удалить её хирургически, но есть и народные методы, такие что один другого краше. Например, отверстие заклеивают пластырем или заливают вазелином, перекрывая личинке кислород. Задыхаясь, она начинает высовываться наружу в поисках воздуха, и в этот момент её можно ухватить пинцетом и медленно, с мерзким хрустом, вытянуть. Другой способ - приложить к отверстию кусок сырого мяса. Личинка, видимо, думает, что принесли обед, и начинает переползать в мясо, после чего всю конструкцию выбрасывают.

Иногда личинки могут поселиться в крайне неприятных местах: задокументированы случаи миаза век, кожи головы (где она живёт под волосами и там вообще фиг что разберешь: только бриться) и даже мошонки (здесь могла бы быть шутка, но я все же воздержусь).

Другие виды оводов тоже не брезгуют человечиной. Так, например, личинки лошадиного овода могут случайно попасть в рот человеку и развиваться в дёснах, а личинки овечьего носоглоточного овода, случайно "выстреленные" в глаз человеку, вызывают офтальмомиаз - дикое воспаление, конъюнктивит и ощущение, будто в глазу копошится сотня иголок. К счастью, в глазу они долго не живут и погибают, но приятного всё равно мало.

Закругляемся

Полагаю, что на сегодня с вас хватит всех этих сочных подробностей про житье-бытье наших маленьких друзей-паразитов. Если вам интересно, то мне тоже было не очень приятно описывать некоторые моменты. Надеюсь, что вам все же было интересно и познавательно почитать об очередном обитателе нашей с вами планеты.

Всем спасибо, все свободны!

Продолжается

детектив на общественных началах

Сограждане. Те, кто заинтересован.

Сегодня я выкладываю еще несколько отрывков из детектива. Сегодня каки-то герои появились во всей красе, кто-то мелькнул и пропал, а кого-то просто упомянули. Участвующих выделила подчеркиванием.

Итак, кто сегодня участвуют:

@moortnelis -- Ана, турист

@Alenari — Адина Албу, местная дама лет 45

@Kukabara — Иоанка Болбочана, ну вы помните -- владеет пекарней

@SergeyRY — сегодня ты Мариус Лупу, турист

@etoshtrudel — Каталина Урсу, повариха в отеле

@BespiriL — Драгос, старый садовник в отеле

Упомянуты, хотя и не появились в этих сценах:

@kimpokom — Василе Апостол, староста деревни

@vervolph — Штефан Бурча мэр

@Aid314 —Михей Кодряну, повар в отеле

Появился еще большой белый волк (или собака?) -- типа оборотень. И кто бы это мог быть?

Отрывки:

…— Представь, как нам повезло,— отвлекла ее Мирэ, — Иоанка проводит нас, а еще в деревне есть классная пекарня, и она говорит, что готовят в отеле хорошо, она лично знает повариху.

Ана удивленно глянула на радостную Иоанку.

— Да-да-да, — закивала та головой. — Вам понравится. Не знаю, как вас занесло к нам, но кормят тут точно хорошо! Правда, шеф-повар там… Ну, неважно, вы его и видеть-то не будете, — снова заулыбалась она. — А вот и наш автобус, пошли поскорее, тогда еще и сидячие места успеем занять. Здравствуй, Адина! — кивнула она той самой мрачной женщине, — А в «Марии» новые гости!

Мирэ с Аной переглянулись: Иоанка что, собралась представлять их всем местным жителям?

Адина, видимо, тоже сочла это излишним, так как ее недовольный взгляд скользнул по подругам, плавно перетек на Иоанку, а потом на двери автобуса.

— Я очень рада, — холодно сказала она автобусным дверям и вошла в автобусное чрево.

Иоанка подмигнула подругам и тоже заторопилась занять свободные сидячие места. Мирэ с Аной потащили свои чемоданы к автобусу.

…………………………………………………………

…— Смотри! — внезапно остановилась Мирэ около какого-то столба. — Не может быть! в декабре?!

Ана подошла ближе и глянула на столб, так удививший подругу.

— Что тут?

— Представляешь, они фонтан открывают! В декабре!

— Да, небось объявление старое, — отмахнулась Ана и устало побрела дальше за Иоанкой.

— Да как оно может быть старым, оно бы от дождя и снега размокло. И вообще, листочек выглядит как новый.

Ана пожала плечами: мало ли что тут происходит, тем более, что…

— А может, правда говорят, что тут привидения есть? и оборотни…

— Ага, — усмехнулась Мирэ, — и вампиры с ведьмами. А чего ты про привидений вспомнила?

— Странно у них тут как-то. Вон та, которая Адина, она на ведьму, между прочим, похожа. — Ана поискала глазами хмурую женщину: та тоже уже вышла с автостанции и теперь стояла у края дороги и оглядывалась: искала такси?

— Или на школьную учительницу, — пожала плечами Мирэ. — Идем, вон, Иоанка нам машет рукой.

— Ехать недалеко, минут пятнадцать, — обнадежила их Иоанка, когда она загрузились в такси. — И хорошо, что эта Адина с нами не напросилась. Она такая, у-у-у… — Иоанка покрутила головой, — в общем, Мама Пэдурий целая.

— Я тебе говорила! — зашипела Ана в ухо Мирэ, — это ведьма!

— Как есть ведьма! У нас ее никто не любит. Но, конечно, не в этом смысле. А в смысле что она странная. И злая. Вечно такая мрачная ходит… И ни с кем не разговаривает. Потому и говорят, что она ведьма. Да нет, конечно, — махнула рукой Иоанка и демонстративно стала смотреть в окно.

— На пустом месте слухи не рождаются, — попыталась Ана подтолкнуть Иоанку к разговору.

— А, наверное. Там что-то такое было. Ну и брат, конечно, погиб. Давно это было…

Мирэ ткнула Ану в бок. Ана вздохнула и сменила тему:

— А что за фонтан у вас тут открывают зимой?

Иоанка немного стушевалась, но ответила:

— Так просто фонтан. Обыкновенный, на площади.

— А почему зимой-то? весной обычно фонтаны открывают…

— Там такое дело… В общем, так получилось. Знаете, не всегда так получается как задумали. Вот и тут не получилось. То есть получилось, по позднее. В общем — открывают, и хорошо. И вы сходите на открытие: там весело бывает. И концерт какой-нибудь, и сувениры всякие. И может даже от мэрии угощение. Мэр у нас хороший, добрый. Поэтому и фонтан зимой… — непонятно закончила Иоанка и загрустила.

— А еще на что тут можно посмотреть? — отвлекла ее от неизвестной грусти Мирэ.

— Так тут много всего, я сейчас расскажу…

……………………………………………………………

…— Мрачновато, — пробормотала Ана. — И что, тут отель?

— Да нет, отель дальше, как через деревню проедете — еще километр и вы на месте! ну, может даже два километра. А если идти по тропинке вниз — то можно срезать дорогу и тогда еще меньше идти, — болтала Иоанка беззаботно. — И ничего у нас не мрачновато, это потому что вечер уже. Вон, смотрите, какая церковь красивая!

Ана глянула, куда показала Иоанка. И действительно, церковь была красивая: веселенькая, беленькая, пятиглавая. Как будто вышла погулять в треугольном платке-куполе и в белом пальто.

— А с того конца еще часовня есть, — показала вперед Иоанка, — там могила старого то ли графа, то ли графьего сына. Старая могила, ей лет сто уже. Вот там оборотня и видели, — закончила она.

Ана, конечно, уже готова была к тому, что разговор Иоанка разворачивает в любой момент и в любую сторону, но такого пассажа все равно не ожидала.

— Какой оборотень? — опередила с вопросом Мирэ.

— А обыкновенный, белый.

Ничего обыкновенного в белом оборотне Ана не видела. Но, может это у них, в Констанце, это не практикуется — оборачиваться в белых… А в кого, собственно тут принято оборачиваться?

— Кто белый? — снова была первая с вопросом Мирэ.

— Да волк же. Волк. Такой огромный, белый. И сразу в лес!

— Небось, обычный волк, — засомневалась Ана. — Или собака.

— Да что мы тут, собак не видели? И волки иногда встречаются. А этот, говорят такой огромный, что когда прыгает — кусты ломает. И пасть у него огнем горит! Правда-правда, мне Василе рассказал. Он его видел.

— А кто такой Василе? — с подозрением спросила Мирэ. Она была дама с критическим складом ума и сходу таким россказням не верила. А подозревала, что этот Василе — человек со странностями. Например, алкоголик.

— Это староста наш. Очень уважаемый человек.

— А что, пьет он? — как можно равнодушнее спросила Мирэ.

— Да вы что, думаете, ему волк привиделся? Ну уж нет, уж все знают, что Василе зря болтать не будет. Да вы сами можете с ним поговорить: приходите ко мне — я вас познакомлю. И сразу поймете — это очень уважаемый человек. И так рассуждает всегда умно. Образованный, что тут говорить. Он образование хорошее получил, его отец у графа работал…

— Да про каких графов вы все тут говорите? Графов нет давно.

— Это у вас нет, — даже немного обиделась Иоанка. — А у нас они есть. Вот вы в отель едете, а он как раз графам и принадлежит. Ну, то есть их родственниками. А старый граф в колхозе, говорят, учетчиком работал. То есть тоже был образованный. Ему тогда уж лет шестьдесят было. А те, которые сейчас хозяева — они были не хозяева…

Ана помотала головой: она уже запуталась, кто, где, когда и почему. Она стала смотреть в окно. Такси уже свернуло с шоссе аккуратно рулило по узким деревенским проулка.

— А мы точно куда надо едем? — засомневалась она.

— Точно-точно, — успокоила Иоанка. — Вот сейчас за тем поворотом я выйду — вы увидите мою пекарню, а там прямая дорога как раз к вашему отелю…

…………………………………

…По лестнице кто-то затопотал. Все повернули голову. Сверху спускался дядька лет пятидесяти. Крепкий, бородатый и в крепких кожаных ботинках на толстом ходу.

— Добрый вечер, — поздоровался дядька и глянул в сторону столовой.

— Вижу, я вовремя. И к тому же, в компании с такими милыми дамами, — галантно шаркнул ногой мужик и представился: — Я Мариус Лупу. Я тут уже неделю. Вы не представляете, какая тут красота! — он восторженно обвел руками потолок холла. — Ну, то есть не тут, а там, — махнул он в сторону глухой стены, — в горах. Но и деревня — хороша!

Мариус вопросительно глянул на девчонок.

Ана вспомнила, что надо быть вежливой и постаралась мило улыбнуться:

— Я Ана, это моя подруга — Мирэ. Да, мы недавно приехали, с час назад.

Мире коротко кивнула и на этом ее старания быть вежливой закончились. Впрочем, она всегда была такой: ее милую и открытую улыбку надо было еще заслужить. Некоторым это не удавалось никогда.

— Очень рад, очень рад, — все еще расшаркивался Мариус. — Вы правильно сделали, что приехали именно сюда! Тут прелестно. Не то что эти туристические маршруты с Дракулой в главной роли. Этот «Трансильванский путь»… Нет уж, увольте. Мне нравятся дикие горы, маленькие деревни, неизведанные тропы…

Ана подумала, что Мариус напоминает их старого школьного географа: тот тоже был восторженно очарован дикой природой и каждый год собирал несколько человек и тащил их то в горы, то в леса, то на какие-то озера…

— … А вы знаете, что тут недалеко есть Окна Сибиулуй? Это купальный курорт примерно. Когда-то там были древние соляные шахты, их затопило и теперь на их месте — соленые озера. В некоторых вода совершенно черная и непрозрачная. Заманчиво, не правда ли?

Мариус болтал без перерыва, почти как их странный географ. Виктор слушал его с интересом и кивал головой.

— Больше всего мне нравится ночевать вот в таких маленьких отелях: тут тихо, можно дойти до деревни, а оттуда — в лес по ту сторону долины, а там и до озер дойти. Это если, конечно, знать дорогу. Вы одни не вздумайте идти!

Ана с Мире переглянулись: им бы в голову не пришло рвануть по горам в сторону курорта, хоть и купального. Да и что там делать? Купаться? Но, наверное, надо было тогда именно там снимать номер?

— …а потом я планирую в этом году на Фэгэрэш… — делился планами Мариус.

Двери столовой раскрылись, на пороге появилась невысокая женщина в сером платье и белоснежном фартучке. Она вся была мягкая, улыбчивая, казалось, с ней пришел запах свежего хлеба.

— Прошу вас, — мягко сказала женщина и отошла вглубь столовой.

— Каталина! — восхищенно сказала Мариус и покрутил кистью в воздухе: вот, мол, вот такая она… — Готовит — лучше не встречал! Вы сами увидите!

……………………….

…Мирэ наблюдала, как парнишка ловко передвигается между столов. Подошел он и к их столу, быстро расставил тарелки и растаял в дверях кухни.

— Какие официанты! — махнул рукой Мариус. — Отельчик небольшой, всего-то десять-двенадцать номеров. Зачем тут столько обслуживающего персонала? Тут и двое справятся. А их тут не двое. Вот считайте… — Мариус принялся загибать пальцы: — Хозяйка. Ну, она только бумажками занимается, ни разу не видел, чтоб она что-то делала. Потом, кончено, повар. Колоритная личность, знаете ли. Он тут на кухне главный. Так. Теперь — Каталина, тоже повариха. Но, если честно, мне кажется, что всем тут заправляет как раз она — Каталина. Я тут бывали раньше, и не раз… Так вот — все держится на ней! Так, кто еще? — Мариус оглядел столовую. — Ну, вот Нелу, Ионел то есть. Ну, он мальчишка совсем. Еще какая-то женщина приходит убирать в номерах. А, еще же садовник! Садовника-то я забыл. Видели, сколько тут цветов и деревьев?..

Ана подумала, что увидеть цветы почти в сумерках на заснеженном дворе в декабре — небывалое дело. Но, допустим, они там есть…

— Он тут и дорожки чистит, и вообще следит за двором и по хозяйству. Так, кто еще? А, пожалуй, и все. Ну и то немало насчитал.

………………………………………………………………………

…Они вышли из номера. Прошли по коридору до поворота на лестницу. Тут, слева, тоже было окно. Они остановились.

— Смотри, — показала Мирэ на маленькую фигуру человека внизу, среди снега, — это, наверное, садовник. Что он там делает?

Ана тоже присмотрелась: фигура мужчины махала лопатой в снегу ниже дороги к отелю.

— Не знаю… Может, он что-то потерял.

………………………………………………………………………

…— А кто тут ходит? Зачем чистить?

— Как кто? Местные, которые в отеле работают. На машине тут только шеф-повар приезжает. Иногда кого-нибудь подвозит. Но он, говорят, живет тут, в отеле чаще, чем дома. Так ему удобнее. Я считаю, что это удобно, болтал Виктор, глядя на фигуру ниже по тропинке.

Фигура прекратила махать лопатой и обернулась. Ана и Мирэ получили возможность разглядеть садовника: высокий костистый угрюмый мужик в безрукавке на меху. Смотрит неприветливо из-под густых бровей.

— Поехали, а то стоим тут смотрим, как человек работает, — подтолкнула Мирэ Ану к машине.

«Танчики» на HTML5

Примитивный ИИ врагов

Всем причастных с праздником!

Я тут вспомнил, что в прошлом посте забыл добавить планы на будущее. Планами было: добавить врагов.

Соответственно: точки спавна, их перемещение по карте, стрельба.

Давайте посмотрим на результат.

Появился новый класс, отвечающий за поведение врагов

    export class EnemyAI {
    constructor(tank) {
        this.tank = tank;

        // Таймер смены направления
        this.changeDirectionTimer = 0;
        this.changeDirectionInterval = 60; // ~2 сек при 30 FPS

        // Cooldown стрельбы
        this.shootCooldown = 0;
        this.shootInterval = 30; // ~1 сек при 30 FPS

        // Флаг застревания (для смены направления при коллизии)
        this.wasBlocked = false;
    }

    randomDirection() {
        const directions = [Direction.UP, Direction.RIGHT, Direction.DOWN, Direction.LEFT];
        return directions[Math.floor(Math.random() * 4)];
    }

    update(allTanks, gameMap, bullets) {
        const tank = this.tank;

        if (tank.destroyed) return;

        // === 1. Логика смены направления ===
        this.changeDirectionTimer++;

        // Смена направления по таймеру
        if (this.changeDirectionTimer >= this.changeDirectionInterval) {
            tank.direction = this.randomDirection();
            this.changeDirectionTimer = 0;
            // Рандомизируем интервал (40-80 кадров)
            this.changeDirectionInterval = 40 + Math.floor(Math.random() * 40);
        }

        // === 2. Попытка движения ===
        const prevX = tank.x;
        const prevY = tank.y;

        tank.move(tank.direction);

        // Проверка: застрял ли танк (не сдвинулся)
        const stuck = (tank.x === prevX && tank.y === prevY && !tank.moving);

        if (stuck && !this.wasBlocked) {
            // Танк только что застрял — меняем направление
            tank.direction = this.randomDirection();
            this.wasBlocked = true;
            this.changeDirectionTimer = 0;
        } else if (!stuck) {
            this.wasBlocked = false;
        }

        // === 3. Автоматическая стрельба ===
        this.shootCooldown--;

        if (this.shootCooldown <= 0 && tank.canShoot()) {
            const bullet = tank.shoot();
            if (bullet) {
                bullets.push(bullet);
                // Рандомизируем cooldown (20-50 кадров)
                this.shootCooldown = 20 + Math.floor(Math.random() * 30);
            }
        }
    }
}

Он простой как три рубля, так что, думаю, можно обойтись без объяснений (тем более что комментариев в коде и так предостаточно).

К файле main появились коллекции врагов и их "мозгов"

    /** @type {Array<Tank>} */
let enemies = [];

/** @type {Array<EnemyAI>} */
let enemyAIs = [];

Спавн врагов при старте игры

    spawnEnemy(0, 0);           // Левый угол
spawnEnemy(12 * 8, 0);      // Центр (96px)
spawnEnemy(24 * 8 - 16, 0); // Правый угол (176px, учитываем размер танка)
// Пока спавню сразу все три, а не по очереди, как в оригинале
function spawnEnemy(x, y) {
    const enemy = new Tank(x, y, TankType.ENEMY_BASIC);
    enemy.direction = Direction.DOWN; // Враги всегда смотрят вниз
    enemy.setMap(gameMap);

    // Создаём AI для врага
    const ai = new EnemyAI(enemy);

    enemies.push(enemy);
    enemyAIs.push(ai);

    console.log(`Enemy spawned at (${x}, ${y})`);
}

И рисуем это

    for (const enemy of enemies) {
    if (!enemy.destroyed) {
      enemy.render();
    }
  }

Там ещё есть обновление ссылок чтоб чистить из памяти уничтоженные танки, но в целом ничего больше интересного.

Оптимистичный план на следующий этап вот такой:

Всем хороших игр!

Сказ про то, как всем миром Лису спасали!

Жили-были. И всё у них было. И блины пеклись, и масло шкворчало, и Масленица во дворе плясала.

Да вот беда приключилася. Наша хлопотунья Лиса, главная по блинам да по праздникам, поскользнулась на маслице — и бух! Прямиком в тёмный подвал, где солёные огурцы в банках дозревают да картошка прошлогодняя дремлет.

Сидит Лиса, бедная, под провалом в подвал, лапой утирается, тонко подвывает:

— Ой, пропала я, касатики! Не видать мне больше белого света, не печь мне блинов румяных, не встречать весну красну! Век мне теперь в подвале куковать...

Услыхал тот плач первый блинодел. Прибежал, сковал ПЕРВОЕ ЗВЕНО, спустил цепь — тянет-потянет, а вытянуть не может. Да и что сказать? Не цепь, а всего одно звено!

Кликнул он соседа — второе звено сковали. Тянут-потянут — всё одно не достаёт. Кликнули бывалого блинопёка — третье звено приковали. Тянут-потянут — нет, не вытянуть!

И пошло-поехало! Кого только ни кликали: мастеров с печатями, песенников-скоморохов с блинами «жирненькими», стряпух с блинами безлактозными, заварными да разными, гостей заморских привечали, а еще того самого, кто сначала на печи лежал, бока отлёживал, а потом как подскочит - «Ща ворвусь»!

Много звеньев сковали — а цепи всё не хватает. Лиса ухватится, ее тянут, а звенья только растягиваются.

Кликнули Кирюху со стены. Но Кирюха сам маленький, кого он вытянет? Разве что для храбрости приклеился покрепче.

И тут поняли они: одной цепи мало. Нужна СЕТЬ! Чтобы не одной ниточкой тянуть, а всем миром сразу, со всех сторон!

И пошла плестись СЕТЬ СПАСЕНИЯ!

И стали они кликать всех-всех-всех: и тех, кто блины печет, и тех, кто только смотрит, и тех, кто в комментариях шутит, и тех, кто в пяти цепочках сразу бежит!

И когда цепь эта стала длинною в бесконечность, когда связала она всех воедино — от первого блинодела до последнего молчуна в комментариях, — дружно они крикнули:

— РАЗ! ДВА! ТРИ! ТЯНИ-И-И-И!!!

И — АЙ ДА МОЛОДЦЫ! АЙ ДА СПАСАТЕЛИ!

ВЫТЯНУЛИ ЛИСУ!

Вылетела она из подвала пулей, прижимая к груди банку со сгущенкой (стратегический запас, как-никак), отклеенного Кирюху, да Кошь за пазухой. Глаза сияют, хвост трубой, на морде — счастье пополам с блином.

— Спасибо вам, добрые люди! — раскланялась Лиса на все стороны. — Век вашей доброты не забуду! А теперь — ВСЕМ ЗА СТОЛ! БЛИНЫ ЕСТЬ! МАСЛЕНИЦУ ВСТРЕЧАТЬ!

И был пир на весь мир. И блины были — с икрой, со сметаной, с медом, с вареньем, с мясом, с творогом, с селедкой, да со всем, чего душа пожелает. И те, кто пек, и те, кто в цепочках стоял, и те, кто просто мимо проходил — все за одним столом собрались.

А Лиса, главная затейница, всем по блину подкладывала да приговаривала:

— Ешьте, родимые! Ешьте, спасители мои! Без вас бы я там, с огурцами, навеки осталась!

И тут слово молвил главный блинный летописец:

— А кто Лису спасал, кто блины пек да в цепочках стоял — всем носить отныне почётное звание «ВОТ БЛИН ПЕРВОЙ СТЕПЕНИ»! И мастер наш искусный уже за работу принялся — награды ладит, одна к одной, круглые да румяные, прямо как блины, только с душой и на вечную память!

Тут и сказке конец. А кто дочитал да блином закусил — тот и в цепочке нашей навеки остался. С Масленицей вас, люди добрые! 🥞🦊

Почему ядро Земли не расплавило планету?

К сожалению, мы никогда не достигали ядра Земли (и, скорее всего, никогда не достигнем), но мы многое знаем о его строении, так как располагаем замечательной наукой под названием сейсмология, а также данными гравиметрии, геомагнетизма, геохимии и лабораторных экспериментов при экстремальных давлениях.

Помимо этого, часть важных знаний о внутреннем устройстве нашей планеты мы получили благодаря подповерхностным ядерным испытаниям в период Холодной войны, которые снабдили ученых "спровоцированными" сейсмическими сигналами.

Сегодня мы можем с уверенностью сказать, что внешнее ядро Земли расплавлено, а внутреннее — твердое. Кроме того, исходя из наших знаний о распространенности химических элементов во Вселенной и о том, что с ними происходит при определенных условиях, мы знаем, что ядро состоит преимущественно из железа, которое находится под гигантским давлением.

Имеющиеся данные указывают на то, что температура земного ядра составляет примерно 6 000 градусов (тут и далее температура в градусах Цельсия), что делает его даже горячее солнечной поверхности (около 5 500 градусов). От поверхности Земли ядро отделяют порядка 3 000 километров — если бы наше светило оказалось так близко, оно тут же бы испепелило планету.

Почему же тогда более горячее ядро Земли за 4,6 миллиарда лет не расплавило ни планету, ни ее обитателей?

Ядро изолировано от поверхности огромной толщей мантии, состоящей в основном из твердых горячих горных пород, которые "текут" (мантийная конвекция) со скоростью в несколько сантиметров в год.

Несмотря на огромную температуру ядра, тепло из глубин поднимается к поверхности крайне неэффективно, так как породы плохо проводят его, а перенос за счет медленной мантийной конвекции занимает колоссальное время. Поэтому в данном случае важна не только температура ядра, но и то, сколько тепловой энергии может быть передано наружу и с какой скоростью.

В результате до поверхности доходит слишком маленький "поток" тепловой энергии, чтобы прогреть всю планету до температур плавления: Земля просто медленно теряет тепло (оно уходит в космос), а не "закипает" изнутри. При этом мантия не "плавится снизу" так, чтобы расплав постепенно поднимался все выше. В глубине давление повышает температуру плавления пород, поэтому даже при высоких температурах нижняя мантия в основном остается твердой. А там, где расплав все же появляется, он обычно не накапливается: поднимаясь, он попадает в более холодные области и частично кристаллизуется. В итоге в недрах Земли не существует "роста" океана расплава снизу вверх — возникают лишь отдельные зоны частичного плавления.

Искра бенгальского огня может иметь температуру в 1 500 градусов, но если она случайно попадет в вас, то вы, скорее всего, даже не почувствуете этого. А вот погружение в ванну с кипятком (каких-то 100 градусов) стало бы фатальным для большинства обитателей Земли, потому что у воды большая масса и теплоемкость — она успевает передать много энергии.

Тот же принцип и с Землей: "печка" спрятана очень глубоко, и тепло наружу просачивается постепенно — через конвекцию в мантии и теплопроводность пород. Поэтому планета не плавится, а медленно остывает.

Рукодельничаю #24: серия «Наступила зима»

Люблю ли я зиму? НЕТ. Тем не менее признаю, что она бывает очень красивой. И даже временами вам это показываю.

Cегодняшнюю работу (вернее, серию) я закончила ещё неделю назад. Но у нас как раз стремительно теплело, всё потекло, и писать про зимние сюжеты настроения не было. А сегодня снова шарахнуло -20 с лишним, да ещё с таким потрясающе ледяным ветром... В общем, самое время пилить пост.

---

Эти наборы мне подарили на день рождения почти два года назад. И я очень их хотела, ведь миниатюры (а они действительно очень маленькие) совершенно прекрасные.

Вышиваются они легко и быстро. Даже если не торопиться, за неделю один «прикончить» вполне реально. И это с учётом полного цикла: постирать после крестиков, высушить, отутюжить, сделать бэк, натянуть на картонку.

Но я бы не была собой, если бы не растянула всё это удовольствие на два года. Я не умею вышивать что-то одно: часто отвлекаюсь, переключаюсь, а иногда и вовсе не вышиваю месяцами.

Об одно регулярно запиналась – не всегда замечала, что где-то нужно вышивать в одну нить, а не в две. Приходилось распускать и переделывать. Смирение и терпение – важная часть этого хобби.

Особая прелесть этих миниатюр в том, что буквально из нескольких крестиков и пары-тройки стежков бэкстича рождаются узнаваемые образы – лошади меня особенно покорили.

Вообще у этого производителя целый цикл таких наборов: зима, весна, лето, осень. Весенняя и летняя серии меня так не зацепили, поэтому покупать не стала.

А вот осенняя... Осенняя у меня есть. Но покажу её, если всё сложится удачно, только (не поверите) осенью. Она пока не готова :)

Будущее Солнца в одном снимке: туманность NGC 2440

Перед вами планетарная туманность NGC 2440, находящаяся в созвездии Корма на расстоянии около 4 000 световых лет от Земли.

Это не просто газопылевое облако в космосе, а то, что осталось от звезды, которая когда-то была похожа на Солнце: на исходе жизни она сбросила внешние слои, обнажив свое раскаленное ядро, которое начало "дожигать" окружающий материал своим мощным излучением.

Обнаженное ядро, расположенное в центре туманности, представляет собой белый карлик — самый горячий из известных с температурой поверхности около 200 000 градусов Цельсия. Для сравнения: температура поверхности Солнца около 5 500 градусов.

Этот раскаленный остаток, чья светимость в 1 100 раз превосходит солнечную, и делает туманность видимой: ультрафиолетовое излучение ионизирует выброшенный газ, из-за чего он начинает светиться.

Форма NGC 2440 не похожа на аккуратный "пузырь". Туманность сложная, асимметричная, местами словно "рваная", встречаются узлы и неравномерные струи. Связано это с тем, что звезда сбросила свои оболочки не за один заход: выбросы происходили импульсами и каждый раз в разных направлениях — поэтому туманность выглядит хаотично.

Исследование таких объектов имеет огромную ценность для прогнозирования будущего Солнечной системы. Дело в том, что мы не можем проследить эволюцию одной и той же звезды от ее рождения до гибели — жизненный цикл занимает миллиарды лет. Но солнцеподобные звезды во Вселенной представлены на разных этапах жизни: где-то они только начали "разгораться", где-то пребывают в стабильном состоянии, где-то уже раздуваются в красные гиганты, а где-то, как здесь, завершили свой эволюционный путь и оставили после себя планетарную туманность с белым карликом.

И вот, объединяя такие "кадры", полученные из разных уголков Млечного Пути, мы фактически воссоздаем хронологию событий и понимаем, какое будущее ждет наше Солнце. Пока оно находится на главной последовательности, каждый миллиард лет его светимость будет увеличиваться примерно на 10%. Уже при таком росте Земля со временем станет непригодной для жизни*, хотя простейшие организмы, скрывающиеся глубоко под поверхностью, будут продолжать существовать еще несколько миллиардов лет.

*Эволюция Солнца приведет к сильному повышению температуры на Земле, испарению всех водоемов, включая Мировой океан, и последующему росту температуры из-за усиления парникового эффекта. Земля станет подобием Венеры.

Затем, когда запасы водорода в светиле начнут заканчиваться, ядро сожмется и разогреется еще сильнее, а внешние слои звезды начнут раздуваться — Солнце перейдет в фазу красного гиганта примерно через 5–6 миллиардов лет. Это приведет к поглощению Меркурия и Венеры, хотя Земля в физическом плане может уцелеть. Затем Солнце сбросит оставшиеся оболочки, а излучение со стороны ядра ионизирует выброшенный газ, заставив его ярко светиться. Примерно через 10–50 тысяч лет окружающее облако газа станет слишком разреженным и перестанет быть видимым. И тогда на месте Солнца останется лишь медленно остывающий белый карлик.

Это Гонконг, детка!

Представьте себе самые злачные трущобы Гарлема. Добавьте туда толкучку в метро в час пик.

Представили?

Теперь представьте смесь ароматов деревенского сортира, химического завода и выхлопной трубы «КамАЗа».

И напоследок оберните всё это в упаковку низкопробного киберпанка — настолько гротескного и невразумительного, что читатель невольно кривится: да ну, так не бывает.

Если смешать все эти образы воедино, получится Гонконг.

Поездка в Гонконг — это не путешествие ради удовольствия. Это шоковая терапия ценой в 300 баксов за ночь в «лакшери квин отеле», где номер размером с гардеробную, а вместо постельного белья на старую шконку вам любезно набросят нетканый материал.

---

Наше путешествие по Гонконгу проходило под лозунгом «Сраные малины». Потому что здесь всё:

а) засрано,

б) пестрит малиновым безумием.

Неоновые вывески лезут со всех сторон, светятся так агрессивно, будто пытаются стереть вам память.

Это не «Бегущий по лезвию» и даже не «Киберпанк 2077». Это галлюцинации умирающего разума после инсульта: обрывистые, скомканные, яркие, грязные, перегруженные — без единого пикселя свободного пространства.

Благо мозг быстро отказывается обрабатывать этот визуальный спам и приходит к простому выводу: вы в аду.

---

А мы поселились в самом эпицентре этого ада.

По данным Книги рекордов Гиннеса, Монг Кок — официально самый густонаселённый район планеты. По сути это человеческий пресс: на одного проживающего приходится всего 2,2 м² (данные Жилищного фонда Гонконга). В средней квартире площадью 22 м² живут пять человек.

Это меньше, чем гараж в провинциальном городе. И дороже трёшки на Арбате.

В Гонконге большинство живёт в «кокхаусах» — бывших общежитиях, где комната по размеру равна кровати. Вы слышите, как сосед чавкает рисом. Слышите, как плачет его ребёнок. Слышите, как он срёт в туалет, расположенный в считанных сантиметрах от вашей подушки.

Это не бедность в романтическом понимании. Это системная давилка, где человеческое тело превращено в товар, а пространство для дыхания — в роскошь.

Семьи здесь — редкость. Около 30% населения живут в одиночестве, а средний возраст вступления в первый брак перевалил за 30. кто-то мечтает о детях — но где их растить? в одной комнате на пятерых?

Дети в Гонконге — самые загруженные в мире. Среднестатистический ребенок в Гонконге начиная с 6 лет учится по 16 часов в день: Школа, репетиторы, музыка, танцы, программирование, английский, китайский, французский... Родители этим гордятся: «Мой ребёнок спит всего пять часов» — это не жалоба, а достижение. Это гонка, в которой побеждает тот, кто раньше сломается.

И многие ломаются.

Уровень суицидов в Гонконге — один из самых высоких среди развитых стран. Особенно среди молодёжи. Когда твоё будущее — это 60-часовая рабочая неделя, ипотека на 50 лет и жизнь в клетке размером со шкаф, самоубийство начинает казаться рациональным выбором.

---

В отсутствие других простых радостей — нормальной квартиры, личного пространства, возможности просто побыть одному — люди гонятся за атрибутами гламурной жизни: самые дорогие часы, побольше золота и бриллиантов, больше подписчиков в тиктоке.

Это гиперкомпенсация. Когда у тебя ничего нет, ты покупаешь символы того, что у тебя есть всё.

Показательно, что официальный аудиогид по Гонконгу (встроенный в каждый автобус — подключай наушники и слушай) рассказывает не об истории города, не о мифах и легендах Китая. Вместо этого вы слышите:

— «В этом небоскрёбе расположен самый крупный в мире магазин Apple/Prada/Guchi».

— «В этом торговом центре арабскому шейху продали самую дорогую машину в мире».

— «В этом отеле останавливался Элтон Джон».

— «На этом стадионе выступала Бейонсе».

Складывается впечатление, что острову с двухтысячелетней историей (с момента основания первого поселения) нечем гордиться, кроме брендов и залетных знаменитостей.

---

И вот апогей капиталистического безумия: чтобы жить в таких условиях, люди платят по 30 000$ за квадратный метр. Или отдают 4000–5000 $ в месяц за аренду «шкафа с розеткой».

Хотя многие и не платят вовсе: ночью на тротуарах и в переходах ложатся бездомные. Прямо на бетон. Под малиновыми неоновыми иероглифами.

---

Почему Гонконг так контрастирует с остальным Китаем?

Гонконг — особый административный район, бывшая британская колония с середины XIX века до начала XXI. Лишь 29 лет назад территория перешла от Великобритании к КНР.

Вкорячить этого уродца в стройную китайскую систему с полоборота было невозможно. Тогда Дэн Сяопин, руководивший КНР на рубеже веков, предложил принцип «одна страна, две системы». Гонконгу дали 50 лет на постепенную интеграцию в правовое и социальное пространство материкового Китая (государства, формально социалистического и потому социального по идеологии). До 2047 года Гонконг де-юре и де-факто сохраняет автономию: свой суд, своё правительство, свои законы, свой образ жизни — плюс финансовые преференции и вливания из Пекина для интеграции.

На деле это превратилось в театр абсурда: на инвестиции строятся всё новые небоскрёбы с бесконечными банками, бутиками и институтами Тиктока. А социальное пространство для обычной жизни продолжает скукоживаться.

У Гонконга ещё есть 21 год «полной свободы» на дальнейший разгул идеологии потребления. Что будет дальше — неизвестно.

В отличие от жителей Тайваня, гонконгцы не ставят себя в антагонизм по отношению к материковому Китаю. Они ждут полного объединения со смесью надежды и тревоги.

---

Мы провели в Гонконге три доооолгих и тяжёлых дня.

Три дня постоянной давки, бесконечных очередей и рекламы элитных брендов на фоне грязи и мусора.

Мой муж, который терпеть не может обсценную лексику, ругался здесь больше, чем за всю нашу совместную жизнь.

Его главный вопрос был: «Нахуя????»

Для меня ответ очевиден:

Потому что контраст лечит.

Проведите пару дней в Гонконге — и вы никогда больше не будете ныть, что у вас маленькая квартира, дорогая аренда или кто-то не уважает ваше личное пространство.

Вы начнёте ценить то, что раньше считали должным: тишину, размеренность, уют.

Вы вернётесь домой, откроете окно в комнату больше 2,2 м² — и заплачете от благодарности.

Пройдёте по улице, не задевая локтями десяток незнакомцев каждые три шага — и поймёте: это и есть свобода.

Увидев, во что вырождается общество потребления, возведённое в абсолют, вы невольно почувствуете отвращение к капиталистическим идеалам.

Гонконг — не место для жизни. Это кривое зеркало, которое показывает, куда ведёт путь необузданного потребительства, где пространство и сам человек превращаются в товар.

И именно поэтому сюда стоит приехать.

«Танчики» на html5

Реакция на попадание снаряда

А теперь давайте посмотрим, что изменилось.

В первую очередь, конечно же, изменился метод checkTileCollision внутри класс патрона.

    checkTileCollision(newX, newY, gameMap) {
        const tiles = getTilesUnderEntity(newX, newY, BULLET_SIZE, BULLET_SIZE);

        if (tiles.length === 0) return false;

        // Находим тайлы на передней кромке по направлению движения
        let frontTiles;
        switch (this.direction) {
            case Direction.UP:
                // Минимальный Y = передняя кромка
                const minY = Math.min(...tiles.map(t => t.ty));
                frontTiles = tiles.filter(t => t.ty === minY);
                break;
            case Direction.DOWN:
                // Максимальный Y = передняя кромка
                const maxY = Math.max(...tiles.map(t => t.ty));
                frontTiles = tiles.filter(t => t.ty === maxY);
                break;
            case Direction.LEFT:
                // Минимальный X = передняя кромка
                const minX = Math.min(...tiles.map(t => t.tx));
                frontTiles = tiles.filter(t => t.tx === minX);
                break;
            case Direction.RIGHT:
                // Максимальный X = передняя кромка
                const maxX = Math.max(...tiles.map(t => t.tx));
                frontTiles = tiles.filter(t => t.tx === maxX);
                break;
            default:
                frontTiles = tiles;
        }

        let hasCollision = false;

        // Проверяем только тайлы на передней кромке
        for (const {tx, ty} of frontTiles) {
            const tileId = gameMap.getTile(tx, ty);
            const tileDef = TILE_DEFS[tileId];

            if (!tileDef) continue;

            // Пуля блокируется этим тайлом?
            if (tileDef.blocksBullet) {
                hasCollision = true;

                // Пытаемся разрушить тайл
                gameMap.damageTile(tx, ty, this.direction, this.power);
            }
        }

        if (hasCollision) {
            this.destroy();
            return true;
        }

        return false;
    }

Изменился внутренний мир объекта, отвечающего за направления

    DamageState = Object.freeze({
//было
    FULL: 0b11,
    HALF_LEFT: 0b10,
    HALF_RIGHT: 0b01,
    DESTROYED: 0b00
//стало
    FULL: 0,
    HALF_LEFT: 1,   // Осталась левая половина (вертикальный срез)
    HALF_RIGHT: 2,  // Осталась правая половина (вертикальный срез)
    HALF_TOP: 3,    // Осталась верхняя половина (горизонтальный срез)
    HALF_BOTTOM: 4, // Осталась нижняя половина (горизонтальный срез)
    DESTROYED: 5
});

Эта побитовая маска оказалась весьма нестабильной историей на тестах.

Ну и как говорил в прошлом выпуске, мне не нравилось, как у меня был сделан инпут, поэтому я его переделал. Он больше не принимает на вход карту и коллекцию патронов, а делает только то, что должен: отслеживает инпут. Логика обработки вынесена уже в main.js

    export function getPlayerActions() {
    const actions = {
        movement: null,  // Direction.UP/DOWN/LEFT/RIGHT или null
        shoot: false
    };

    // Собираем ввод с клавиатуры
    collectKeyboardActions(actions);

    // Собираем ввод с геймпада
    collectGamepadActions(actions);

    return actions;
}

    function update(dt) {
  // 1. Получаем действия игрока из input
  const actions = getPlayerActions();

  // 2. Применяем действия к игроку
  if (player && !player.destroyed) {
    // Движение
    if (actions.movement !== null) {
      player.move(actions.movement);
    }

    // Стрельба
    if (actions.shoot && player.canShoot()) {
      const bullet = player.shoot();
      if (bullet) {
        bullets.push(bullet);
      }
    }

    player.update(dt);
  }

  // 3. Обновление пуль
  for (const bullet of bullets) {
    bullet.update(gameMap);
  }

  // 4. Удаление неактивных пуль
  bullets = bullets.filter(b => b.active);

  // 5. Подсчёт FPS для отладки
  frameCount++;
  fpsTimer += dt;

  if (fpsTimer >= 1000) {
    fps = frameCount;
    frameCount = 0;
    fpsTimer = 0;

    // Обновляем FPS на странице
    const fpsElement = document.getElementById('fps');
    if (fpsElement) {
      fpsElement.textContent = fps;
    }
  }
}

Внутри карты поменялось получение и редактирование карты урона

    getDamage(x, y) {
    const key = `${x},${y}`;
    // Если нет в маске — значит либо FULL, либо не разрушаемый
    if (!this.damageMask.has(key)) {
      return DamageState.FULL;
    }
    return this.damageMask.get(key);
  }
setDamage(x, y, state) {
    const key = `${x},${y}`;
    if (state === DamageState.DESTROYED) {
      this.damageMask.delete(key);
      this.tileGrid[y][x] = TileType.EMPTY;
    } else if (state === DamageState.FULL) {
      // FULL — удаляем из маски (дефолтное состояние)
      this.damageMask.delete(key);
    } else {
      this.damageMask.set(key, state);
    }
    this.dirty = true;
  }

И появился большой новый метод, который и занимается непосредственно разрушением:

    damageTile(x, y, direction, power) {
    if (x < 0 || x >= GRID_SIZE || y < 0 || y >= GRID_SIZE) return false;

    const tileId = this.getTile(x, y);
    const tileDef = TILE_DEFS[tileId];

    if (!tileDef) return false;

    // Проверяем можно ли разрушить этот тайл
    if (!canBulletDestroy(tileDef, power)) {
      return false;
    }

    // Получаем текущее состояние повреждения
    const currentDamage = this.getDamage(x, y);

    // Если уже разрушен — ничего не делаем
    if (currentDamage === DamageState.DESTROYED) {
      return false;
    }

    // Определяем новое состояние в зависимости от направления пули
    let newDamage;

    if (currentDamage === DamageState.FULL) {
      // Первое попадание — создаём половину
      // Пуля убирает ту часть, в которую летит
      switch (direction) {
        case Direction.UP:
          // Пуля летит вверх → убирает нижнюю часть → остаётся верхняя
          newDamage = DamageState.HALF_TOP;
          break;
        case Direction.DOWN:
          // Пуля летит вниз → убирает верхнюю часть → остаётся нижняя
          newDamage = DamageState.HALF_BOTTOM;
          break;
        case Direction.LEFT:
          // Пуля летит влево → убирает правую часть → остаётся левая
          newDamage = DamageState.HALF_LEFT;
          break;
        case Direction.RIGHT:
          // Пуля летит вправо → убирает левую часть → остаётся правая
          newDamage = DamageState.HALF_RIGHT;
          break;
      }
    } else {
      // Второе попадание — полное разрушение
      newDamage = DamageState.DESTROYED;
    }

    // Обновляем состояние
    this.setDamage(x, y, newDamage);

    return true;
  }

Пока складывается впечатление, что начинаю наворачивать мрак и ужас. Поэтому со следующего выпуска начну помимо введения новых фишек смотреть, что можно упростить и улучшить по архитектуре и коду. Как я уже в этот раз сделал с системой ввода.

---

Всем хороших игр!

Доктор К. об одаренных детях

Со стрима аккредитованного американского психиатора HealthyGamerGG

Тема мне близка, ибо тоже считали одарённым и ничего с этим не делали. Печально, что об ошибках своего воспитания и образования люди узнают, когда им уже под тридцатник (а некоторых уже нет в живых, ибо самовыпилились от недоразумения).

Мем с Reddit: одарённый ребёнок

Итак... «Ох, как же здорово, когда тебя считают одарённым ребёнком! Надеюсь, я не стану перфекционистом с выгоранием, депрессией, тревожностью, неоправданными ожиданиями и полным отсутствием интересов или целей в жизни».

Этот мем кто-то кросспостнул на наш сабреддит. Мы уже проводили пару стримов на тему выгорания и одарённых детей.

Сегодня я хотел бы поговорить о пути, который проходит одарённый ребёнок, превращаясь в выгоревшего перфекциониста, — а также о том, как общество, по сути, обрекает одарённых детей на неудачу. Знаю, звучит необычно, но...

Восприятие «одарённости»

Мы воспринимаем одарённость как преимущество. Однако мой опыт работы с одарёнными детьми показывает: преимущество далеко не безусловное. Зачастую одарённость оборачивается скорее бременем.

Я наблюдал подобное множество раз — и в нашем сообществе, и в личной практике. С немалым числом таких людей мне доводилось работать; в какой-то мере сам через это прошёл. В детстве мне легко давалась учёба, с ранних лет твердили, что я умный. Параллельно постоянно упрекали за то, что мало занимаюсь: я почти не готовился и получал B+ или A−, а на каждом родительском собрании учителя повторяли одно и то же: «Если бы Алок просто постарался, он стал бы лучшим учеником в классе. Такой умный, столько потенциала — нужно лишь приложить усилия».

Парадокс в том, что одарённость мы считаем преимуществом, однако, как однажды объяснил мне один наставник — не в медицинской школе, а уже во время подготовки к специальности психиатра, —

Одарённые дети — дети с особыми потребностями

одарённые дети — это дети с особыми потребностями. В буквальном смысле: потребности одарённого ребёнка отличаются от потребностей среднестатистического. Родители, которые осознают необходимость иной структуры, другой программы, отличного подхода к воспитанию, — добиваются прекрасных результатов. А вот когда детей, несмотря на способности, воспитывали точно так же, как всех остальных, — те, по её клиническому опыту, как правило, сталкивались с серьёзными трудностями. Наставница отмечала: закономерность та же, что и с любыми другими детьми с особыми потребностями.

Услышав это впервые, я счёл сказанное полнейшей нелепицей — буквально не укладывалось в голове. Но я очень уважал этого супервизора и начал обдумывать её слова.

Сегодня мне хочется разобрать путь одарённого ребёнка: как общество к нему относится, как ведут себя родители, с какими факторами он сталкивается — назовём их даже не трудностями, а влияниями, — и к чему всё приводит.

Зачем нужна школа

Первое, что происходит с одарённым ребёнком: учёба даётся легко. Если посмотреть на школу с точки зрения развития, в ней происходит многое помимо усвоения предметов. Школа — место социализации, где ребёнок учится общаться. Принято думать, что главное — предметные знания, и в значительной мере так и есть: арифметика, математика, история, естественные науки. Но с точки зрения развития школа даёт возможность освоить несколько ключевых навыков. Социализация — один из них. Другой — умение учиться, привычка к систематическим занятиям.

Ловушка: зачем учиться, если и так всё получается

Здесь возникает первое препятствие для одарённых детей. Когда ты маленький и способный, учёба настолько проста, что удаётся обходиться вовсе без подготовки. Мы воспринимаем такое положение как плюс: ходишь в школу, ничего не учишь — и всё замечательно. Легко, удобно. Вот только на практике...

Ранняя одарённость готовит почву для провала

...именно ранний интеллект часто закладывает фундамент для будущих неудач. Ребёнок просто не вырабатывает привычку к систематическим занятиям, которая понадобится позднее.

Обычный ребёнок поднимается по постепенной лестнице. В первом классе готовиться почти не нужно. Во втором-третьем — приходится заниматься раз в неделю, скажем, повторять материал накануне контрольной: ведь само собой ничего не запоминается. В четвёртом-пятом домашние задания занимают уже несколько дней в неделю, к контрольной начинаешь готовиться за два-три дня. В средней школе — за четыре. Нагрузка нарастает плавно.

Система так и устроена: никто не задаёт шестилетке четырнадцать часов домашки в неделю — это абсурд. А на другом конце спектра — медицинский или юридический факультет, где студенты регулярно занимаются по шестьдесят-восемьдесят часов в неделю. И справляются, потому что наращивали учебный навык годами.

А что происходит с одарённым ребёнком? Если провести аналогию с ролевой игрой: обычный ученик «прокачивает» навык учёбы до первого уровня в первом классе, до второго — во втором, до третьего — в третьем. Одарённому же нет нужды «гриндить опыт» на первых пяти уровнях навыка. Он получает четвёрки и пятёрки при минимальной подготовке или вовсе без неё.

Наступает седьмой класс, восьмой — появляются небольшие трудности, но привычки учиться как не было, так и нет: тот этап «прокачки» оказался попросту пропущен.

Дальше — по накатанной: не нужно готовиться, не нужно, не нужно... и вдруг — стена. Наступает момент, когда одного интеллекта уже недостаточно для освоения программы. Но к этому времени ребёнок привык полагаться исключительно на природные способности. Когда они перестают выручать, происходит резкий обвал — крутой обрыв, который крайне трудно преодолеть.

Как всё это проявляется во взрослой жизни

Отсюда и растут перфекционизм с выгоранием. Начинаются трудности, непонятно, почему ничего не получается, все вокруг твердят о потенциале — и человек начинает плохо думать о себе.

Итак, первая проблема одарённых детей — несформированные учебные навыки. В шесть лет невозможно по-взрослому осознать: «Мне нужно развивать привычку заниматься, хотя материал я и так понимаю. Сяду-ка и потренируюсь». Для ребёнка это совершенно бессмысленное, абстрактное требование.

Бремя ожиданий

Второй фактор — ожидания. С раннего возраста одарённому ребёнку повторяют: «Ты талантливый, умный, особенный, у тебя огромный потенциал». В сознании формируется невероятно высокая планка.

Приведу аналогию. Представьте потрясающий дом — особняк. Есть великолепный чертёж и огромный участок земли. Смотришь на всё это и думаешь: «Какой потенциал!» Но мы забываем: для того чтобы построить особняк по такому чертежу, нужно вложить несравнимо больше труда, чем для постройки хижины.

Вот в чём общество ошибается: считается, будто одарённому человеку всё должно даваться проще, будто ему нужно меньше усилий для достижения того же результата. По моему опыту, всё наоборот: реализация потенциала одарённого ребёнка требует больше работы. Точно так же, как особняк превосходит хижину по возможностям, строить его неизмеримо дольше и труднее.

На этом одарённые дети спотыкаются во второй раз. Все вокруг восхищаются: «Какой потрясающий особняк ты мог бы возвести!» — и никто не задумывается, что реализовать подобный потенциал невероятно сложно и требует куда больших вложений.

Разрыв между чужими ожиданиями и убеждением, будто одарённому всё даётся легче, накапливается. В итоге возникает ощущение тотального провала: столько потенциала — и ничего из него не вышло.

Ещё одна типичная ситуация: одарённый ребёнок вкладывает определённый объём усилий, но рассчитывает на особняк, хотя трудозатраты соответствуют уровню хижины. Поясню подробнее.

Одарённый ребёнок смотрит на сверстников: «Вот человек сделал столько-то и добился вот этого — значит, и мне по силам». Сосед покупает сто килограммов досок, за выходные сколачивает хижину. Ты берёшь те же сто килограммов и начинаешь строить особняк. Звучит странно, но ста килограммов хватит на хижину — а на особняк даже близко нет. И вот одарённый ребёнок смотрит на заложенный фундамент и недоумевает: у него нет даже хижины. Он вложил столько же сил, сколько другой, а у того — готовый дом; здесь же — едва намеченное начало чего-то большего. Возникает ощущение собственной неполноценности: тебе всю жизнь говорили, что ты умнее соседского ребёнка, но сосед поступает в институт, а ты — нет.

Всё накапливается. Для самого одарённого хижина — не вариант: ведь ему всю жизнь внушали, что он способен на большее. Быть средним недостаточно, когда тебя назвали одарённым. Цель — особняк, именно к нему готовили ожидания. А результат — ни особняка, ни даже хижины, хотя ты занимался месяц, и другие занимались месяц, а у них почему-то больше.

Удивительный парадокс. Мы привыкли считать: раз ты одарённый, значит, всё проще. Соседу нужно сто килограммов досок? Тебе хватит пятидесяти. Но на деле выходит ровно наоборот.

Стыд и низкая самооценка

В итоге мы приходим к финальному состоянию — глубокому стыду и заниженной самооценке. Всё копится: тебе говорят, что ты умный, планка задирается высоко. Первый класс — полёт нормальный, второй — тоже, третий — тоже, четвёртый, пятый, шестой, десятый, одиннадцатый — и тут резкое падение. В вузе выясняется, что учебных навыков нет, и в зазоре между возможностями и реальными достижениями поселяется стыд. Это «пропасть стыда», в которую неизбежно проваливаются одарённые дети, когда результаты не дотягивают до ожиданий.

Причины всё те же: замахнулся на особняк — не вышло даже хижины. Чем шире разрыв между ожиданиями и результатами, тем больше стыда.

Стыд, в свою очередь, подавляет мотивацию — и здесь начинается выгорание. Одарённому говорят: «Ну поступи хотя бы в муниципальный колледж, необязательно же в университет Лиги плюща — Гарвард, Стэнфорд или MIT». Но от самой мысли о муниципальном колледже накрывает волной стыда: ведь всю жизнь внушали, что ты выше этого.

Формируется эго «суперумного ребёнка», а за ним — избегание. Единственное, что остаётся, — идентичность умника. Поступить в муниципальный колледж невозможно: в собственном сознании туда ходят только «тупые». Стоит пойти туда — и двадцать лет жизни, в течение которых тебя убеждали, что интеллект — главная сила, будут перечёркнуты. Придётся признать себя «глупым» — и именно в этом зазоре обитают стыд и эго.

Ситуация тяжелейшая. Тебя с детства нагружали ожиданиями, никто не признавал, что высокие способности требуют большего труда для воплощения. Люди упускают из виду главное: строительство особняка требует больше работы, чем строительство хижины, — а вся жизнь прошла под лозунгом «ты должен возвести особняк».

Что с этим делать?

Итак, что делать, если ты — одарённый ребёнок (или уже выросший одарённый ребёнок), перфекционист и выгоревший? Я не снимаю личной ответственности, но считаю справедливым взглянуть на проблему шире. Когда целое поколение одарённых детей выгорает, стоит честно признать: возможно, дело не только в отдельных людях. Вероятно, в самом устройстве общества что-то систематически подталкивает таких детей к трудностям. Так что же предпринять?

Прекратить сравнивать

Первый шаг — перестать сравнивать себя с другими. Сравнение — корень проблемы. Задумайтесь: слово «одарённый» лишено смысла вне сравнительной рамки. Быть одарённым можно только на фоне тех, кто одарённым не является. Сама концепция «одарённого ребёнка» существует лишь в соотношении с другими детьми.

Поэтому в голове одарённого непрерывно идёт сравнение: «Не хочу в муниципальный колледж — туда ходят глупые», «Почему мой друг столько всего может, а я — нет?», «У старшего брата/сестры всё получилось блестяще, а мне нужно соответствовать». Ожидания одарённых детей формируются не изнутри. Если бы они реально основывались на собственных возможностях, диапазон включал бы и пятёрку, и тройку, и двойку — вот что было бы реалистично. Вместо этого создаются искусственные ожидания, построенные на сравнении. А сравнивать одарённые дети начинают, потому что этому учат родители и учителя: ведь сам ярлык «одарённый» по определению является сравнением с остальными.

И вот ты смотришь на чужую хижину, в руках — чертёж особняка, тебе выдали доски, ты пытаешься строить. Крыши нет, а у соседа хижина целиком готова. И ты думаешь: «Наверное, я полный идиот». Абсурдность в том, что, начиная со сравнительной рамки, мы обрекаем себя на провал. Нельзя строить ожидания от собственной жизни на основании чужой. Если кому-то нравится изучать химическую инженерию, не факт, что и тебе понравится. Если кто-то счастлив в определённых отношениях, не значит, что и тебя ждёт то же. Мы — индивидуальности. Первое, что нужно сделать одарённому человеку, — отпустить всякое сравнение.

Признать, что успех требует большого труда

Второе — осознать: путь будет непростым. Берясь за строительство особняка, понимаешь, что времени уйдёт много. Нельзя рассчитывать, что особняк возведётся за то же время, что хижина.

Если ты одарён и многого от себя ждёшь — будь готов к длинной дороге. Чем выше потенциал, тем дольше путь к его реализации. Оглядываясь назад, я хорошо это понимаю. Рос одарённым ребёнком, ходил в продвинутые классы. Помню, как в восьмом классе оценки поползли вниз. При поступлении в старшую школу мне не хватало баллов для углублённого курса английского — определили в обычный. Родители были крайне недовольны: ведь у них такой умный мальчик, ему просто нужно постараться. Пришли в школу, устроили встречу с преподавателем. Тот спросил: «Ты хочешь быть в этом классе?» Я ответил: «Да». Родители подтвердили: «Он должен, он заслуживает». Учитель согласился — отчасти, наверное, чтобы избежать неудобного разговора с настойчивыми родителями. Меня зачислили в класс, которому я не соответствовал, и учился там плохо — не хватало трудовой дисциплины. Но ситуация подкрепляла миф: «Ты справишься».

В старшей школе я пошёл не по той дорожке. Степень бакалавра заняла пять лет — при среднем балле 2,5 из 4. Потом ещё три-четыре года, прежде чем удалось поступить в медицинскую школу. Путь оказался долгим — и для одарённого ребёнка так бывает. Идёшь живописным маршрутом. Когда я начал обучение в медицинской школе, друзья по старшим классам уже были практикующими врачами. А я только приступал. Но говорил себе: «Я выбрал живописный маршрут».

Если ты одарённый — дорога длинная. Быстрее не будет. Особняк не построишь за то же время, что кто-то строит хижину. И ещё один важный момент: не жди, что контуры своего особняка увидишь скоро. Пока другие уже живут в готовых хижинах, у тебя будет только фундамент. Ни крыши, ни окон ещё долго не появится.

Вот с чем сталкиваются одарённые: вкладывая столько же усилий, сколько ровесники, они получают меньшую отдачу. А это убивает мотивацию и порождает желание сдаться: «Стараюсь изо всех сил, а результата всё нет».

Путь долгий. Будь терпелив к себе и по возможности не сравнивай себя с другими.

Последнее, о чём стоит задуматься, — стыд. Одарённые дети часто мучаются из-за низкой самооценки, и причина всё та же: ожидания — вот здесь, а результаты — вон там. В зазоре между ними и обитает стыд.

Пока существует разрыв между тем, чего ждёшь от себя, и тем, чего добиваешься, — стыд никуда не денется. Избавиться от него можно двумя путями. Первый: реально оправдать ожидания — поступить в университет Лиги плюща, запустить стартап, достичь всего, что, по общему мнению, тебе по силам. Тогда стыд уйдёт.

Второй путь: отпустить ожидания. Стыд существует в зазоре — и если принять себя таким, какой ты есть (пусть даже это выглядит как «провал»), стыд тоже исчезнет. Когда принимаешь себя в настоящем — не как нереализованный потенциал, а как человека, который достиг ровно того, чего достиг, — и опускаешь ожидания до этого уровня, последствия поразительны: мотивация возвращается, и ты начинаешь по-настоящему раскрываться. Но пока существует пропасть стыда, двигаться вперёд невозможно.

Резюме и вопросы

Подведём итог. Мы привыкли считать одарённость преимуществом, однако, как я говорил, одарённость несёт с собой особые потребности. Если их правильно учитывать, многих проблем удастся избежать: одарённым детям не придётся стыдиться себя, сравнивать себя с «обычными» сверстниками и чувствовать свою недостаточность. Нужно также признать, что школьная система устроена так, что нередко сама сбивает одарённых с пути. Понимая, как одарённый ребёнок превращается в выгоревшего перфекциониста — весь жизненный цикл целиком, — мы получаем возможность что-то менять.

Вопрос из чата: «Уверен, вам уже не раз задавали: как вы попали в Гарвардскую медицинскую школу — да и вообще в медицинскую школу — с таким низким средним баллом? Ведь оценки — один из решающих факторов. Чем вы выделялись?»

Отвечаю. Коротко: во-первых, я прошёл дополнительное обучение — магистратуру, чтобы поднять средний балл. Во-вторых, учился не в Гарвардской медицинской школе, а в Тафтсе. Специализацию по психиатрии проходил уже в Гарварде — в Массачусетской больнице общего профиля и клинике Маклина.

Как я туда попал? Шаг за шагом. Каждый этап требовал либо трезвой оценки ситуации, либо изрядной доли смирения. Мне пришлось принять: «Я, скорее всего, никогда не окажусь в Гарварде». Не говоря уже о поступлении в медицинскую школу вообще. Чем глубже было это принятие, тем больше приходилось делать вещей, мягко говоря, непростых для самолюбия. Не скажу «унизительных», но пришлось отпустить немало эго и продвигаться по шагу.

Потребовалась и настойчивость. Я подал документы в сто двадцать медицинских школ, прежде чем получил хоть одно зачисление. Это стало переломным моментом. Имея за плечами столько неудач, в медицинской школе я работал по-настоящему усердно и стремился к максимуму.

Затем я прошёл так называемую пробную ротацию: ты приезжаешь в больницу, куда хочешь попасть на резидентуру, и работаешь бок о бок с другими кандидатами. По сути, месячный экзамен. Я приехал в Гарвард и показал себя хорошо. К счастью, за предыдущие восемь лет удалось выстроить себя как личность — быть собой, принять собственные неудачи и не стыдиться их. Я осознавал, что большинство остальных кандидатов моложе меня на четыре года. Я был старше некоторых резидентов, хотя именно они меня оценивали — человек на два года младше ставил мне оценку. Справиться со всем этим было непросто, но я сохранял концентрацию и хорошо делал своё дело. Так я оказался в Гарварде, прошёл четыре года ординатуры и теперь преподаю там.

Но в основе всего — умение отпустить эго.

Вопрос из чата: «Как снизить ожидания?»

Ожидания снижаются через принятие того, на что ты реально способен прямо сейчас. Ожидание и принятие — противоположные полюса одной шкалы. Практикуя принятие, ты автоматически снижаешь ожидания.

Давайте приведу пример — упражнение из джняна-йоги на отпускание ожиданий. Дайте подумать...

Вот подходящее упражнение. Хотя, признаюсь, тут я чувствую себя менее уверенно... Возможно, не лучший пример, но всё же попробуем.

В течение месяца или двух, приходя в ресторан, на вопрос официанта «Что будете?» отвечайте: «Удивите меня». И наблюдайте за собой — понравилось блюдо или нет.

Когда мы приходим в ресторан, у нас есть ожидания. Причём худший ресторанный опыт — не плохая еда сама по себе, а ожидание отличной еды, которое оборачивается плохой. Если знаешь, что заведение так себе, и заказываешь там — ну, чего ты ждал? Совершенно нормально. Мы постоянно так делаем: идёшь в «Макдоналдс» или «Тако Белл» — не ждёшь гастрономического шедевра, ждёшь что-то посредственное, хотя, возможно, до неприличия вкусное (особенно если повезло с мексиканской пиццей, которую, увы, сняли с меню — печаль).

Суть джняна-йоги в том, чтобы по-настоящему понять взаимосвязь ожидания и принятия. Для этого нужно экспериментировать со своими ожиданиями. Точнее — не «оказываться в ситуациях, свободных от ожиданий», ведь ожидание рождается не ситуацией, а нами самими. Нужно практиковать управление ожиданиями. Идёте в ресторан — говорите «удивите меня». Или спрашиваете: «Что у вас хорошее? Вот это и несите». Если есть ограничения в питании — сообщите, а в остальном положитесь на выбор официанта.

«А если не понравится?» — Именно! В том-то и смысл. Ешьте, что принесут, и наблюдайте. Не нравится? Обратите внимание на ощущение. Насколько трудно заказывать еду без ожиданий? Каково это — прийти в ресторан и согласиться на случайное блюдо, которое может оказаться восхитительным, а может — отвратительным?

Так и вырабатывается принятие. Так отпускаются ожидания — буквально: приходишь и осознанно отказываешься от контроля. В этом суть джняна-йоги. И на пути можно открыть для себя много неожиданного. Например: если прийти, ожидая полную катастрофу — «наверняка будет ужас, придётся дома доедать хлопьями», — вы удивитесь, насколько приятной окажется трапеза. Потому что в этот момент ожидание уже отпущено. Даже если еда посредственная — не страшно. А если вкусная — огромная победа.

Вот что значит отпустить ожидания. Чем больше отпускаешь, тем больше начинаешь получать удовольствие от жизни — парадокс, но жизнь реально становится лучше.

Так что, если хотите практику джняна-йоги для развития принятия, — нельзя ограничиться одним разом. Нужна дисциплина: минимум месяц, а лучше все три. Выходите поесть — делайте это регулярно, посвятите себя практике. Теперь ваша жизнь такая. Гг, изи, нубы.

Попробуйте. Хотите освоить джняна-йогу — пробуйте.

Вопрос из чата: «Как родителю, учителю или руководителю поддерживать особые потребности одарённых людей, если нынешний подход не работает?»

Отличный вопрос. Приведу пример. Иногда ко мне приходят родители с ребёнком, который зависим от видеоигр. Почему дети подсаживаются на игры? Очень просто: игры соответствуют темпу ребёнка. Для одарённых детей причина игровой зависимости сводится к одному: игры соответствуют темпу ребёнка, а школа — нет.

Ребёнок приходит на урок, получает задание, выполняет... Я сам через это прошёл — меня перевели через класс. В предыдущей школе давали одно задание за другим. В новой школе в первый же день я сделал задание, вернул учительнице и спросил: «Можно следующее?» Она: «Какое следующее?» — «Ну, что там дальше? Я закончил, а до конца урока ещё сорок пять минут». Она: «Следующего нет». Я: «Как это — нет?!» Вскоре меня протестировали и перевели на класс выше, но там та же картина. В конечном счёте школа движется со скоростью самого медленного ученика.

А теперь — видеоигра. Представьте: тебе скучно на уроках, всё ползёт как черепаха. Тебе шесть лет, ты чуть способнее остальных шестилеток. И тут появляется игра. Не прошёл первый уровень? Проходишь заново. Прошёл — сразу второй. Справился со вторым — сразу третий. Игры идеально подстраиваются под способности игрока. Застрял на боссе в Dark Souls? Дальше не пустят. Родители не позвонят в FromSoftware: «Наш сын отлично играет, передвиньте его к следующему боссу». В Dark Souls так не работает — игре плевать.

Дети подсаживаются на игры именно потому, что те идеально соответствуют возможностям — а этого-то детям и не хватает. Есть такое понятие — стремление к мастерству; мы подробно разбираем его с родителями на консультациях.

Что делать, если ребёнок одарён? Бросать ему вызов. И не рассчитывать, что школа сделает это за вас. Когда приходят родители со словами «мой шестнадцатилетний сын зависим от игр», я спрашиваю его: «Что думаешь о школе?» — «Скучно». Тогда я делаю пару звонков и устраиваю подростка на стажировку — например, в стартап. В Бостоне, где я раньше работал, вокруг было полно интересных стартапов. Мы искали инкубаторы при MIT или Гарварде, узнавали о стажёрских местах и отправляли ребёнка туда на лето. И это полностью меняло ситуацию — игры уходили на второй план, потому что появлялось настоящее дело.

Одного парня я устроил в стартап, разрабатывавший приложение: фотографируешь родинку, а программа оценивает вероятность её злокачественности. Отправили ребёнка туда. Поначалу подросток спрашивает: «А что мне делать?» — «Начни с того, что приноси им кофе. Потом втянешься». И всё работает замечательно: стартаперы сами часто бывшие «белые вороны», поэтому реагируют правильно — «О, парень пришёл, загрузим работой». Говорят ему: «Тебе шестнадцать. Умеешь работать с базами данных SQL?» Ребёнок: «Нет». — «Гугли и учись. На следующей неделе ты управляешь нашей базой данных». Подросток в шоке, но через пару дней уже не играет — вечерами читает про SQL.

Просто погрузите ребёнка в дело и бросьте ему вызов.

Главная ошибка родителей и учителей: когда одарённый ребёнок терпит неудачу, инстинктивно хочется снизить темп. Но нужно его повышать. Звучит пугающе, однако если одарённый ребёнок не справляется, ему больше всего нужен более серьёзный вызов, а не облегчённые условия. Разумеется, сначала необходимо исключить СДВГ, депрессию, нарушения обучаемости и прочие расстройства. Но если ничего подобного нет — требуйте больше, а не меньше. Ставьте более сложные задачи, давайте лидерские роли, подталкивайте вперёд.

Невероятно, насколько хорошо это работает. Говоришь ребёнку: «Тебе нужно сделать вот это». Он: «Я не смогу». Ты: «Ладно, тогда провались — но попробуй. Не получится — ничего страшного. Но ожидать от тебя меньшего я не собираюсь». Знаю, звучит парадоксально — мы только что говорили об отпускании ожиданий. Но тут речь не об ожиданиях — а о вере. Разница тонкая, но важная: «Я в тебя верю. Думаю, тебе по силам. Выложись по полной».

Вот что нужно делать: бросать вызов и верить в них, вместо того чтобы предъявлять требования.