Новый год встретили, пора и за обязанности безответственного по жопам приниматься. Если не я, то кот же?
Это плод сейшельской пальмы из музея "Дерево дружбы" в Сочи. Про музей потом ещё расскажу, он прекрасен и там не только жопы плоды пальмы есть :)
Сказка - ложь, да в ней намек, толстым молодцам урок:
В некотором царстве, в государстве Телесия жил был царь - Гипоталамус Первый, по прозвищу Справедливый. Правил он мудро — во всём соблюдая баланс. Целыми днями трудился, отдыхал только во сне. И то не регулярно.
Как и положено царю, окружён он был всякими советниками. И был среди них Министр снабжения - паникер Грелин Всёпропайло.
- Милостивый царь! - кричал он на совете безопасности - В казне - 12 ккал и полвитаминки Д! Желудок объявил голодовку! Мы в шаге от смерти! Немедленно разрешите гуманитарную операцию по аннексированию холодильника!"
В подпевалах у Грелина - целая фракция микробиома, привыкшая к рациону "макароны + мазик". Любители брокколи среди биоты, конечно, тоже присутствовали, но ввиду хронического жесткого дефицита своей кормовой базы - находятся в тотальном меньшинстве.
Слушал Царь доклад, смотрел в окошко на митинг микробиома и давал добро на спецоперацию.
И шла Телесия варварским набегом на продовольственные запасы и все что добыто (завтрак, обед, «ну ладно, еще одну конфетку») - шло в Жировой запас. И чем успешнее были набеги - тем больше складов строилось.
А каждым складом заведует Дед Лептин - кладовщик с характером. Как только поступает излишек - разгоняет Лептин метаболизм, запускает топку митохондрий в печени и мышцах - чтоб сжечь избыточные калории. Но если этого было мало - идет напрямую в царские палаты и требует: "Остановить обжираловку! Жира много, а я тут один!"
Царь наглого кладовщика побаивается и включает сытость, а заодно открывает новый склад для излишков, с еще одним кладовщиком Лептином.
Шли годы. Телесия росла. Каждые 3,5 часа министр Грелин врубал панику и начинал войну с голодом, а следом свора Лептинов устраивала забастовку кладовщиков.
Стали до царя доходить тревожные донесения - количество складов настолько увеличилось, что мешало функционированию даже самых важных государственных органов: Сердце не справляется, Печень наполовину переоборудована в склад. А ЖКТ превратилось в проходной двор в час пик.
Нужно было что-то делать! И царь - объявил в стране диету! Указ грянул как гром:
«Запретить все набеги на холодильник. Пайки - строго по норме голодного обморока. Сахар - вне закона. За контрабанду конфет - расстрел на месте»
Ах… как просчитался царь! Диета началась, и в Телесии вспыхнула великая смута.
Министр Грелин Всёпропайло, едва прочитав указ, упал в обморок. Трижды!
Потом поднялся, схватил колокол и побежал по площадям крича:
«ГОЛОД! ЦАРЬ ОБМАНУЛ НАС! В КАЗНЕ - ПУСТО! ЭТО НЕ ДИЕТА - ЭТО ГЕНОЦИД!»
За ним — вся свора микробиома устроила бунт:
«Мы не бактерии — мы политзаключённые! Отменить пытку брокколи!»
И даже Лептины, которые обычно выступают за умеренность, завидев, что склады начали пустеть и им нечего делать, в ужасе схватились за головы:
«Сокращения! Нас же всех уволят!»
Они тут же собрали Профсоюз Кладовщиков, издали газету «Правда Жира» и пошли информационной войной по нервной системе:
«Жир - не прихоть, а безопасность! Закрытие склада №7 - обвалит метаболизм!»
Народ Телесии взбунтовался: постоянное чувство слабости, раздражения и беспокойства охватило всю страну. Наступили тяжёлые времена.
По улицам ходили измождённые клетки, вялые, без АТФ; мышцы без белка занялись каннибализмом; мозг перестал соображать и думал только о жирной еде.
Отрицание, депрессия, злость, торг, «ну ладно, ОДНУ булочку…» И тут... СРЫВ.
И пошла Вторая Волна Обжираловки — мощнее, отчаяннее, с чувством мести.
Холодильник — в руинах. Складов в два раза больше.
Лептины в удвоенном количестве оккупируют царские палаты:
Царь, не выдержав голдежа, прибил к дверям указ:
«ЛЕПТИНАМ — ВХОД ВОСПРЕЩЁН! Срочные вопросы — в ящик "для предложений" замаскированный под мусорное ведро.
Так началась Эпоха Лептинорезистентности — когда кладовщики кричат, а царь... больше их не слышит.
Чувство сытости - отключено. Чувство голода - круглосуточное. Грелин получил бессрочный мандат и личную сирену, а Телесия растёт. Упорно и неотвратимо.
Но однажды ночью, когда все, и даже Всёпропайло, спали, в царские палаты пришёл мудрый старец - Мелатонин - звонарь, что дает организму сигнал к отбою.
- Государь, - сказал он тихо, - диета - не враг. Но она как меч - в руках мастера режет врага, но у неопытного юнца, который берет меч не правильно - может резать и руку.
- Что же делать? - прошептал царь, глядя на карту, где склады уже давно выходили за границы государства.
- Три реформы, - ответил Мелатонин, - И ни одной диеты:
Реформа Сна:
Утро вечера мудренее. Издай указ единого часа раннего отбоя в Телесии и запрети огни после заката, дабы ни один гаджет не светил в твои окна.
Реформа Силы:
Лептины тебе не враги. Не игнорируй их, а помоги. Не сокращай склады, а строй заводы - мышцы. Пусть у Лептина будет работа.
Реформа Биома:
Наше тело - наш Храм! Изгони всех продающих и покупающих пустые калории. (Дом Мой Телесией наречен; а вы сделали его вертепом разбойников - Евангелие от Метаболиста, гл. 19, ст. 13)
Царь последовал совету мудрого старца. Тем же вечером Телесия погрузилась в глубокий сон.
Грелин пришел в полночь к царским палатам за порцией пельменей, стал стучать во все двери, а ответом ему тишина. Всю ночь Грелин кричал под окнами, даже голос сорвал, но никто его не услышал. И только к утру измученный провалился он в сон.
А утром Телесия проснулась и... не хотела есть.
Тем же утром Царь отправил Телесию на пробежку. Медленно но верно, день за днем строились мышцы и сжигали все больше и больше калорий. Но Лептины в этот раз не бунтовали - ведь они были при деле - таскали топливо к мышцам. Запасы на склады поступали регулярно, и все излишки легко сжигались в топке мышц.
Да и сами запасы поменялись. На смену булочкам и майонезу пришли фрукты и овощи. Биом, конечно, бунтовал. Но царь не слушал.
И спустя месяцы микробиом изменился: старые мятежники умерли, а новые граждане, вскормленные на клетчатке и ферментированных продуктах стали с радостью принимать полезную пищу. А брокколи... вдруг стали вкусными!
Телесия стала меньше - она стала свободнее.
Над Цитаделью Мозга поднялся новый флаг:
- темно-синий - как символ глубокого сна,
- голубой - как капли пота на работающих мышцах,
- зелёный - как новые ростки в кишечнике,
- и в центре - золотая печенька - в знак примирения.
Потому что истинный путь - не в запретах, а в том, чтобы жить в балансе и не воевать с собой.
А где-то в подвале бывшего склада №13, Грелин Всёпропайло, укутанный в плед, пьет тёплый чай и шепчет:
- Нужно идти работать... Хотя... Может уже завтра?…
- Может - это уже прогресс, - кивает Лептин, наливая ему второй стакан.
И небольшая сухая справка:
Грелин и лептин — это два важных гормона, регулирующих аппетит, чувство голода и обмен веществ в организме человека.
Грелин - вырабатывается в основном клетками желудка, стимулирует чувство голода. Его уровень повышается перед едой и снижается сразу после приема пищи.
Лептин - синтезируется жировыми клетками (адипоцитами), подает мозгу сигнал о насыщенности энергией, подавляет аппетит, разгоняет метаболизм, стимулирует расход энергии, тем самым регулирует вес тела.
Важно:
Недостаточность лептина или нарушение чувствительности к нему напрямую ведет к ожирению.
Отсутствие регулярного глубокого сна, поздний отход ко сну - уменьшает выработку мелатонина, что в последствии сдвигает период активной выработки грелина на дневные часы - период бодрствования, когда ничто не мешает залезть в холодильник. Исследования показывают, что у людей страдающих ожирением пик выработки лептина обычно приходится на дневные часы, а у стройных - на ночные.
Микробиота производит короткоцепочечные жирные кислоты (SCFAs), влияющие на аппетит и модулирующие активность рецепторов вкуса, расположенных как на языке, так и в кишечнике! (Да, жопа чувствует, когда вкусненько и посылает в мозг сигнал удовольствия, формируя привычку!) Это позволяет ей влиять на чувствительность к различным вкусовым ощущениям. Исследования показывают, что изменение состава кишечной флоры напрямую влияет на предпочтения к определенным продуктам питания.
Спойлер: никакой, даже родители не поздравили. Моё внутреннее состояние было разбито, ощущение праздника отсутствовало. Вроде бы и Ангелина веселить пыталась, вроде и её родители суетились и кричали «ура»... но не то, совсем не то.
Да и надежд на год я не ставлю: он будет проходным, даже возраст мой будет не то 28, не то 30. Но посмотрим, может, мои прогнозы не так плохи будут...
Для здешних: сейчас на всё-про-всё отвечу, я сюда захожу, дай бох, раз в неделю...
Сограждане. Сегодня я раздала имена тем, кто сам не представился.
Кому имя не понравится -- меняйте. Нежелательно повторение имен, потому что читатель их будет путать.
Кого всё устраивает -- я рада. Так и впишу вас в историю. В историю книги.
Несколько имен еще не определены (@rammdarkfunny, например ).
Список:
@moortnelis — Ана Гросу
@Kukabara — Иоанка Болбочана (то есть - болтливая)
@AlNiKo — Поляк Тадеуш,
@vervolph — Штефан Бурча мэр
@Rian — Родика Ионеску
@Alenari — Адина Албу
@Brainy — ТОНИ Думитраке
@kimpokom — Василе Апостол
@SergeyRY —столяр Мариус Лупу
@SergeyRY — турист Пауль
@etoshtrudel — Каталина Урсу
@DoctorDoom — Вернер Вереш
@Alida — Лучия Мыцык
@Colonel_Brom — Думитру Апостол
@Moonshine — Вирджил Арделеан или Драгош А´ндрей
Четверо охотников шли по свежему снегу в глубь леса. Здесь они охотились впервые, но местные говорили, что в этом году дичь должна быть, и должна быть довольно солидная. Осень была долгой и теплой, как и лето, а значит звери успели нагулять жирок к холодам.
Мужчины были из приезжих, те кто потянулся в город после возобновления работы шахт. В родных краях они ходили на охоту по несколько раз в год, и брали разные трофеи, при этом не обременяя себя приобретением соответствующих лицензий на отстрел тех или иных зверей. Таких ещё называют браконьерами, правда стреляли они всё же для себя, а не на продажу и в разумных пределах, чтобы ничего не выбрасывать. Этим и успокаивались, разделывая очередного кабана или лося, которого подстреливали в лесах.
Сегодня они вышли также в надежде добыть что-то серьёзное. Лось был бы кстати, но они бы не побрезговали и любой другой дичью. Прежде чем собраться на охоту, они подробно изучили карты местного леса, пообщались с местными и были подготовлены по последнему слову техники. Помимо очевидных карт и компасов, у них были навигаторы с GPS, а это куда серьёзнее тех игрушечных аналогов, что вшиты в любом смартфоне. Вылазка не обещала быть долгой, или очень дальней, ведь в первую очередь целью был интерес и интересное проведение времени, а не погоня за зверем длинной в несколько дней. В планах был один ночлег, поэтому они взяли с собой большую тёплую палатку и припасы на пару дней.
В лесу стояла звенящая тишина, нарушаемая только хрустом снега под ногами охотников. Это было немного странно, ведь раньше было слышно хотя бы птиц, а теперь и те куда-то делись, но охотники не сильно беспокоились об этом, ведь до намеченного места стоянки было ещё пара часов ходьбы, а там уже начинались охотничьи угодья, в которых точно должно быть всё, что может пожелать такого рода "спортсмен", как они себя иногда называли.
За разговором мужчины не заметили, как из облепленных снегом кустов им навстречу вышел старик. Одет он был очень несуразно: драный ватник был надет наизнанку и не застегивался на все пуговицы, мешковатые штаны словно состояли из одних только заплаток, так что невозможно было понять из какого материала были изначально пошиты. Старик был подпоясан толстой верёвкой в два оборота, а на ногах были какие-то обноски вместо сапог, местами перетянутые какими-то верёвками и, как и штаны, не были обделены заплатками, пришитыми кое-как. На голове у деда красовалась вязаная шапка крупной вязки, сквозь дыры в которой выбивались серые, грязные пряди редких волос.
Старик хромающей походкой шёл навстречу компании охотников, опираясь на крючковатую палку, видимо, заменяющую ему трость или посох. Он встал метрах в пяти от мужчин и сказал своим скрипучим, старческим голосом:
-Вы, сынки, кто такие будете? Куда это вас несёт на ночь глядя в чащу?
-Мы, дед, охотиться идём, тут говорят километрах в пяти дичь водится в изобилии, вот решили проверить. Ты, кстати, не в курсе, мы в том направлении идём? А то, по нашим прикидкам уже должны прийти на место, но никаких ориентиров не видно. Нам вроде озеро нужно обогнуть и за ним уже и зверь водиться должен. Так?
-Охотники значит, - старик нахмурился, и после произнёс серьёзным голосом, - верно идёте, а только зверя стрелять тут никак нельзя, закон тут в лесу тоже есть, что бесчинства творить не положено.
-А, так ты лесник местный, или егерь? Так мы законы уважаем, - проговорил один из охотников, и деловито полез во внутренний карман своей куртки, немного там покопавшись, он достал две купюры по пять тысяч рублей и протянул их леснику, - вот, всё как полагается, взносы на поддержание лесного хозяйства. Ну, что? Вопрос решён, мы пойдём?
Лесник взял деньги, повертел их тощими пальцами, затем спрятал за пазуху и ответил:
-Да, приглядываю тут за лесом, слежу чтобы порядок кругом был, чтоб пожаров не было, чтобы зверьё водилось и не болело. Про охоту, - тут он замялся, - Дело ваше, ребята, но только я вам более тут не помощник, дела у меня тут ещё есть, работа. Туда вам, ступайте, - сказал старик, указывая в сторону ельника.
Мужчины попрощались с лесником и пошли в указанном направлении. Они принялись живо обсуждать явление внезапного деда среди леса: кто-то даже сказал, что это, наверное, вообще бомж, и что не следовало давать ему ни копейки, но в итоге все сошлись на том, что скорее всего это действительно был лесник, который уже порядком выжил из ума на старости лет, и пускай лучше дед побалует себя хорошей водкой с закуской, чем пойдёт на принцип и заявит на них, ведь штрафы могут быть куда более серьёзными, а там и уголовку какую могут пришить.
Густой ельник был с трудом проходим, но других ориентиров, кроме тех, что дал лесник, просто не было. Навигатор давно сошёл с ума, и точка местоположения скакала по карте как блоха, так что толку от него не было. Стрелка компаса напротив просто застыла на месте, как приклеенная, и не двигалась с места, куда бы мужчины ни пытались повернуть. На карте этого ельника не было вовсе, однако охотники не нервничали, а свалили всё на барахлящую электронику и, видимо, залежи каких-то металлов под землёй, ведь весь район был испещрен шахтами, поэтому такой вариант был вполне правдоподобен. Про карту даже и думать особенно не стали, просто решили, что им продали какое-то старьё, где данные остались ещё со времён союза, а с тех пор растительность запросто могла измениться.
Одно было странно, лесник указал именно это направление, но никакого озера так и не было видно, к тому же начало смеркаться, а лёгкая поземка заметала следы, которые были оставлены в тесном лесу. Спустя ещё полчаса бесконечного движения сквозь ели, которые уже смешались в сплошную стену колючих ветвей, засыпанных снегом, группа наконец вышла на большой пустырь. Решив, что где-то там дальше и есть озеро, был разбит лагерь. Мужчины наломали ельника, сделав мягкую и тёплую подушку под полом палатки, срубив несколько деревьев они разведи костёр, поели, выпили бутылку коньяка, взятую исключительно в терапевтических целях, и легли спать.
Ночь была беспокойной. Ровно в три часа утра все четверо вскочили от громкого рёва где-то неподалеку, от силы метрах в двадцати. Охотники похватали ружья и выскочили на улицу. Под ногами захлюпало.
-Трясина! Откуда?! Мы же не могли поставить лагерь в болоте!
Мужики в панике топтались на месте, пытаясь не увязнуть, и при этом озираясь по сторонам, но вокруг была такая темнота, что разглядеть в ней что-либо было не под силу человеку без фонаря. Рëв раздался совсем близко. Огромная лапа смахнула одного из охотников будто бы сор со стола, и тот с криком боли и ужаса улетел в темноту. Болото сочно чавкнуло, и крик, еле успев смениться на бульканье, мгновенно стих.
Один из охотников не поддался всеобщей панике, он вскинул ружьё и сделал два выстрела в сторону откуда вылетела лапа, убившая товарища. И тут же раздался звериный, не похожий ни на что крик, утробный, полный злобы и какой-то неестественной силы. Что-то исполинских размеров рванулось к оставшимся в живых на болоте.
Это существо не было ни на что похоже: оно было вдвое выше любого самого рослого человека, и было совершенно очевидно, что названия ему не давал ни один из ученых, поскольку никто ни разу его еще не встречал. Гигантские раскидистые лосиные рога венчали мощный череп, не то медвежий, не то лошадиный, в вытянутой пасти кинжалами блестели острые клыки. Обезьяноподобное тело было покрыто густой и жёсткой как прутья чёрной шерстью, которая на загривке становилась похожа на иглы дикобраза. Передние конечности были мощными и длинными лапами, заканчивавшимися когтями-бритвами размером со столовый нож. Задние лапы были меньше передних, а оканчивались раздвоенными копытами, за спиной маятником ходил длинный хвост с кистью той же черной щетины на конце. Существо уже намеревалось разорвать людей на части, но вдруг раздался тихий, но властный и скрипучий голос:
-Стой! Пока рано.
Мужчины окаменели от произошедшего, и лишь смогли медленно обернуться в сторону голоса, а стрелок наощупь, судорожно пытался вставить в ружьё новые патроны. Из леса медленно вышел тот самый лесник, которого они встретили днём. Он выглядел немного иначе, в нём ощущалась какая-то незримая и неестественная сила, переполнявшая дряхлое тело. Один из группы вдруг сорвался и закричал: "Дед, сука старая, ты куда нас завел?!", но вдруг резко осёкся, охнул и начал в панике смотреть себе под ноги. В считанные секунды из болотной жижи вокруг кричавшего вылезли толстые, извилистые корни, которые стали окутывать сначала ноги своей жертвы, а после и тело с головой, пока человек не стал походить на муху в коконе паука. После раздался треск, сначала это был тихий треск корней, которые сжимали тело всё плотнее, а затем затрещали кости, выгибая конечности в невозможные стороны. Грубиян кричал совсем недолго: всё действо заняло не больше пяти секунд, а потом корни свернули ему шею. Он так и остался висеть в них, с немым ужасом в налитых кровью широкого распахнутых глазах.
Раздались ещё два громких выстрела: это снова был стрелок, который смог совладать с непослушными пальцами и зарядил таки свое ружье во второй раз. Обе пули влетели старику точно в грудь с каким-то тупым звуком. Такой залп должен был свалить деда замертво, но тот едва качнулся. Крови не было, старик лишь похлопал по ватнику, из отверстий которого вылетела древесная стружка.
-Храбрый, сильный духом, воин, а не просто охотник. Ты тоже осквернял другие леса, убивал ради забавы, но я отпущу тебя, чтобы ты поведал всем мою волю. Беги прочь из моей чащи, и пусть все узнают, что древняя сила вновь берёт назад власть над этим местом.
На глазах старик начал меняться. С шорохом ветвей и хрустом коры, он будто прорастал сам из себя. Глаза впали, их заволокло пеленой, а голова увеличилась в размерах, став более вытянутой. Седые волосы деда обратились лишайником, пробившимся сквозь вязанную шапку. Лицо посерело, покрылось морщинами, трещинами, как старая дубовая кора. Руки одеревенели, а пальцы стали толстыми сучьями. Спустя несколько мгновений он уже наголову возвышался над человеком, худой, покрытый корой, с торчащими то тут, то там мелкими ветками.
-Я пришёл по зову зимы. Она призвала меня очнуться ото сна именем Велеса, и я откликнулся, чтобы вершить суд над зазнавшимися людьми, ведь вы решили, что сами теперь можете властвовать над природой. Я напомню вам кого нужно бояться и почитать, напомню, пред кем пресмыкались и кого страшились повстречать в лесах ваши предки. А теперь, прочь!
Леший махнул рукой в сторону, и лес расступился, оголив небольшую просеку.
-Мой товарищ, - пробормотал ошарашенный охотник, - что с ним? Он тоже может идти?
-Только ты, а он получит свою плату за дела, что творил, за свою трусость, недостойную уважения.
Последний из группы всё это время стоял на месте, схватившись за голову. Он просто мотал ей из стороны в сторону, уставившись в землю и шептал себе под нос что-то нечленораздельное.
-Можно, - сказал Леший, и в ту же секунду челюсти монстра, что всё это время скалой возвышался над палаткой, сомкнулись вокруг головы несчастного, оторвав её вместе с запястьями. Кровь брызнула в разные стороны, как сок из разбитого арбуза. Безголовое тело рухнуло в болотную жижу, и начало медленно в неё погружаться, увлекаемое корнями, которые стали его оплетать.
Не помня себя последний оставшийся в живых охотник бросился бежать по открывшейся просеке прочь от места ужасной расправы над его товарищами, и от непостижимого первобытного страха, который проник в каждую клетку его тела. Лес за его спиной смыкался с треском ветвей, а в далеко за спиной раздавался громкий скрипучий хохот Лешего. Спустя считанные минуты мужчина выбежал к краю леса, в то самое место, откуда он с товарищами еще утром в него вошел. Рядом стояли их припаркованные машины, а в далеке блестели огни ночного города.
Вкус интересный: специй я не жалела, аромат и острота присутствует, алкогольная пропитка не выветрилась, собственно основная доля вкуса именно от изюма-цукатов. В куличе гораздо меньший аромат оставался, может из-за более длительного времени выпекания?
Орехи в выпечке я не очень люблю, первый раз делала по рецепту, но впоследствии их или уберу или на совсем мелкие кусочки размалывать буду.
Когда мы уходили, мама не стала предлагать забрать собой оставшееся, считаю шалость удалась :).
А дома еще 3 шт ждут своего часа :). @Kukabara, спасибо за рецепт и вдохновение!
Доктор Ватсон прям как Песняры. Нарочитый оптимизм. Не ГО :) а уже и не вспомню, с какого концертника та версия "Оптимизма", которая с пиздатым тяжелым саундом, нетипичным на тот момент для Гражданск...
Пасиба!
@Brainy теперь тебе пизда ::fuck::