Что-то я подзабила на эту серию... Надо что-то писать!
Опять берём сборник Llibre Vermell de Montserrat. Для разнообразия, песня про неизбежность смерти. И раз это случится, то не греши, а то получишь по жопе не попадёшь в рай. В моих постах только позитив!
►
Gothart - Ad mortem festinamus.mp3
Это одноголосая песня с повторяющимся припевом (видимо, чтобы сильнее запугать грешников).
Вот ноты:
Вот текст и перевод (перевод мой, увы):
Ну огнище же! В вас ещё осталось желание жить?
Следующую часть не всегда включают в эту песню, потому что она отделена рисунком расслабляющегося в солярии тела:
О смерть, как горька твоя память
Но пусть тоже будет:
Не жили хорошо, и нечего начинать :(
Вывод: обожаю христианство, очень доброе и милое верование ^_^
— ...Это похоже на секту, если честно, — заметил помощник Смерти.
— И куда нас только штормом занесло? — Оскар обнюхал ногу гуру, читавшего какую-то проповедь перед прихожанами.
— Она самая и есть. — Смерть посмотрела на часы и кивнула своим мыслям. — В общем, тут будет много интересного, но самое важное будет в конце.
— Что, неужели мы наконец-то увидим, как эти сухопутные обезьяны приносят друг друга в жертву? — Оскар от предвкушения даже попытался потереть лапы друг о друга.
— Ты самый кровожадный скелет кота в моей практике. — Смерть покачала головой. — Нет, тут даже денег с прихожан не берут, что удивительно.
— А что тогда тут будет? — Помощник привычным жестом пролистал форму 7-Д.
— Нет, на этот раз я не буду портить сюрприз. — Смерть просто села на косу, которую повесила в воздухе, и молча начала ждать.
Обряд шёл своим чередом — свечи, монотонное пение, гуру в белом балахоне с воздетыми руками, — когда двери молельни распахнулись так, что одна из них слетела с петли.
Внутрь ввалилась толпа женщин. Их было много, они кричали разом, и в общем гуле помощник разобрал только одно слово, повторявшееся чаще прочих: «беременна».
— Ты говорил, что я избранная, а в итоге я беременна от тебя!
— И я!
— И я!
Гуру побледнел так, что на фоне белого балахона стал казаться серым.
Оскар издал звук, который у скелета кота, вероятно, заменял хохот, — сухой дребезжащий треск, будто кто-то тряс коробку с домино.
— Полундра-а! — простонал он, сползая с плеча помощника от смеха. — Юнга, ты видел его лицо? Это же не лицо, это же пробоина ниже ватерлинии!
Помощник тоже прыснул — на секунду. А потом посмотрел на прихожан.
Они не кричали. Они молчали. Полсотни человек, которые ещё минуту назад пели, стояли и смотрели, как их пастырь тонет в собственной пастве, и на их лицах медленно проступало одно и то же выражение — будто из каждого разом вынули что-то, чему не было названия. Одна женщина в первом ряду не двигалась вовсе. Она не обвиняла, не плакала. Просто смотрела в пол, туда, где только что лежала её вера, и уже понимала, что подобрать её не выйдет.
Смех застрял у помощника в горле.
— Что здесь сейчас умерло? — тихо спросил он.
— Многое. — Смерть, воспользовавшись всеобщим замешательством, аккуратно стянула с жертвенного столика непочатую пачку печенья и сунула куда-то в складки балахона. — Секта, например. К вечеру разбегутся все, даже те, кто глубоко верил этому гуру, но это ерунда, это просто вывеска. А вот их вера в него и его проповеди... вера умерла прямо сейчас. У каждого по отдельности и у всех разом. Полсотни маленьких смертей за десять секунд. Хорошая выработка, между прочим.
— А в форме что писать? — Помощник беспомощно листал 7-Д. — Тут нет графы на... на такое.
— «Прочее». Как всегда — «прочее». — Смерть надкусила печенье и кивнула на выход. — Идём. Это ещё цветочки. Через полчаса тут будут журналисты, потом полиция, потом адвокаты, а это уже совсем другой отдел, и работать с ним я отказываюсь принципиально.
Они вышли на улицу, где утро было до неприличия солнечным.
— Капитанша, — Оскар всё ещё похрюкивал, устраиваясь на плече, — а печеньки-то с жертвенника. Это, получается, тоже трофей?
— Это был бы конфискат, — с достоинством ответила Смерть, — а поскольку оно просто испортилось бы, то чего добру пропадать?
— ...Неужели мы тут из-за того, что тут будут играть в Доту или ещё какую-нибудь войнушку? — Помощник недовольно посмотрел на кучу игроков, сидящих перед мониторами. — Я думаю, убитое ими время точно можно внести в отчётность.
— Да не, мы тут по более печальному делу, — Смерть отодвинула рукав и взглянула на часы.
— Так, стоп. Это что, TAG Heuer Connected Calibre E5 стоимостью в четыре тысячи долларов? Откуда у вас такая техника?
— Ну... сам посуди! Часы, которые должны были умереть, попав в дробилку для веток! Жалко же!
— Госпожа... вы сейчас говорите, что просто спиратили часы? — Оскар обнюхал часы и потрогал их лапой.
— Спиратила — это когда с чужого борта, — уточнила Смерть. — А это находка.
— На флоте это называется трофей, капитанша, — одобрительно заметил кот.
— Вот! Хороший кот. Я говорю о хороших часах, которые я спасла от неминуемой гибели!
Помощник молча раскрыл ведомость и потянулся вписать часы в графу «имущество, снятое с учёта». Смерть, не глядя, опустила рукав.
Помощник потёр переносицу и устало спросил:
— Допустим. Но что писать в отчётность?
— Что часы покинули мир живых. — Смерть буднично пожала плечами и, снова взглянув на часы, сказала: — Через пять минут произойдёт более трагичное событие, чем укра... поломанные часы. Сейчас хозяин заведения включит в розетку свою любимую кофеварку, а один из игроков — старый, года три не включаемый компьютер. Короткое замыкание уничтожит информацию на пяти компьютерах, сломает кофемашину и убьёт дух этого места.
— Ну полный свистать всех наверх, а мы тут при чём? — Удивлённый кот повернул черепушку набок, выражая недоумение.
— Насколько я понимаю, по ведомости мы должны зафиксировать смерть кофемашины, пяти компьютеров, точнее информации из них, и... — Помощник посмотрел в ведомость и удивлённо вскинул брови. — И смерть духа места? У меня для этого даже графы нет.
— Значит, впишешь в «прочее». Самое главное — именно в этом! Это место пропитано весельем, я бы даже сказала, душа этого места состоит из веселья. И когда произойдёт несчастье — душа получит смертельную рану. И даже если всё починят, новый дух веселья долго будет нарастать.
— Сколько? — Помощник посмотрел на начальницу.
— Ну, неделю где-то.
— Так быстро?
— Быстро не быстро, а это будет другой дух. Недаром же говорят: «раньше было иначе». Это показатель того, что в какой-то момент дух места изменился, и ощущения, что дарил предыдущий, просто исчезли. Благо, если новый дух унаследует что-то от старого. А если нет — место меняется безвозвратно.
Ожидание, к удивлению Смерти, затянулось на полчаса, и, чтобы скоротать время, помощник сел за ближайший компьютер и нажал кнопку.
Последующие события Оскар назвал одним словом — аврал. Вспышка тока осветила помещение и погрузила его во тьму. Общий стон десятка игроков и ругань владельца ознаменовали завершение ожидания, к радости Смерти и Оскара, чего не скажешь о помощнике, который хотел только напечатать пару отчётов, а получил эффектное электрическое шоу.
— Вы же сказали, что компьютер включит один из игроков?
— Ну, перепутала. У тебя настрой был скорее как у игрока, чем как у офисного планктона. — Смерть пожала плечами и, подхватив Оскара, двинулась на выход.
Помощник печально глянул на компьютер и понял, что начальница, в принципе, права: его любовь работать за компьютером близка к игромании, так что настроение было соответствующее.
А ещё он понял, что в графе «причина» ему предстоит написать что-то, чего в форме тоже не предусмотрено.
— ...Госпожа, в отличие от тебя, не спит! — Оскар с кошачьей непритязательностью уселся на голову помощника и тыкал костлявой лапой ему в нос.
Помощник поморщился и, смахнув недовольно мяукнувшего кота, встал с гостиничной кровати.
Этот номер Смерть оплатила, дожидаясь его с собрания. Одноместный, маленький и тесный. Но помощник привык к спартанским условиям и был даже доволен.
— Что молчишь, юнга? У нас сегодня куча адресов, госпожа хочет тебе всё показать!
— Оскар, не слишком ли ты активен для кота?
— Слышь, салага, не тебе обсуждать начальство! Живо в гальюн и на камбуз, день будет тот ещё!
— Хорошо, хорошо. Только не ори! — Помощник неохотно потянулся и отправился в душевую приводить себя в порядок.
После завтрака, выйдя на улицу, они увидели, как Смерть, сидя на корточках, изучает что-то на асфальте тротуара.
— О, вы уже пришли! А я тут готовлюсь работать. — Смерть ткнула в две шевелящиеся точки на асфальте.
— Это... Это же муравьи?
— Именно! — Смерть с энтузиазмом потёрла руки. — Formica sanguinea. Кровавый муравей-рабовладелец. Идут на Formica fusca — воровать куколок. Те вылупятся уже в чужом гнезде и будут всю жизнь работать на захватчиков, искренне считая их семьёй.
— Это... вы серьёзно?
— Природа, юнга. У неё регламенты пожёстче ваших. — Смерть кивнула чуть в сторону, где по трещине в асфальте разворачивалась настоящая баталия. Рыжая армия наступала широким фронтом, и чёрные подавались назад: их было меньше, они были мельче — а рыжие шли как шли всегда, тысячи поколений подряд, эволюционно наточенные на одно-единственное ремесло. — Вот, посмотри. Эти, рыжие, пришли за будущими рабочими, которые вырастают из похищенных куколок, а чёрные защищаются. Много жизней прервётся в этой битве за свободу, — тихо добавила она.
— Мы что, всей командой встали на якорь ради букашек? — Оскар, слегка оторопев, сел возле помощника, который, достав планшет, уже заполнял форму: количество погибших с обеих сторон.
— Котик, иногда мелочь может оказаться важнее, чем смерть знаменитости.
Ближе к концу второго часа помощник, не отрываясь от формы, уронил планшет на армию рыжих. Совершенно случайно. Извинился, поднял, записал ещё троих в графу погибших.
А потом в битву вмешались воробьи и разогнали обе армии. Те, кто был ранен или недостаточно расторопен, были съедены.
— Техническая ничья! — Смерть встала и, осмотревшись, кивнула своим мыслям. — Бодрое начало дня! Ну что, команда, готовы к местам поинтереснее?
— Так точно, капитан! — Оскар вытянулся по струнке и приложил лапу к тому месту, где у котов обычно ухо.
Помощник просто кивнул, понимая, что сегодня он увидит намного больше невероятного, чем вчера.
Следующей их точкой оказалась автомастерская, где трое мужчин ковырялись в двигателе старого уазика.
— Что, сейчас кто-то из этих салаг напортачит и тут будет полный аврал? — Голос Оскара приобрёл мурчательные нотки в ожидании кровопролития.
— Боюсь, Оскар, не сегодня. Сегодня мы увидим прощание со старым другом.
— Это как? Тут же никого, кроме трёх механиков?
— Удивительно, как люди и животные зациклены на своих жизнях! — Смерть покачала головой. — Нет, сейчас они закончат сборку двигателя и попробуют завести его. Что и спровоцирует дальнейшую трагедию.
— Но если никто не пострадает, то в чём будет трагедия?
— Смотрите внимательно!
После того как механики закончили, один из них завёл машину и, выезжая, задел колесом палку, и та ударила по ящику с инструментом; ящик, упав, натянул трос, на котором держалась лампа, а лампа при падении уронила под колесо старую детскую машинку.
Хруст пластика и осознание, что произошло, вызвали у водителя крик и брань.
— Эту машинку подарил мне папа, когда я стал механиком! — Всхлипы и неуклюжие попытки стереть слёзы заставили помощника Смерти отвернуться и тоже смахнуть слезу.
— Смерть игрушки? — Кот с недоумением уставился на начальницу. — Серьёзно?
— Нет, Оскар. — Помощник проглотил ком в горле и, заполнив документ, продолжил: — Это смерть друга. Эта машинка была памятью об отце и, ты не поверишь, о детстве.
— Верно подмечено. — Смерть флегматично кивнула и, хлопнув помощника по плечу, пошла прочь от мастерской. — Ладно, идём дальше, тут мы уже закончили.
— ...Моя работа с агентом показывает её достаточно фривольное отношение к отчётности, но чёткое — к исполнению своих обязанностей. — Помощник Смерти стоял посреди большого кабинета, окружённый несколькими десятками существ, которых смертные обычно называют ангелами и демонами. — Но поскольку я только начал работать, моё суждение будет не объективным, а субъективным, что противоречит моей задаче наблюдателя и помощника.
— Всё верно, агент. Однако мы вызвали вас потому, что совет постановил: одного наблюдателя будет мало. К вам в команду назначается агент Оскар
Помощник Смерти удивлённо взял в руки коробку с наклейкой «Личная собственность Э. Шрёдингера. Не вскрывать до наблюдения», которую поднесла ему миловидная представительница бесов. Открыв её, он удивился ещё больше: в коробке лежали кости животного, а точнее — кошачьи.
— Но это просто скелет кошки!
— Сам ты кошка, сухопутная ты крыса! — раздался возмущённый голос из коробки, и скелет, собравшись в единое целое, забрался ему на плечо.
— Э-э-э... ладно. Но зачем нам кот-скелет? — Помощник покосился на кота, который делал вид, что вылизывает заднюю лапу.
— Агент Оскар будет отвечать за отчётность по животным. Да, мы в курсе, что существо рода кролики К-417×10¹⁰⁰⁰, которое должно было умереть, выжило.
— Кто?
— Кролик, агент. Кролик. И хотя отчётность по количеству не нарушена, нарушен принцип фатализма! Впредь, если подобное произойдёт снова, будьте добры сообщить нам незамедлительно, агент!
— Да, сэр! Конечно, сэр! — Помощник вытянулся по струнке, чувствуя, как пот течёт ручьём по спине.
— На данный момент вы свободны. Совет объявляется закрытым до завтра.
Вспыхнувший свет перенёс помощника с котом-скелетом к гостинице, где их ждала Смерть — попивая чай и заедая его печеньками.
— Первый рабочий день — и сразу к председателю. Пропесочили за отчётность? — спросила она, увидев бледное лицо помощника.
— Они знают, что кролик выжил!
— О, не только выжил, но и проживёт ещё четыре года: так понравился детям, что руководство зоопарка решило усилить за ним ветеринарный контроль.
— А ещё...
— А ещё, мяу, вам выдали помощника! — не дал ему договорить кот. — Отныне я на этом корыте старпом по живности! Штаб поручил мне вести рапорты по всей хвостатой части, и чтоб без самодеятельности у меня на борту, юнга, а то...
— Оскар, ты ли это? — Смерть обрадованно подхватила кота и пару раз подбросила в воздух. — Сам Непотопляемый Сэм в моей команде! Помню, как ты молил, чтобы сказки о девяти кошачьих жизнях оказались правдой.
— Погоди... так это с тобой я должен работать? — Кот-скелет разом поник, растеряв всю спесь и половину морского словаря.
— А с кем ещё? Я же помню, как ты трижды спасался с подбитых кораблей, — Смерть провела рукой над котом, будто поглаживая шерсть, которой давно не было. — Думаю, в плане отчётности один кот может и ошибиться в паре цифр. Правда, дорогой?
— Для моей — мур — капитанши хоть на дно и обратно!
Так помощник понял, что совет совсем не понимает его новую начальницу. А ещё — что «юнга» теперь, судя по всему, его официальная должность.
— Поверь, за людьми мы еще находимся, а вот увидеть все аспекты моей работы тебе будет полезно. — Смерть задумчиво повесила косу в воздухе и села на нее, как на табуретку.
— Да, но что мы делаем тут, под мостом? — помощник удивлённо посмотрел по сторонам.
— Сегодня тут умрет некогда знаменитая детская песенка. Ее последний носитель будет сожжён как обычная бумага.
— Какая песенка?
— Ты думаешь, если я назову её, ты вспомнишь? Последний человек, который помнил её ушел в вечность два столетия назад.
— Ого, и как песня так долго просуществовала без памяти о ней?
— Самое банальное — её записал в блокнот один из знающих её.
Помощник достал термос и начал разливать чай по кружкам, когда увидел, что его начальница надела нечто странное.
— Зачем тебе эти нелепые очки с усами и старое рваное пальто? Стой, погоди, ты собираешься спасти песенку?
— Ну, в конце концов, подкину её какому-нибудь фольклористу. — Смерть пожала плечами и не дав ответить помощнику, подошла к бездомному, что собрался разводить костер в бочке.
— А как он тебя увидит? Это же нарушает правила? — помощник даже не мог определить, что больше его удивило, то, что Смерть опять нарушила протокол и спасает какую-то песенку или то, что ее увидит живой, чей срок еще не подошел.
— Он увидит не меня, а усатого бездомного мужчину средних лет. Маскировка, на случай, если надо контактировать с живыми, выдана верхним советом лет пятьдесят назад. Раньше был костюм чумного доктора, да только мода меняется быстрее, чем реагирует совет.
Усатый бездомный средних лет подошёл к бочке, что-то сказал, и настоящий бездомный засмеялся. Дальше произошёл обмен, старый как мир: полпачки печенья против стопки бумаги на растопку. Обе стороны остались в уверенности, что обманули друг друга.
Смерть вернулась, на ходу снимая нелепые очки с усами, и протянула помощнику старую мятую желтую страницу в с текстом. Чернила выцвели до цвета слабого чая.
— Подержи. Только не читай вслух.
— Почему?
— Потому что прочитаешь — запомнишь. А запомнишь — станешь носителем. Это уже не спасение объекта, это передача, другая форма, другой отдел, — она задумалась. — Хотя...
Помощник посмотрел на страницу. Потом на Смерть. Потом снова на страницу. В графе «способ спасения» его планшет предлагал варианты «архивация», «передача третьим лицам» и «прочее». Графы «выучить наизусть, потому что жалко» там не было и не могло быть.
Он прочитал вслух.
— Свиристел свиристель —
На полянке ель,
Под елью пень,
На пне лень,
Ты водишь целый день!
Считалочка оказалась короткой, глупой и прекрасной — из тех, под которые двести лет назад кого-то водили, кого-то ловили и кто-то жульничал. Слова легли в память сразу и навсегда, как ложатся только бесполезные вещи.
— Поздравляю, — Смерть отпила чаю. — Теперь она живёт в тебе. Оформи как «прочее».
— Так сегодня кролику Грише исполняется пять лет и дирекция решила, что удаву нужен свежий корм. — Смерть задумчиво изучала схему зоопарка, запутавшись в указателях.
— А, так ты за кроликом?
— Нет, я за удавом. Не привык он к живой пище, подавится.
— А кролик?
— А кролик проживёт еще год, поскольку удав подавится крысой, что забежала сегодня в его террариум.
— Подожди, — помощник полистал планшет. — А крыса? Крыса в ведомости есть?
— Крыса идёт бонусом. Совмещённый визит, — Смерть перевернула схему вверх ногами, что не помогло. — Совет такое любит. Называется «оптимизация логистики».
— А если крысу... ну... отогнать? Удав жив, все живы, никакой смерти.
— Можно, — согласилась Смерть. — Тогда удав съест Гришу, поперхнётся ухом и умрёт всё равно, только вместе с Гришей. Я считала варианты. Мой — единственный, где именинник доживает до торта.
— У кролика будет торт?
— Морковный. Дети из третьего класса принесут. Поэтому шевелись, у нас окно до одиннадцати.
Террариум нашёлся сам — точнее, его нашёл помощник, потому что читать указатели, как выяснилось, входит именно в его должностные обязанности. Удав лежал внутри толстым вопросительным знаком и смотрел на мир с сытым безразличием существа, которого всю жизнь кормили размороженным.
А вот кролик Гриша, сидевший в переноске у террариума в ожидании своей роли свежего корма, Смерть увидел сразу. И не испугался ни капли — повёл ухом и продолжил жевать. Звери вообще её видят всегда, но не боятся: у них к смерти нет вопросов, у них к ней просто нет документации.
— Он что, не понимает? — шёпотом спросил помощник.
— Понимает лучше нас с тобой. Просто у него сегодня день рождения, а страх в праздничный график не внесён.
В десять сорок семь из вентиляции деловито вышла крыса. Осмотрелась. Оценила террариум как жилплощадь с недостатками, но перспективную.
Смерть сняла с плеча косу.
— Так, — сказала она будничным тоном сантехника, пришедшего по заявке. — Работаем.
— А удава не жалко? — внезапно встрял помощник.
— Ну как сказать, у него должок где-то в пять лет, но его ведомость как-то случайно исчезла вместе с той крысой, которая наелась яда.
Смерть, подмигнув, что на самом деле невозможно, пустой глазницей, пошла выполнять свою работу, флегматично жуя морковную печеньку, которую утащила из кормушки кролика.
— Конечно. Если суммарная масса превышает пятьсот граммов. Иначе у нас коллективная душа не формируется, а за каждым по отдельности ходить — вечности не хватит.
— Поэтому мы пришли на этот склад, хотя по документации у нас профилактические визиты к пенсионерам? — Помощник сморщил нос, наблюдая, как дезинсектор сметает в совок большую коричневую кучу мертвых насекомых. — Да тут килограммов шесть будет... Кстати, а как это — профилактический визит смерти?
— Ну, у кого телефон сломается, кто кружку разобьет... — ответила Смерь, флегматично жуя печеньку, сидя на косе, как ведьма на метле.
— Что?
— Что? Ты думаешь у любимых вещей нет души? — Смерть повернула голову на бок, посмотрев на помощника. — Между прочим, даже у моего китайского флагмана есть искусственный интеллект, а значит и искусственная душа!
— Э-э-э, ты пользуешься телефоном?
— А как же! Смерть сайта, смерть аккаунта, смерть данных. Не говоря уже о смертях в игрушках! Особенно люблю в Доту приходить.
— В Доту? — переспросил помощник слабым голосом. — Зачем?
— Ну, во первых, не смотря на воскрешения, персонажи там умирают по настоящему. Да и призывают там меня чаще, чем во всех конфликтах мира вместе взятых, — Смерть стряхнула крошки с балахона. — «Смерть тебе», «сдохни», «мид, ты труп». Вслух, искренне, по сорок раз за матч. Неудобно игнорировать. Я же вежливая.
— И ты... приходишь?
— Прихожу. Стою за спиной, смотрю. Никто не оборачивается. Все думают, это лаги.
Помощник достал планшет и дрожащей рукой открыл новую форму.
— Так. Стоп. Тараканы — полкило, вещи — с душой, Дота — по призыву. Почему ничего из этого нет в документации?!
— Потому что документацию писал совет, — Смерть слезла с косы и пошла к выходу со склада. — А совет последний раз спускался на землю, когда тут было в основном море. С тех пор у них очень хорошая отчётность по трилобитам.
— А пенсионеры? У нас в плане пенсионеры!
— А мы к ним и идём.
Пенсионерка Зинаида Марковна не увидела ни Смерть, ни помощника — не заслужила ещё, в хорошем смысле. Зато их прекрасно видел телевизор «Рубин» тысяча девятьсот восемьдесят второго года выпуска. Он доживал последние дни и знал это: изображение держалось только если сверху положить утюг, а утюг Зинаида Марковна берегла.
— Это и есть профилактический визит, — тихо объяснила Смерть, не оборачиваясь. — Прихожу заранее. Чтобы, когда время придёт, он не боялся. Вещи, знаешь ли, боятся не смерти. Они боятся, что их вынесут на помойку раньше, чем они умрут.
Помощник стоял с планшетом наперевес и чувствовал, что в форме 7-Д нет ни одной подходящей графы. Вообще ни одной. Потом медленно убрал планшет в чемоданчик и сел рядом, на пол.
— А... долго ему?
— До конца чемпионата по фигурному катанию дотянет, — Смерть достала печеньку и положила половинку на телевизор. Просто так. — Он ради неё держится. Зинаида Марковна очень расстроится если пропустит, а так, может даже ремонтника вызовет в благодарность.
— Слушай, а если она вызовет ремонтника... это же срыв планового срока. Мне что, писать корректировку?
— Пиши, — Смерть поднялась и отряхнула балахон. — В графе «причина переноса» так и укажи: фигурное катание.
Помощник нерешительно посмотрел на неё.
— Такое точно пропустят?
— Не пропустят, просто положишь туда. — Смерть указала в сторону очень уверенного в себе пустого места.
— Оно тут откуда?
— Оно всегда там, где я. Так что с отчетностью проблем не будет.
Помощник молча кивнул и записал.
Форма 7-Д приняла запись молча. Это была единственная вещь во Вселенной, которая, как выяснилось, души не имела.
Продолжаю заниматься чем угодно, кроме ювелирки :)
На работе стоял у меня кактус- тут смотрю ему чего-то поплохело. Он, конечно, никогда красавцем не был, но он был хотя бы зеленым.
"Спасти любой ценой!"- решила я. Ну штош, шанс на спасение у него только один, и это я.Бедняга.
Проконсультировавшись, план составила такой: вынуть из горшка, почистить, убрать мертвые корни, пересадить в емкость со мхом и надеется на чудо.
чет приуныл.
Достала из горшка, корни почти все мертвые. Убрала землю (был годами спрессованный торф, под водой не моется, не пачкается- не отколупывается).Оторвала лишнее.
Корни ломаются, они сухие и мертвые. Чистила под душем зубочисткой практически каждую складочку.
Для успешной реанимации применила метод горячей ванны- 15 минут держала его под проточной водой 45-50 С.
После этого запихнула его в торфяной горшочек без земли, только сфагнум (купила в Леонардо, долго мыла от ипучей краски). Мох увлажнила водой с янтарной кислотой, если все получится то первая высадка нахуй в грунт будет тоже с янтаркой.
Пару дней прошло, один раз чуть увлажнила мох.
Пока у него все либо хорошо, либо помер.
Возможно, я его сварила. Кот уронил всего 1 раз.
Почему Кутафин? Потому что. Он, кстати, девочка. Да, девочка Кутафин.
За советы по уходу, спасению и неоценимую моральную поддержку спасибо @aalexvamp
