Дело о профессоре Звонарёве
Собака сутулая. Зато полковник.
Полковник Бульонов прибыл на Садовую улицу раньше Варвары — на двадцать минут и на один тяжёлый подъём по лестнице.
Участковый встретил его у двери с видом человека, которому очень хочется сдать дело и уйти домой.
— Профессор Звонарёв, — сказал он. — Семидесяти двух лет. Найден утром домработницей. Огнестрельное ранение в области сердца. Оружия нет. Следов взлома нет. Окна заперты изнутри. Никто ничего не слышал.
— Родственники?
— Племянник. Некий Геннадий Звонарёв, тридцать четыре года. Уведомлён. Сказал, что будет к полудню.
Полковник посмотрел на часы. До полудня оставалось сорок минут.
— Хорошо, — сказал он и вошёл.
* * *
Варвара появилась через десять минут — с кофе, телефоном, блокнотом и выражением, указывающим, что она готова работать.
— Ты уже всё осмотрел?
— Нет, — сказал полковник. — Я жду тебя.
Варвара посмотрела на него с подозрением, но промолчала.
Кабинет профессора был классическим, каким и должен быть кабинет профессора: шкафы с книгами до потолка, бумаги в трёх системах беспорядка одновременно. Посередине — профессор Звонарёв, которому эта система беспорядка уже не поможет. Рядом с телом — разбитый флакон духов и рассыпанный перец из перечницы.
— Он стоял, когда его убили, — сказала Варвара, присев. — Задел стол.
— Вероятно.
— Выстрел один, в грудь. Близкое расстояние. — Она обошла тело по кругу, делая пометки. — Окна заперты. Дверь была заперта изнутри — домработница вошла через запасной ключ. Убийца не мог уйти через дверь или окно.
— Логично.
— Значит, либо домработница, либо... — Варвара остановилась. — Либо чего-то мы не видим.
— Продолжай осмотр, — сказал полковник и вышел в коридор.
* * *
Пока Варвара методично изучала кабинет, полковник методично изучал всё остальное.
Соседняя комната — спальня. Пахло лекарствами и одиночеством. Ничего интересного. Кухня — домработница, валерьянка, чай. Коридор — сквозняк от входной двери.
Полковник вернулся к кабинету и остановился у порога.
Что-то было не так.
Он закрыл глаза.
Духи — разлитые, резкие, «Сигнатюр», французские. Перец — чёрный, свежемолотый. Табак и пыль из книг. Старая бумага. Кожаный переплёт.
И ещё что-то. Совсем слабое, почти невозможное.
Свежий воздух.
Не из окна — окна заперты. Не из двери — он только что оттуда. Сквозняк шёл сверху.
Полковник открыл глаза и посмотрел на потолок.
Потолок был высоким, лепным и совершенно невинным на вид. Книжные шкафы уходили почти под самый карниз. У дальнего шкафа, чуть отодвинутая от стены, стояла передвижная лестница на колёсиках — из тех, что в старых библиотеках используют для верхних полок.
Бульонов постучал тростью по паркету — раз, другой — и медленно двинулся вдоль стены, глядя вверх.
Между шкафом и потолочным карнизом был люк.
Небольшой, покрашенный в цвет потолка и совершенно невидимый, если не знать, что искать.
— Варвара, — позвал полковник.
— Минуту, — отозвалась она из угла комнаты.
— Лестницу видишь?
Тишина.
— Вижу. — Варвара подошла. — Она не у шкафа стоит.
— Да, — согласился полковник. — Она стоит под люком.
* * *
Залезть наверх было тяжело, но он справился.
На чердаке пахло пылью, голубями и давно нечищеными балками.
И ещё — совсем свежо — духами, дешёвым табаком, порохом и оружейной смазкой.
Полковник стоял у люка и не торопился. Пол вокруг был пыльный, следов достаточно. Один человек, обувь сорок второго размера, подошва с характерным рисунком — дешёвые кроссовки или что-то похожее. Был он тут часто, судя по отпечаткам.
— Ну? Есть идеи? — спросила Варвара.
— Убийца сделал выстрел и быстро поднялся через люк, не задерживаясь. Ждём племянника. — Сказал полковник и спустившись вниз, сел в кресло у окна. — Он должен быть с минуты на минуту.
* * *
Геннадий Звонарёв пришёл ровно в полдень — молодой человек с аккуратным лицом и явной нервозностью. В дверях кабинета он остановился, скользнул взглядом по дяде, по Варваре, по смотрящему в открытое окно полковнику в кресле.
— Вы следователь? — спросил он Варвару.
— Да, — сказала Варвара.
— Есть какие-нибудь версии?
— Есть, — сказал полковник из кресла, не оборачиваясь. — Садитесь, Геннадий Андреевич.
Племянник сел. Бульонов наконец повернулся — медленно, с усилием. Посмотрел на Звонарёва. Потом — на его обувь.
Кроссовки. Дешёвые. Характерный рисунок подошвы.
— Вы курите? — спросил полковник.
— Нет, — сказал племянник.
— Странно. — Полковник чуть наклонил голову. — От вас пахнет табаком. Дешёвым, без фильтра. Именно таким, как окурок, который я нашёл на чердаке рядом со следами от вашей обуви.
В кабинете стало очень тихо.
Варвара смотрела на дядю. Дядя смотрел на племянника.
Племянник смотрел на свои руки.
— Я не... — начал он.
— Вы пришли вчера вечером, — сказал полковник спокойно. — Вероятно, через чердачное окно со двора — там есть старая пожарная лестница, я проверил. Поднялись на чердак, открыли люк и ждали. Профессор имел привычку работать допоздна и сильно увлекался, не обращая внимания ни на что. Вы это знали.
Племянник молчал.
— Наследство, — добавил полковник, — при отсутствии других родственников переходит к вам. Профессор был последним.
— Вы не можете это доказать, — сказал Звонарёв тихо.
— Следы на чердаке, окурок, обувь и следы пороха на левом рукаве вашей куртки — могут. — Полковник поднялся, опираясь на трость. — Варвара Сергеевна, остальное за вами.
Он двинулся к выходу.
— Подождите, — сказала Варвара вполголоса. — Ты чувствовал порох на нём с самого начала?
— С того момента, как он вошёл в дверь, — сказал полковник, улыбнувшись. — Но это было слишком просто, ведь я проветрил комнату.
Он вышел в коридор, кивнув подошедшему с коллегами участковому.
За спиной Варвара уже зачитывала права племяннику — чётко, без лишних слов. Хорошо говорила. Правильно.
На улице пахло осенью. Никаких чужих собак. Просто осень, мокрый асфальт и жареные каштаны из ларька на углу.
Полковник остановился, купил кулёк и медленно пошёл к трамваю.
Спина болела, а каштаны были горячие.
В целом — неплохой день.
* * *
Из архива дел полковника А. Бульонова. Геннадий Звонарёв задержан по подозрению в убийстве. Оружие найдено позже, при обыске в тайнике на чердаке. Варвара Бульонова провела допрос самостоятельно и впоследствии настаивала, что вычислила подозреваемого по обуви. Полковник не возражал. Каштаны, кстати, были вкусные.
да базару зиро. прост ты спросил, я ответил
Ха, по 7... А по 20 часов в сутки не хотите? Идеальное домашнее животное: вы спите - они спят. Вы на работе - они спят. Вы дома - они с вами веселятся и радуются жизни)))
это очень круто! Жду))