Миф о том, что конкистадоры победили ацтеков благодаря лучшему оружию, восходит к популярной теории биогеографа Джареда Даймонда «ружья, микробы и сталь», которую он предложил в одноимённой книге 1997 года.
Книга Даймонда объясняла победу европейцев не генетическим или интеллектуальным превосходством, а географическими и природными факторами.
Популяризация триады, однако, привела к заметному искажению: аудитория
запомнила в первую очередь «ружья» и «сталь», тогда как сам Даймонд, равно как и
множество позднейших исследователей, особо подчёркивал катастрофическое значение инфекционных болезней. Испанское оружие и тактика, безусловно, внесли свой вклад, однако основная часть разрушений была произведена эпидемиями
европейских заболеваний: по некоторым оценкам, до 90 % коренного населения
Нового Света погибло от болезней, занесённых колонизаторами, – нередко ещё
прежде непосредственного контакта с ними.
Эпидемия оспы, обрушившаяся на империю мешиков в 1520–1521 годах, по-настоящему переломила ход противостояния. Вспышка началась, когда один из солдат экспедиции Панфило де Нарваэса, прибывшей к побережью Веракруса для ареста Кортеса, оказался носителем вируса; от него болезнь передалась коренному населению, а оттуда стремительно распространилась вглубь материка, добравшись до Теночтитлана к осени 1520 года. Среди коренного населения, никогда не сталкивавшегося с вирусом оспы, смертность оказалась беспрецедентной:
от трети до половины жителей Центральной Мексики погибло только в ходе первой
волны заражения, что подорвало социальную структуру, институт вождей и
боеспособность ацтекских армий. Когда Кортес начинал свою кампанию в 1519 году,
население Мексики насчитывало более тридцати миллионов человек; столетие спустя, после серии опустошительных эпидемий, от него осталось лишь от полутора до трёх миллионов.
Вместе с тем было бы грубейшим упрощением сводить крушение ацтекской державы к одним лишь микробам.
Не менее важную роль сыграла хрупкость самой имперской структуры. Ацтеки правили своими данниками гегемонически, через местных вождей, и их власть покоилась на восприятии военного превосходства мешиков как абсолютного и неоспоримого – а значит, была изначально нестабильной, уязвимой даже перед умеренным вызовом авторитету. Десятки подчинённых городов-государств, обложенных непомерной данью и обязанных поставлять пленников для ритуальных
жертвоприношений, испытывали глубокую ненависть к Теночтитлану.
Как засвидетельствовал Берналь Диас дель Кастильо, вожди окрестных городов –
например, Семпоалы – неоднократно жаловались Кортесу на непрекращающуюся потребность в жертвах. Особенно напряжёнными были отношения Тройственного союза с конфедерацией Тлашкалы, которую ацтеки не смогли покорить, но окружили со всех сторон, лишив доступа к торговым путям и соли, и вели против неё непрерывные «цветочные войны» – ритуализированные сражения, целью которых был захват пленников для жертвоприношений.
Когда Кортес высадился на побережье в апреле 1519 года, конкистадоры немедленно обнаружили готовых к сотрудничеству союзников из числа народов, жаждавших сбросить с себя бремя ацтекской дани и прекратить систематический захват соплеменников для заклания на алтарях Теночтитлана. Союз европейцев с
тотонаками и тлашкальтеками породил коалицию, которая в конечном счёте привела к уничтожению всей ацтекской империи: к началу финальной осады Теночтитлана в мае 1521 года войско Кортеса, по свидетельству Берналя Диаса, насчитывало более 800 испанцев и десятки тысяч союзных индейских воинов, причём общее число коренных ауксилариев за все три года кампании могло достигать двухсот тысяч человек. В испаноязычном мире преобладание индейских воинов в рядах экспедиции отразилось в поговорке, приведённой в статье Википедии об indios amigos: «la conquista la hicieron los indios» – «конкисту совершили индейцы». Таким образом, именно микроорганизмы – «невидимый союзник» конкистадоров, а не порох, – в сочетании с внутренними противоречиями империи обеспечили испанцам подлинное стратегическое преимущество.
Пожалуй, ни один артефакт Мезоамерики не демонстрирует несостоятельность мифа о технологическом превосходстве конкистадоров нагляднее, чем ацтекский стёганый доспех, известный как ичкауипильи.
Ичкауипильи (науатль: ichcahuīpīlli), обозначавшийся в испанских хрониках
заимствованным термином эскауипиль (escaupil), представлял собой мезоамериканский мягкий нательный доспех, конструктивно близкий к европейскому гамбезону, и изготавливался из плотно набитого нечёсаного хлопка, прошитого между двумя слоями ткани; само название, как отмечается
в специализированных энциклопедиях, складывалось из науатльских слов ichcatl –
«хлопок» – и huīpīlli – «рубаха». Росс Хассиг описывал ичкауипильи как
безрукавный жилет, облегающий торс, толщиной в полтора–два пальца –
достаточной, чтобы ни стрела, ни дротик из атлатля не могли пронзить
набивку, – а воины высокого ранга надевали его под парадный боевой костюм – тлавистльи.
Бернардино де Саагун в своих «Первичных меморандумах», послуживших основой для двенадцатитомного Флорентийского кодекса, зафиксировал простой способ изготовления ичкауипильи: нечёсаный хлопок заворачивался в ткань, к которой затем пришивался, а края обшивались кожей. Ряд колониальных источников сообщает, что готовое изделие вымачивалось в солёном рассоле и высушивалось, после чего кристаллизовавшаяся соль дополнительно упрочняла материал; впрочем, достоверность версии о засолке оспаривается, поскольку Гейтс полагает, что речь идёт о путанице между словами tab («соль») и tabb («связывать»), и хлопок был именно простёган, а не засолен. Русскоязычная «Википедия»
в статье об истории доспехов фиксирует, что ацтеки переняли технологию
стёганого хлопкового доспеха у индейцев майя, а костюмы были «стёганые, плотно
подогнанные, из слоёв ваты в два пальца толщиной».
Принцип защиты, заложенный в конструкцию ичкауипильи, разительно отличался
от логики металлического доспеха. Как подчёркивает Джон Поль в своей монографии для серии Osprey Military, стёганый хлопковый жилет был рассчитан не на остановку снаряда при ударе, а на поглощение его энергии. Многослойная стёганая структура рассеивала кинетическую энергию по обширной площади ткани, а не концентрировала её в одной точке, – именно принцип послойного рассеивания роднит ичкауипильи с современными баллистическими жилетами
мягкого типа.
По своим защитным свойствам мезоамериканский доспех оказался
функционально близок к европейскому гамбезону – стёганому льняному или
хлопковому жилету, применявшемуся как самостоятельная защита либо в качестве
подкладки под кольчугу; однако более плотная набивка и, возможно, обработка
рассолом делали ичкауипильи особенно пригодным для амортизации рубящих ударов широкого обсидианового оружия, характерного для мезоамериканского стиля боя. Европейский аналог, предназначенный для самостоятельного ношения, нередко содержал до восемнадцати, а по некоторым сведениям – до тридцати слоёв хлопка, льна или шерсти, демонстрируя поразительное конструктивное сходство с современной бронезащитой.
Широкое бытование ичкауипильи объяснялось не только его защитными
качествами, но и функциональной адаптированностью к условиям Мезоамерики.
Ичкауипильи выполнял сразу несколько задач: обеспечивал амортизацию ударного воздействия дубин и палиц, ослаблял рубящие удары макуауитля – деревянной палицы с вмонтированными обсидиановыми лезвиями – и останавливал
стрелы и дротики.
Набивка из последовательных слоёв спрессованного хлопка
прошивалась ромбовидным узором; рядовые воины надевали ичкауипильи
непосредственно на тело, тогда как наиболее опытные бойцы, в особенности члены
орденов воинов-Орлов и воинов-Ягуаров, носили его в сочетании с полным боевым костюмом тлауицтли. Подавляющее большинство образцов представляло собой безрукавный жилет, прикрывавший корпус до бёдер, однако существовали и варианты с рукавами, и удлинённые сюрко, защищавшие тело воина вплоть до колен. Необходимо, впрочем, сделать существенную оговорку: вопрос о массовости ношения ичкауипильи остаётся дискуссионным. Как убедительно показывает независимый исследователь на портале «Мир индейцев», рядовые жители-масеуитли у ацтеков не имели права носить хлопковые одежды под страхом немедленной смерти, а следовательно, основной контингент армии мог быть лишён доспехов – исключение составляли лишь воины, захватившие четырёх-пятерых пленных и получившие статус текиуаке. Тезис о привилегированности хлопкового доспеха подтверждают и результаты экспериментальной археологии: в обществе мешиков щит носили практически все воины, тогда как ичкауипильи оставался привилегией бойцов, продемонстрировавших исключительные боевые навыки.
Испанские хронисты, чьи свидетельства дошли до нас в колониальных кодексах, неоднократно выражали удивление эффективностью хлопкового доспеха. Испанская глосса к иллюстрации в Кодексе Ватиканус А прямо указывала, что завоеватели признали ацтекскую защиту превосходящей собственную, ибо она выдерживала стрелы, способные пронзить прочнейшую кольчугу и даже некоторые кирасы. Для понимания столь необычной на первый взгляд устойчивости необходимо учитывать баллистические характеристики огнестрельного оружия эпохи конкисты. Аркебуза являлась оружием с фитильным замком и невысокой начальной скоростью пули, перезарядка которого при наилучших условиях занимала от двадцати секунд до минуты. Свинцовые пули ранних аркебуз были значительно крупнее современных, однако начальная скорость и, следовательно, пробивная способность пороховых зарядов оставались несопоставимо ниже: по описанию экспериментальной реконструкции на ресурсе Frontier Partisans, дульная скорость аркебузы составляла порядка 1400–1600 футов в секунду при калибре около .62, что приблизительно соответствовало баллистике патрона .44 Magnum. Научная работа польских исследователей, посвящённая баллистическому анализу аркебуз XVI века, подтверждает, что кинетическая энергия снаряда снижалась до 30 % от начальной уже на дистанции в 250 метров. В условиях, в которых из каждых ста аркебузных выстрелов с расстояния в сто метров в цель попадали лишь единицы, мягкий многослойный доспех, рассеивающий энергию удара по обширной поверхности, обеспечивал вполне удовлетворительный уровень защиты.
Дротики атлатля с особенной лёгкостью пронзали европейскую кольчугу, тогда
как ичкауипильи оказывался настолько эффективным в остановке стрел и дротиков, что испанские солдаты зачастую избавлялись от собственного тяжёлого пластинчатого доспеха – неудобного в условиях влажного мексиканского климата и подверженного коррозии.
Как сообщает энциклопедия World History Encyclopedia, многие конкистадоры без колебаний перенимали местные стёганые куртки из хлопка или волокна магея, вымоченные в солёном растворе, поскольку они достаточно надёжно останавливали стрелы. Берналь Диас дель Кастильо засвидетельствовал, что испанцы освоили практику ношения хлопковых доспехов ещё до прибытия на материк: находясь на Кубе, они наделали себе хорошо набитых хлопковых доспехов, «совершенно необходимых при сражении с индейцами». Дефицит стального снаряжения и сугубо практические соображения побудили конкистадоров стремительно перенять местную технологию; в Мексике Кортес распорядился изготовить стёганые хлопковые куртки для своих солдат, скопировав стандартный ацтекский нательный доспех. Историк военного дела Джон Ф. Гилмартин в своём исследовании о развитии аркебузы и мушкета отмечал, что, за исключением шлемов, конкистадоры по большей части отказались от стального доспеха в пользу стёганых защитных одежд из холста или хлопка, подражая практике коренного населения. Пехотинцы, которые не могли позволить себе конное снаряжение с полным латным облачением, нередко полностью переходили на местные доспехи, сохраняя из европейского комплекта лишь шлем; сочетание хлопкового панциря и стального шлема представляло собой личный выбор каждого бойца.
Блог Pints of History справедливо задаётся риторическим вопросом: если сталь давала испанцам столь несомненное преимущество, почему же столь многие конкистадоры предпочли ей ацтекский хлопок?
Не стоит, впрочем, романтизировать стёганый хлопковый доспех: у него
имелись очевидные уязвимости. Мечи и колющее оружие хорошо пробивали хлопковую броню, а арбалетные болты часто проходили насквозь. Современные экспериментально-археологические проекты подтверждают как достоинства, так и ограничения стёганой хлопковой защиты. В рамках студенческого исследования в Университете штата Нью-Йорк в Потсдаме были воссозданы четыре образца ичкауипильи из нечёсаного хлопка, которые подвергались обстрелу дротиками атлатля, стрелами с обсидиановыми наконечниками и крупнокалиберными пулями, а повреждения анализировались по глубине проникновения и характеру деформации баллистического геля. Ещё более детальный эксперимент 2024 года, выполненный исследователем Аннабеллой Гарсией в формате магистерской диссертации, продемонстрировал неожиданный результат: вариант доспеха, украшенный индюшачьими перьями поверх хлопкового слоя, показал статистически значимое снижение глубины и диаметра пробоин по сравнению с простым хлопковым образцом, – перья, по-видимому, способствовали отклонению и рассеиванию энергии удара, что заставляет переосмыслить роль «декоративных» элементов ацтекского воинского облачения.
Хлопковая броня ацтеков и её поразительная конкурентоспособность по отношению к европейским металлическим аналогам наглядно свидетельствуют: технологическое превосходство Старого Света над цивилизациями Нового вовсе не было столь безоговорочным, каким его принято изображать.Ацтекскую империю сокрушили не пушки и не испанская сталь, а болезни, к которым коренное население не имело ни малейшего иммунитета, и десятки тысяч индейских воинов, увидевших в пришельцах шанс избавиться от ненавистного ацтекского гнёта; ичкауипильи же выступает одновременно памятником инженерной изобретательности мешиков и немым укором упрощённым объяснениям конкисты.
Идебю подкинул шортс с ютуб-канала History of Everything Podcast Стивена и Габби Бэлл.
Старый добрый 9х19.
Забавный факт: хотя так обращаться с патронами допустимо, раз в год и палка стреляет. Известны случаи, когда выброшенная пистолетом гильза удачно падала краем донца на капсюль другого патрона в пачке.
Обойма для 40мм автоматической пушки GIAT M811. В начале демонстрируется осколочно-зажигательный снаряд M247 L/70.
На оружейной выставке Shot Show 2026 компания Roswell Rifle Works представила гражданскую версию российского малогабаритного автомата СР-3М «Вихрь». Это самозарядный вариант оружия, сохраняющий оригинальный калибр 9×39 мм.
По словам представителей компании, разработка заняла около 15 месяцев. Оружие будет выпускаться в двух вариантах: пистолетном (без приклада) и в версии SBR (Short Barreled Rifle — короткоствольная винтовка, требующая регистрации). Среди отличий от оригинала — цевьё с планкой M-LOK вместо штатных прорезей.
Ударно-спусковой механизм основан на оригинальной конструкции, из которой удалён автоспуск — это необходимо для соответствия американскому законодательству. Поскольку изначально УСМ проектировался для автоматического оружия, спуск имеет непривычный характер: вместо чёткого предупреждения перед срабатыванием ход плавный и длинный. Применён УСМ ударникового типа, схожий по принципу работы с пистолетами Glock.
Компания также наладила производство магазинов — оригинальные практически невозможно достать, а если и удаётся, то по очень высокой цене. Первые партии будут изготавливаться методом 3D-печати, в дальнейшем планируется переход на литьё под давлением.
Ориентировочная цена составит от 3 500 до 4 500 долларов — значительно ниже, чем у конкурирующих клонов ВСС и АС «Вал», стоимость которых достигает 7 000 долларов. Выход на рынок запланирован на конец второго — начало третьего квартала 2026 года.
Особый интерес представляет решение проблемы с боеприпасами: партнёрская компания Roswell Manufacturing наладила производство патронов 9×39 мм на территории США. Розничная цена составляет около 80 центов за патрон, что дешевле популярного .300 Blackout. Выпускаются два варианта: оболочечные пули массой 278 гран (около 18 г) и экспансивные массой 310 гран (около 20 г).
Майка Мэйфилд побывал на Shot Show и пощупал предсерийный прототип.
В мире на данный момент существует не больше производителей истинных голографов, чем пальцев на одной руке, причем три из них - американские компании. EoTech были первыми, представив такой прицел в 1996 году, а сейчас, возможно, единственные, кто делает широкий ассортимент моделей. Только в 2017 году у них появилась конкуренция: Vortex Optics представили UH-1. В 2025 году свой первый голограф показали Dynamic Optronic Technologies (DOT) - EHS-1. В России вроде как завод Юпитер может в эту технологию (Валдай ПГ-210), и теперь к ним добавились китайцы Zentinel Defence. В кои-то веки с Китая можно заказать настоящий голограф, а не поддельные вортексы и EoTech, которые только внешне похожи на оригиналы, с диодным проектором под капотом. Впрочем, зная Китай... Могут появиться заводы, которые станут подделывать продукцию Zentinel. XD
Около 160 метров.
Стрелок будет добавлять по одной стреле каждый день, пока не попадёт в мишень. Это уже день 3.
а ну не пизди, а))
ты кусная!!!
Какие классные фотки!