#Андрей Миронов

Евгений Шварц был одним из величайших сказочников СССР, из-под его пера вышли известнейшие пьесы «Голый король», «Тень», «Сказка о потерянном времени», «Дракон», и, конечно же, «Обыкновенное чудо». Также он писал сценарии к кинофильмам, включая известнейшую «Золушку» 1947 года. Этот фильм прославил Эраста Гарина, а тот, в свою очередь, сначала поставил «Обыкновенное чудо» в театре в 1956 году, а затем в кино в 1964.

Захарову подсказал экранизировать эту пьесу начальник телевизионного подразделения «Мосфильма» Сергей Колосов. И вновь, как и с «12 стульями», Захаров был не первым, кто экранизировал первоисточник. Но, в отличие от предыдущих его лент, теперь сценарий писать было ещё проще: у него есть драматургическая основа в виде пьесы, завязка - кульминация - развязка расставлены, осталось только творчески доработать. При написании сценария он часто слушал музыку Дассена. Более того, он считал, что и фильм надо снимать под музыку, чтобы в движениях каждого актёра, кроме Леонова, был этот ритм. Съёмки проходили под черновую фонограмму главной песни, поэтому музыку записали в спешном порядке еще до съёмок. Композитору Гладкову не нравился подход режиссёра стоять над душой и требовать сочинять песни при нём. А Захаров это делал специально, чтобы музыка не была «академической», чтобы композитору некогда было приглаживать-причёсывать мелодию.

Пробы особых проблем не вызвали, кроме двух главных ролей. На Медведя пробовались, помимо Абдулова, Костолевский, Герасимов, Шлыков, Шальных, Воеводин, Меньшов... Изначально хотели Збруева, но он отказался. А Абдулов сказал «всегда пробуюсь я, а играет Костолевский», что повлияло на режиссёра. На принцессу пробовались и Лариса Удовиченко, и Вера Глаголева, и Евгения Глушенко, и Мария Яковлева, а в итоге взяли Евгению Симонову, поскольку оператор Николай Немоляев очень удачно снял её в мужском костюме.

Со съёмками было сложно: из-за сердечного приступа у Янковского весь график перенесли, Леонова снимали всего 10 дней, потому что тому надо было ехать в ГДР, Абдулов наврал, что умеет ездить на лошади, хотя держался в седле очень плохо и один раз лошадь протащила его за собой — ногу не вытащил из стремени. А ведь он выполнял все трюки сам! Симонова вообще каким-то образом нашла на песчаном карьере зыбучие пески и увязла по колено. В интернете ходят слухи, что она там чуть ли не по шею провалилась, но это физически невозможно, да и Абдулов свидетельствует об ином. И вообще бюджет был невелик, а какие-то декорации находили чуть ли не на помойке, например, шар, на котором висит модель корабля.

Сюжет на первый взгляд кажется типичной историей о любви, которая преодолевает всё. Жил да был волшебник, который заколдовал медведя, сделав его человеком Медведем. Он пришёл расколдовываться обратно, но просто так этого сделать было нельзя: юноша вновь станет животным, только если его поцелует влюблённая принцесса. И волшебник уже заставил короля с принцессой приехать сюда. Девушка полюбила Медведя, а тот убегает от неё, принцесса бросается в погоню за ним... И с этого момента классическая сказка превращается в нечто иное.

Несмотря на то, что локаций всего две — дом Волшебника и трактир, — проработаны они скрупулёзно. В полноценном по размеру домике Волшебника красуется множество деталей: от незавершённого холста на стене и корабля на воздушном шаре до анатомической модели на пианино, что создаёт сказочно-воздушное впечатление. Трактир же, богато декорированный охотничьей атрибутикой, в противоположность дому, подчёркнуто приземлён и обыден. Эклектичности добавляют и костюмы: они составлены из элементов всех эпох, от средневековья до середины 20 века. И всё снято исключительно в павильонах, не считая нескольких сцен, снятых на песчаном карьере. Всё искусственное, даже борода у Янковского и та сделана гримёрами.

Главными героями, конечно, у нас являются Медведь и Принцесса. В определённом смысле их динамика противоположна классическим сказкам: Медведю вообще-то больше нравилось быть зверем, чем человеком, и он ищет поцелуя принцессы именно чтобы сбежать в лес. Но вместо того, чтобы добиваться Принцессу, он от неё сбегает. Она, в свою очередь, не сидит и не ждёт принца, а надевает мужскую одежду, противостоит отцу и скачет вслед за возлюбленным. В общем, ситуация прямо противоположная классической сказке. Для зрителей 21 века, видевших «Шрека» и другие деконструкции, это не кажется какой-то революционной фабулой, однако в прошлом веке такой подход был действительно в новинку.

А почему Медведь вообще сбегает, раз любит её и вообще хочет получить поцелуй? Он объясняет это тем, что не хочет ранить её. Но в сущности им движут страх отвержения, трусость, нежелание открыть свою тёмную сторону другому человеку, которые он пытается рационализировать. Медведь в своём «самопожертвовании» даже не спросил девушку, примет ли она его как он есть! Он ведь изначально думал, что его поцелует какая-нибудь «другая» принцесса, не такая прекрасная, в которую он сам не влюбится, и он такую без раздумий бросит и убежит в лес. Ему действительно нелегко быть человеком, поэтому он пытается перестать им быть. У дикого зверя нет сложной морали, нет ответственности, разбитого сердца или чувства вины — и именно этого хочет Медведь, который боится своих же чувств и сбегает от них. Что, к слову, проговаривает и Волшебник в середине второй серии.

Не любил, иначе волшебная сила безрассудства охватила бы тебя. Кто смеет рассуждать или предсказывать, когда высокие чувства овладевают человеком? Нищие, безоружные люди сбрасывают королей с престола из любви к ближнему. Из любви к родине солдаты подпирают смерть ногами, и та бежит без оглядки. Мудрецы поднимаются на небо и ныряют в самый ад — из любви к истине. Землю перестраивают из любви к прекрасному. А ты что сделал из любви к девушке?

Принцесса, наоборот, берёт полную ответственность на себя, отталкивает отца, скачет в трактир и ищет Медведя. Если он труслив и слаб, то она, напротив, храбра и максималистична. Устраивает драку, прямо высказывает, что он её сильно обидел, и хочет его эмоционально уязвить, назло ему выйдя замуж за первого встречного. Но когда он раскрывается, то Принцесса проявляет лишь сострадание. Она не хочет держать Медведя на поводке в облике животного, но и свадьбу с Министром-администратором не отменяет, поскольку её максимализм перешёл в полную апатию. Если она не может быть с любимым, то её ничто уже не волнует. Она угасает, врач заключает, что она умирает. И тогда Медведь, поняв, что его «спасение принцессы от зверя» причиняет больше зла, чем пользы, решается на отчаянный поступок. Он решается принять любовь со всей болью, которая может прийти. Но юноша подстраховывается так, что девушке действительно ничего не будет угрожать: он просит Охотника пристрелить его, когда превратится в зверя. Но произошло чудо. Он поцеловал её и остался человеком, потому что выбрал по-настоящему быть таковым, взял ответственность и перестал убегать от чувств. Он согласился не только страдать ради любви, но и умереть за неё. Любовь победила магию.

Замечу, что Медведь действует вопреки Волшебнику постоянно. Сначала Волшебник хотел, чтобы юноша поцеловал Принцессу — а он убегал. Потом Волшебник, наоборот, начал ставить препятствия Медведю, чтобы тот не прошёл, потому что разлюбил его. Но кто такой вообще Волшебник? Поначалу радостно рассуждает, что Медведю суждено превратиться в зверя, а под конец сидит и весело болтает о величии трагических концов и о том, что Принцесса умрёт. Не сволочь ли, а? На самом деле нет.

Мы часто видим его за письменным столом, а ещё он постоянно видит персонажей до их появления. Скажем, Охотник должен появиться по сюжету только в трактире. Но между тем он появится в самом начале фильма за окном, когда Волшебник ведёт первый диалог с женой, а затем он как будто тихо войдёт в дом вместе с другими персонажами, когда жена уже будет просить мужа превратить юношу обратно в Медведя. И это будет видеть только Волшебник! Или когда король начинает описывать свою дочь, то Волшебник прислоняется к стене и ловит видение про Принцессу. И похожих сцен несколько. А в самом начале фильма на площадке с разбросанными декорациями нам вообще показывают всех персонажей и пишущего Волшебника. Что это всё значит? Фантасмагория? Волшебство? Да он просто писатель. Он сказочник, который выдумал историю, как он сам говорит.

Мне захотелось поговорить с тобой о любви. Но я волшебник. И я взял и собрал людей и перетасовал их, и все они стали жить так, чтобы ты смеялась и плакала. ... Я даже стал позволять им иногда спорить со мной и не слушаться.

Вся эта линия волшебника — это взаимоотношения Творца с персонажами. Они приходят к нему когда захотят, то до начала истории, то после её, казалось бы, окончания. В творчестве такое бывает, что персонажи придумываются раньше истории, а затем как будто живут своей жизнью, не так, как изначально задумал автор. И такое бывает! Знаете ли вы, что Остап Бендер изначально был персонажем на две-три главы, а в итоге захватил целый роман и получил следующий?

Именно поэтому он не может просто приказать остальным действовать в соответствии со своим планом, а только пытается их направить. Это объясняет и его безразличие к перспективе Принцессы получить животное вместо молодого человека или даже умереть — для него это всего-то будет трагический или поучительный финал истории. В конце от него уходят все персонажи: это знак, что история закончена, и творец расстаётся с персонажами. Сгорают декорации, и он остаётся один.

Волшебник даже говорит жене «на свою беду, я бессмертен», и при этих словах показывают книги и его рукописи. Почему? Он бессмертен не буквально, а в творческом плане, что люди будут с ним общаться через его книги вечно. Чуть более подробно эту тему творческого бессмертия Захаров раскроет в фильме «Тот самый Мюнхгаузен». А жена Волшебника — его муза, его опора и поддержка — также выступает в роли совести. Если он иногда может заиграться, стать чрезмерно жестоким, то она и скажет «Зачем ты мучаешь их?». И будет права.

Также творческую тему развивает... Охотник. Половина его диалогов — это аллегория на обиженных на весь мир творцов со скверным характером, которые только и защищают свои старые заслуги. Он даже называет охоту искусством. Его ученик (сыгранный, кстати, юным Андреем Леоновым) ещё полон энтузиазма и предлагает настрелять дичи, на что тот говорит:

Как начнут они там внизу обсуждать каждый мой выстрел — с ума сойдешь! Лису, мол, он убил, как в прошлом году, ничего не внес нового в дело охоты. А если, чего доброго, промахнешься! Я, который до сих пор бил без промаха?

В каком-то смысле Охотник так же боится жить, как и Медведь, но если молодой человек боялся любить, то этот боится быть настоящим практиком и профессионалом, а не функционером от искусства. Он набрал пятьдесят дипломов для подтверждения своих заслуг, от окружающих требует лести, но при том сам лебезит перед Королём. Впрочем, он не совсем пропащий и согласен поработать, если на кону будет стоять юбилейный сотый медведь. Между прочим, у Охотника была отдельная песня за исполнением Боярского, но она не вошла в фильм, только на пластинку.

Но что было бы, если бы Медведь сдался? Если бы он действительно бросил Принцессу? На такое есть ответ. Он стал бы таким же, как Король. Эта августейшая особа постоянно творит ужасные вещи и довольно мерзко обходится с окружающими, сваливая всю вину на умерших родственников — дескать, виновата наследственность от дяди, от тёти, а не он сам. Абсолютное отсутствие совести и ответственности, прямо как у животного. И при этом он безусловно обаятелен и даже мил. Он совершает зло не из любви ко злу, а из чистого малодушия и инфантильности. Если испытания и любовь выковали человека из медведя, то тут, безусловно, безнаказанность и капризы сделали обратное.

Но король слабоволен. По-настоящему героям идейно противостоит Министр-администратор. Безусловно, внешне мы можем в нём разглядеть всего лишь снабженца, интенданта, который может всё достать и обогатиться за казённый счёт — таковые личности не были редкостью ни в 1950-е, ни в 1970-е, ни сейчас. Но он не какой-нибудь Альхен из «12 стульев», которому стыдно, что он ворует. Нет, Министр-администратор абсолютно и полностью циничен, благородство и верность он считает глупостью, любовь называет предрассудком, а свои соображения по устройству мира он изложил в песне:

А бабочка крылышками
Бяк-бяк-бяк-бяк,
А за ней воробушек
Прыг-прыг-прыг-прыг,
Он ее, голубушку,
Шмяк-шмяк-шмяк-шмяк,
Ам-ням-ням-ням
Да и шмыг-шмыг-шмыг-шмыг.

Это не намёк на сексуальность, как многие могли подумать тогда и сейчас, а объяснение мировоззрения, похожего на Флауи из «Андертейла». В мире есть хищники или жертвы, первые едят вторых и с этим ничего не поделать. И, конечно, он не может поверить, что произойдет какое-то чудо. Министр-администратор опошляет возвышенную любовь, тем самым идейно противопоставляя себя Волшебнику, который верит, что любовь сотворит чудо. Он также оттеняет Короля, беря на себя всю ответственность за свои гнилые поступки. Король комичен, но Министр-администратор великолепен в своей омерзительности, и, поскольку он обходится хорошо с Королём, получает от того карт-бланш на любые действия. Вот вдвоём они действительно держат всех придворных в страхе. При них даже Первый министр стал всего лишь шутом, паяцем, похожим на Чарли Чаплина, утратившим всякое влияние.

А что было бы, если бы Принцесса отказалась разговаривать с Медведем? Если бы она так никогда не узнала о том, что Волшебник его заколдовал, и так и вышла бы замуж за первого встречного, не угасая от грусти? И на этот случай есть пример. Эмилия, первая кавалерственная дама, так и сделала, некогда выйдя замуж за дворцового коменданта из-за недопонимания, бросив своего возлюбленного Эмиля. Много лет спустя она стала грубой, циничной, опытной придворной дамой, а он — слегка меланхоличным трактирщиком, который до сих пор вспоминает Эмилию и даже трактир назвал в её честь, но предпочитает лишь наблюдать за чужими жизнями. Но как только они переговаривают наедине, так старые чувства вновь вспыхивают, как будто не было многих лет разлуки. Весь этот цинизм Эмилии и отстранённость Эмиля были лишь маской, под которыми всегда оставались два любящих и раненых сердца. И они многие годы были разлучены лишь из-за гордыни и нежелания обстоятельно потолковать друг с другом. В сущности — из-за трусости, страха показаться смешными. А всё-таки любить никогда не поздно, что они и доказывают, воссоединившись.

Конечно, нельзя забывать о юморе. Юмор в этом фильме тонкий, яркий, ироничный и универсальный — буффонада, ирония, сатира, диалоговые шутки и хлёсткие реплики. Весь фильм успешно расхватан на цитаты.

Три дня я гналась за вами — да! — чтобы сказать вам, как вы мне безразличны!

Эй, вы там! Плаху, палача и рюмку водки. Водку мне, остальное ему. Живо!

Моя дочь поступает как все нормальные люди. У неё неприятности, она палит в кого попало. Растёт дочка.

Фильм ощущается сказочным, волшебным, абсолютно нереальным. И не в последнюю очередь благодаря подчёркнутой театральности. Марк Захаров, как и в других фильмах, не скрывает, что он снял театр на плёнку, а не стремился к реализму и натуралистичности. Особую роль в этом всём играет музыка, по-настоящему волшебная и прекрасная. И прекрасные песенные номера — Захаров отговаривался, что это не мюзикл, но музыкальные номера двигают сюжет, а значит, всё-таки это мюзикл. К слову, музыка в самом начале несколько напоминает главную тему Джеймса Бонда. Картина по-водевильному лёгкая и вместе с тем просто удивительно глубокая. За опереточными номерами скрывается настоящая драма о любви — не любовная драма, а вот именно что драма о любви.

Это история о том, как трудно перестать быть зверем, как страшно открыться другому и как легко спрятать трусость за дурной наследственностью или гордостью. И обыкновенное чудо не в том, что Медведь не стал медведем, а в том, что выдуманные персонажи научились любить по-настоящему, и настоящая любовь победила даже авторский замысел. Amo, ergo sum. Люблю — следовательно, существую.

«Двенадцать стульев» всегда были популярным романом. Ещё с момента выхода книгу одобряли партийные деятели, вроде Бухарина, затем её читали из-под полы в послевоенное время, и она была хитом после её массовой публикации в рамках хрущёвской оттепели. Книгу любил и Леонид Гайдай, который с трудом добился права её экранизировать, и выпустил экранизацию в 1971 году. И вот, казалось бы, уже есть фильм Гайдая, который в целом покрыл основные идеи романа и развил юмористическую его сторону. Зачем спустя всего пять лет выпускать ещё одну экранизацию? Кажется, в те годы увлечение ремейками и перезапусками ещё не наступило.

Фильм Гайдая был не идеален. Многие и тогда не любили его, отмечая чрезмерное увлечение буффонадой и трюками, не на пользу сатире. Козинцев писал в 1971:

«Хам, прочитавший сочинение двух интеллигентных писателей. Хамский гогот»

К тому же многое из романа не вошло в фильм — ограничения не только киноязыка, но и длительности ленты. Хотя это единственный двухсерийный фильм Гайдая! Ну, если не считать «Бриллиантовой руки», вторая часть которой идёт 5 минут. Но двух с половиной часов всё-таки маловато для целой книги.

Следует также понимать, что Гостелерадио было независимо от Госкино, а ведомства в СССР любили конкурировать, поэтому в 1974 году руководство охотно одобрило съёмки «12 стульев» под руководством Марка Захарова. Он тогда не снял ещё своих хитов «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен» и других, но уже был опытным театральным режиссёром. Хотя его прошлый киноопыт («Стоянка поезда — две минуты», 1972) был провальным, здесь у сценария появлялась опора под ногами: первоисточник. Но главный козырь в рукаве у телевидения был в метраже — многосерийные фильмы куда удобнее смотреть по ящику, чем в кино, поэтому на проект выделили 5 часов хронометража.

Начнём с подбора актёров. У Гайдая на роль Остапа Бендера пробовалось более 20 самых именитых артистов, включая Высоцкого, Басилашвили, Борисова, Каневского, Магомаева, Ширвиндта и других. Пробы на роль Кисы тоже были серьёзные. Захаров же понял сразу: ему нужны только Андрей Миронов и Анатолий Папанов. Они также пробовались у Гайдая, но режиссёр счёл их дуэт самоповтором «Бриллиантовой руки». А вот Марку Анатольевичу-то и нужны были они, так хорошо они смотрелись на экране вместе, особенно с любовью режиссёра к театральности и условности.

Замечу, что целых десять актёров — Крамаров, Вицин, Бредун, Медведев, Винник, Шпигель, Калабулин, Обухов, Войнаровский и Ферапонтов — снялись как у Гайдая, так и у Захарова. Павел Винник мало того, что повторил роль официанта, так ещё в 1968 снялся у Швейцера в «Золотом телёнке», то есть сыграл во всех трёх советских экранизациях романов про Бендера. На другие роли также подобрали безусловно талантливых актёров: Ролан Быков, Олег Табаков, Михаил Светин и другие. Есть миф о том, что для Любови Полищук роль танцовщицы была первой в карьере, однако же еще в 1974 году вышел фильм «Скворец и лира», где та получила роль одной из танцующих девушек.

Сюжет всем известен, поэтому перескажу его совсем коротко: бывший дворянин Ипполит Воробьянинов по прозвищу Киса узнаёт от тёщи, что та спрятала бриллианты в один из стульев перед революцией. Стулья, конечно, конфисковали давным-давно. Когда Воробьянинов вернулся в родной Старгород, то встретил Остапа Бендера, который разговорил его и решил помочь найти стулья за часть вознаграждения. И вот так вместе с героями читатель и зритель переходит от одной личности к другой, от порока к недостатку в общественной жизни, открывая для себя энциклопедию советской жизни эпохи НЭПа.

Декорации выполнены скрупулёзно, видно, что режиссёр старался воссоздать эпоху. Захаров не стесняется театральности постановки, он даже её подчёркивает, однако недостаток натурных съёмок иногда бросается в глаза. Особенно на моменте в «Цветнике», где по сюжету должен быть парк, а мы явно видим несколько скамеек, фикусов и пару беседок в павильоне.

Остап Бендер лично мне здесь нравится больше иных интерпретаций. Паяц, который живёт по заветам Шекспира: весь мир вокруг него — это театр одного актёра. Если у Гайдая это был такой мелкий жулик с долей фантазии, то тут он мечтатель, театрал. Он подчёркнуто невозмутим, поскольку его не волнуют сами бриллианты мадам Петуховой, ему интереснее сам процесс обмана людей, позёрства в лучших традициях плутовского романа. Короче говоря — артист.

Ипполит Матвеевич в телефильме крайне хорошо раскрыт как жалкий, ничтожный человек, нам чётко показывают всю его жизнь в качестве мелкого бюрократа. Нам даже в какой-то момент его жаль, ведь для него бриллианты являются последним шансом вернуть красивую жизнь, как раньше, когда он был кем-то, вернуть своё достоинство. Честная трудовая жизнь для него просто невыносимо уныла. Чужой он на празднике жизни! И авторы подчёркивают нелепость подобного «реванша» перед новыми временами. Он всё больше, больше больше падает морально, ведёт себя уже довольно странно, и его маньяческие наклонности не воспринимаются зрителями как случайная вспышка, а скорее как неизбежный финал подобной личности.

Отец Фёдор здесь показан как в книге: не очень-то приятный, чрезмерно энергичный, слегка чудаковатый человек. Ролан Быков сыграл не благодушного, хоть и азартного персонажа из фильма Гайдая, а человека, который по мере продвижения к стульям всё больше сходит с ума на фоне идеи фикс. И его полная неадекватность выглядит вполне закономерной в конце.

К слову, есть и четвёртый постоянный персонаж. Не заметили? Ничего удивительного, ведь мы его никогда не видим. Это рассказчик. Автор. Поскольку Остап Бендер — актёр, то рассказчик здесь выступает режиссёром. Если во многих фильмах (да и в «12 стульях» Гайдая) рассказчик просто иногда зачитывает пару строк для введения в сцену, то здесь он прямо взаимодействует с персонажами. Персонажи отвечают на его реплики, а иногда и подчиняются ему. Например, когда рассказчик говорит «жить в дворницкой больше неудобно», то Остап Бендер отвечает «Неудобно — не то слово». Или, к примеру, когда рассказчик говорит «Ещё раз» и Остап Бендер послушно возвращается на позицию и повторяет свою самую известную фразу про ключ от квартиры. Рассказчик, закадровый голос здесь хозяин положения, а все персонажи лишь актёры в его театре. Этот образ близок Захарову, он будет появляться у него в работах в виде Волшебника, Мюнхгаузена, Свифта и иных.

Второстепенные персонажи неплохо раскрыты. Слесарь Полесов, Альхен, Эллочка-людоедка и Изнурёнков показаны наиболее полно, со всей их мотивацией и историей, довольно близко к книге, им посвящены целые сцены, а то и несколько. Хотя, мне кажется, для Коробейникова это было излишне, не такой уж персонаж, чтобы его глубоко раскрывать. Впрочем, как и Гайдай, так и Захаров не смогли сделать невозможного: показать и Ляписа-Трубецкого, и Изнурёнкова в одном фильме.

Но не на руку раскрытию второстепенных персонажей играет неравномерный сценарий. Первые две серии довольно затянуты, за первые 2 серии было покрыто 14 глав романа из 40 всего, то есть ровно первая часть из трёх. За вторые серии телефильм покрывает оставшиеся 26 глав, то есть темп сильно ускоряется, и это при том, что в первоисточнике первые главы как раз были неспешными, вводными, и легче поддавались сокращению.

Марк Захаров снимал не идейно-смысловую, а фантазийно-эмоциональную экранизацию, поэтому с экспериментами развернулся по полной. Помимо слома четвёртой стены, Остап Бендер одним прыжком влетает на второй этаж к вдове Грицацуевой, да и отец Фёдор в стиле «Луни Тюнз» появляется у инженера Брунса в шкафу, за диваном и даже в постели между женой и самим инженером. А Альхен не просто ворует котлеты, аквариумных рыбок и двери, но ещё умудряется украсть медведей с картины Шишкина и раздеть до трусов охотников на привале с картины Перова.

Вообще режиссёр сделал цитаты даже более хлёсткими, чем они были в оригинале. Сравните одну и ту же фразу:

• Ильф и Петров (Книга): «Вы умеете рисовать? Очень жаль. Я, к сожалению, тоже не умею».
• Гайдай (1971): «Вы рисовать умеете? Очень жаль. Я тоже не умею».
• Захаров (1976): «Киса, я давно хотел вас спросить как художник — художника: вы… рисовать умеете?»

В фильме много песен, танцев и просто фантазийных номеров, но они не являются вставными, а раскрывают мотивацию героев, их мысли, или просто двигают сюжет. Скажем, танго «О, Рио-Рио» раскрывает одну из тем мини-сериала — несоответствие мечты реальности. Остап Бендер мечтал о Бразилии, а получил Старгород. Отец Фёдор и Киса мечтали о бриллиантах, а получили нервное расстройство. В этот мотив прекрасно вписывается слегка печальное танго «Белеет мой парус такой одинокий», прославляющее бунт против уныния быта и рутины. Появляются и нереальные мечтания персонажей о бриллиантах, выполненные в столь гротескном ключе, что их невозможно воспринимать всерьёз.

Также тут есть несколько забавных отсылок для ценителей, любителей или просто современников, которые уловить можно не сразу:

Эллочка-людоедочка пародирует безмозглых модниц, но уже не 1920-х, а 1970-х. Модные журналы и модели прямиком из второй половины века, забитые полки книг, считавшимися дефицитом (вроде двухтомника Собинова или ПСС Куприна), абстрактная картина — в 1920-е были популярны реалистические пейзажи, в отличие от 1970-х. Иностранные картинки вроде обёрток от конфет, вырезки из заграничных фильмов, бутылки из-под иностранного алкоголя были популярны именно в Холодную войну, когда модным было владение чем-то дефицитным или намёк на него.

Можно встретить утверждение, что Елена Шанина для роли Эллочки-людоедки сбросила ни много ни мало пятьдесят килограммов за три месяца, уменьшив вес вдвое. Даже если не учитывать, что это физически невозможно — никакие архивные фото не подтверждают того, что Шанина когда-то вообще имела столько веса, чтобы его сбрасывать. Съёмки 3 серии с ней начались в 1975 году, когда на экранах уже был фильм с ней «Концерт для двух скрипок», где она явно весит менее 100 кг. В интервью она вообще не упоминает похудения.

Сцена в театре «Колумб» стала теперь пародией не только на театр Мейерхольда, как в книге, но и на «Таганку», и даже сам «Ленком». На сцену открыто выходят слуги просцениума (обслуживающие механики), даже участвующие в спектакле, а лица у них намазаны чёрной краской. Это отсылка к пьесе «Дон Жуан» в постановке Мейерхольда. Мейерхольд любил открыто использовать слуг просцениума, а в той самой пьесе они были в костюмах арапчат и с блекфейсом. По сюжету фильма театр ставит пьесу «Женитьба», где главных героинь аж четыре штуки, что отсылает к пьесе «Послушайте!» как раз из «Таганки», где Маяковского играло пять разных актёров. А исполнителем роли Подколёсина стал Караченцов, звезда «Ленкома», который исполнил песню, как и во многих пьесах постановки самого Захарова.

А когда Остап Бендер в Васюках перечисляет всех, кто должен приехать на междупланетный шахматный турнир, то, в отличие от книги, упоминает и Стейница с Чигориным, умерших еще до Первой Мировой, ещё более подчёркивая отсталость «Клуба четырёх коней». В общем, сатирическая сторона романа стала актуальнее, острее и ярче.

Фильм провалился при первом показе. Народную любовь он обрёл только при повторах примерно к середине восьмидесятых. Мне кажется, дело тут в фильме 1971 года: на момент премьеры «12 стульев» слишком прочно ассоциировались с Гайдаем, и только спустя время на мини-сериал Захарова взглянули по-свежему. Михаил Козаков назвал его музыкальным хулиганством, а сам режиссёр отзывался так:

«Картина вышла затянутой, почти без натурных съемок, фанерные декорации, уйма закадрового текста – в общем, не бог весть что!»

Итог:

Конечно, в ритмичности, выверенности юмора, ясности сценария и равномерности повествования фильм 1976 года безусловно уступает версии 1971-го. Но в смысловом наполнении, эмоциональном напряжении и личной драме персонажей телефильм намного лучше, по моему мнению. Юмор в нём не то чтобы хуже, он просто другой — более фарсовый и ироничный. Если у Гайдая получилась сатирическая эксцентричная комедия, то у Захарова — гротескный мюзикл о крахе иллюзий.

Великую литературу не обязательно экранизировать буквально: достаточно поразмыслить над ней и развить её идеи во что-то своё. И пусть мини-сериал Захарова не идеален по форме, по содержанию он остаётся одной из самых творческих и запоминающихся адаптаций в истории советского телевидения.

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Посвящается умершему недавно режиссёру Александру Митте.

Жили да были двое сирот — Май и Марта. Май мог находить золото, поскольку рядом с ним у него болела голова, и чтобы не мучать Мая, Марта запретила ему искать золото. Поэтому они жили в нищете. Однако однажды Мая похитили. Марта бросилась в погоню — и замёрзла бы в зимнем лесу, если бы её не нашёл волшебник Орландо. И вместе они отправились искать Мая...

На самом деле это довольно мрачный фильм по меркам советских сказок, я бы сказал, первое советское тёмное фэнтези. Он затрагивает темы, которые будут понятны разве что детям постарше и взрослым — гуманизм, пресыщение, искушения, бессмертие гения, самоотверженность, свобода мысли и прочее. Всё это дополняется прекрасной игрой актёров и великолепной музыкой Альфреда Шнитке. Хотя мне немного не понравилось, что Марта не слишком уж ценит Орландо во время своего пути.

И вообще, здесь у Миронова положительная не комедийная роль! Уникальный фильм.