#Алкоголики

Вступление. Здравствуйте все. Я немного не в форме, поэтому тема в тему. И чтоб разбавить рисовальное безумие и фольклорно-исторические экзерсисы.

Итак, про алкоголиков:

"...Не про всех, конечно, а только про тех, кого знала лично.

Не то чтобы слишком много около меня жило алкоголиков. Но они оставили яркий след в душе и памяти.

Вот, допустим, Вася. Или — Василий, как он любил именоваться. Прямо так и настаивал, дескать, я человек взрослый и серьёзный, не какой-то там зассанец. Был он тощий, хлипкий и в очочках. Прилип к моему нелюдимому отцу, как банный лист к жопе.

Но, однако, появлялся только тогда, когда в доме появлялась водка. В нашем доме. Это я сейчас понимаю, что мой отец был тоже алкоголиком, потому что обедать без стопки не садился. Но, однако, в запои не уходил, не дрался и в беспамятстве под кустами не валялся.

И вот покупает мать бутылочку. Несёт, например, двести метров от магазина до дома. А Василий этот жил не в соседнем подъезде, они жил почти за километр от нас. И вот мать ставит бутылочку на стол, подаёт тарелку, ложку. Отец набирает в ложку суп… И тут раздаётся звонок в дверь. Василий. Ну, что делать: он наверняка видел в окно, что на кухне ходят люди, а сам отец сидит за столом. Открыли дверь, пригласили к столу. Василий радостно потирает руки, стервец. Вот и выпил нахаляву.

Если может вы думаете, что достаточно было прийти к обеду, то зря вы так думаете: отец не всякий день приходил с работы на обед. И в выходной не всегда именно в обед подавалась бутылочка. Потому что то рыбалка, то в гараже надо железки подвигать, то огород, то лес с грибами. Но Василий всегда безошибочно являлся именно тогда, когда бутылка появлялась на столе. Хоть в обед, хоть в пять вечера, а хоть и в девять. Такая у него была феноменальная чуйка.

Мат с отцом даже проверяли: вот выходной, вот девять утра. До обеда далеко.

— А иди-ка ты, мать, купи чекушку, — говорит отец, — проверим, сработает Васька или нет?

Мать идёт, покупает, ставит бутылку на стол. И, конечно, тут же на пороге появляется Василий. Такой был человек-алкоголик.

А вот ещё один — родственник мужа. Допустим, Анатолич он прозывался. Тут чуть скандал не случился. Бабы, то есть, чуть волосы друг другу не повыдирали. Но обошлось, друг другу они верили больше, чем Анатоличу. Смогли найти консенсус.

В общем, приходит как-то жена Анатолича к моей свекрови и говорит:

— А поставь, — говорит, — к себе в подпол мои запасы домашнего вина, потому как я отбываю в санаторий, мне, — говорит, — сынок старший оплатил путёвку в санаторий на лечение, значит. И я опасаюсь за сохранность означенного продукта.

Свекровь соглашается, чего бы и нет. В нашем доме никто не пьёт (это я потом в алкоголики ударилась, а тогда я не пила вовсе).

Перетащили в наш подпол что-то около пятидесяти полторашек с вином. Я, если честно, стала бы пить это вино только в качестве пытки.

Хорошо. Живём. Вот приходит Анатолич — скучно ему одному дома и без вина. И без денег, что характерно: жена забрала наличные деньги, сберкнижки на предъявителя закопала в саду. Вот приходит Анатолич, ведёт разговоры, но в подпол не лезет: свекровь за этим строго следит, провожает лично до калитки.

И вот возвращается родственница, накрывает на стол, чтобы, значит, отметить своё излечение от множества болезней, и приходит взять полторашку. Лезет в подпол, берёт. И говорит свекрови:

— А давай с тобой дёрнем по маленькой, за приезд. А через пару часочков — пожалте на торжественный обед в честь меня. Все как раз с работы придут.

Я пить отказалась, а они себе налили. Пьют. Причмокивают. Косятся на меня.

— Чтой-то не вино, вроде? — говорит свекровь.

— Не вино… — угрожающе шипит родственница.

Ну, у неё было две версии: или выпили мы, или отдали всё Анатоличу. А потом налили чаю. Обе версии свекровь отрицала и посылала родственницу пока устно и нематериально.

Спорили недолго, пошли проверять другие бутылки. Были, конечно, опасения, что они начнут боевые действия в непосредственной близости от тяжёлых банок и камней на квашеной капусте. Но мы надеялись на то, что свекровь на две головы выше родственницы, и битва будет короткой и в нашу пользу.

Но, однако, обе вылезли живые, зато злые: больше половины бутылок оказалось с чаем. Понятно, столько выпить мы не могли. Анатолич? Но как??

Думают сидят. По второй пить, конечно, не собираются.

— Да он, небось, давно всё или перелил или просто выпил, — говорит свекровь, — ещё до твоего отъезда. В сарае поищи — спрятал, гад! А к нам вы уже чай принесли.

Разъярённая родственница ринулась домой производить оперативно-следственные мероприятия. И заодно карательные.

— Вы часам к пяти приходите, — бросила на пороге и скрылась с вещественным доказательством.

Анатолич выжил. Вино нашлось. Но не всё, тут понимать надо.

Кстати, врач Анатоличу сказал, что если он не бросит пить и курить, то умрёт в одночасье. Анатолич курить, допустим, перестал. А пить — нет. А зачем, говорит, мне тогда жить? Ежели жена сущий дьявол, спина болит и вообще — радости в жизни никакой. Только на огороде и работай.

И прожил лет пятнадцать потом.

Видимо, не в водке дело. Всё зло — в сигаретах.

Выпить после трудной недели - это святое. Сегодня я по-босяцки давлю Tullamore Dew самый дешёвый в линейке. Такую говняную неделю только дешёвым вискарём и заливать.

Так-то я человек мирный. Пока меня не загонят в угол.

Почему-то люди думают, что если человек вежлив — можно ему хамить, посылать далеко и вообще — скакать на его костях.

Оно может и можно.

Но я считаю, что это нехорошо.

Жили мы одно время у свекрови. А у неё, что характерно, был не только непутёвый сын, но и непутёвая дочь. Допустим, Света ей наименование.

Дочь жила и спивалась в Москве: там маминого присмотра нет, можно гулять на все деньги. Менять мужиков и уровень благосостояния.

Вот с благосостоянием не задалось: наступил момент, когда ни работы, ни жилья… И хахаль предложил ей отправляться на фиг. Ну, то есть не совсем хахаль. Евоная мамаша, она была неизвестно какая женщина, история такой информации не сохранила. А только ей надоели ежедневные пьянки, и она выставила невестку вон.

А невестка что? Пришлось вернуться к своей мамаша, моей свекрови то есть.

Приехала. Пить тут не на что — мать денег не даёт, в долг в деревне тоже никто не даст. Ходить Света трезвая и злая.

Так какое-то время живём, не мирно, но хоть драк нет.

И тут приезжает Светкин хахаль. И так удачно приехал, сволочь, когда свекровь в больницу легла. Я, значит, на работе. А мужа тогда тоже дома не было — он делал вид, что ищет работу.

И вот они одни в доме. Пьют и свинячат. Я тоже в доме, но вечером. А днём они пьют одни.

Я, конечно, была не рада. Во-первых, у меня ребёнок лет четырёх, и подобные агрессивные личности меня не вдохновляли. А во-вторых, свекровь категорически наказала Светкиного хахаля в дом не пускать. Потому как опасалась за сохранность имущества. И в целом дома.

— Ещё спалят, ироды, — говорила она, — по пьяни. Так никакого имущества не напасёшься.

И вот говорю я хахалю очень вежливо:

— Простите, говорю, гражданин Светкин знакомый, но вас не велено пускать. Извольте собрать манатки и отбыть по месту прописки. Немедленно.

Светкин хахаль, конечно, не согласился. И началось: и кто ты такая, и ты здесь никто, да я тебе… и дальше — мать-перемать с деепричастиями и предлогами.

Сама Светка тоже отказалась лишаться какого-никакого, а мужика. В общем, никто никуда не уехал. Потом они до ночи пили и орали песни. Мой малолетний ребёнок пугался и отказывался спать.

Кровопролитие как вариант решения вопроса я сразу отвергла — в доме маленький ребёнок, ломать его психику я пока не предполагала.

А решать проблему надо. Опять же свекровь… Баба хоть и вредная, но уничтожения собственности не заслужила.

Надо, думаю, дождаться утра, отвести ребёнка в детский сад — и решать проблему доступным образом.

Вот утро. Эти двое ещё спят.

Я пошла на кухню, уничтожила запас спиртного и стала ждать.

Хорошо, проснулись. Ищут чем бы опохмелиться. А нечем. На меня не обращают внимания. Типа — заткнулась и хорошо. Поставили тварь на место. Теперь бы принять. Но нечего…

А я жду.

И вот они спорят, кому идти за клинским (но, конечно, за чем угодно, лишь бы с градусом и подешевле). Светка высказала здравую идею: пока хахаль ходит за горючим, она, хозяйка то есть, сгоношит что пожрать. На том и порешили.

И вот возвращается этот хахаль из магазина с пакетом. Я выхожу к калитке и жду.

А калитка, надо сказать, не маленькая: мне по переносицу. И Светкиному хахалю тоже по переносицу. То есть до щеколды через верх ему сложно достать.

Стою у калитки, как гвардеец в Вестминстерском аббатстве. Вот клиент подходит и требует отворить врата.

— Нет, — отвечаю.

Клиент слегка растерялся, но быстро вспомнил, что вчера он заткнул меня матом и угрозами. И завёл ту же пластинку:

— Быстро давай открывай, да я тебя урою… — и много других интересных слов.

Я стою молча и жду.

Хахаль понимает, что слов недостаточно и тянет руку к щеколде.

— Отойди, — честно предупреждаю я.

Не внял. Пытается дотянуться до моей морды на предмет выполнить угрозу и повредит мою фотокарточку.

Я рукой сдвигаю щеколду и со всей дури бью ногой по калитке.

Калитка, натурально, бьётся об обличье противника, и противник, как стоял, пластом валится на землю.

Лежит, косит глазом. Из носа течёт струйка крови. Но лежит тихо, как будто к гробу примеряется.

Я подёргала калиткой, отодвинула ноги Светкиного хахаля, вышла и наклонилась над ним.

— Ещё раз попробуешь — убью, — шёпотом говорю и возвращаюсь во двор, плотно прикрываю калитку.

Из дома выскакивает Светка и начинает причитать про невинно убиенного сожителя. Сожитель молчит и вставать не пытается.

Я прослушала Светкино выступление и посоветовала присоединиться к нему там, за забором. Тем более — всё горючее у него, вон в пакете, я не претендую. Да, закуску тоже можно забрать. Нет, без кастрюли.

Светка ещё попричитала, но потом вынесла хахалю покушать. И он отбыл по месту прописки.

Свекрови Светка не стала рассказывать о нашем небольшом недоразумении. Сразу после отъезда кавалера отдраила дом, и впоследствии вела себя образцово.

Надо сказать, что больше никаких кавалеров не приезжало. То ли закончились. То ли жить оне в деревне не желали. Тут я затрудняюсь определить