#Детство

Глава 3. Люпиновые поля

В субботу началось: с утра все суетились, сталкивались в коридорах, таскали вещи в машину, и мне приходилось всё время уворачиваться, чтоб уберечь хвост и лапы.

Утро принесло и приятные сюрпризы. Самый главный ─ никто не собирался упаковывать меня в клетку! Папа заявил, что в машине и так полно коробок и корзинок, что я «не барин, обойдусь без личного экипажа». Может, какой-то породистый кот и возмутился бы, но не я! Я просто в восторге от того, что поеду на коленях у любимой хозяйки. Или даже усну между вещами на сиденье! Это же романтика!

Второй сюрприз касался таинственного сундучка, который Папа привёз из плавания. Я всю ночь дежурил около стола на кухне, где стоял сундучок. Всю ночь и всё утро. Я боялся пропустить самое главное: что спрячут в этот сундучок? И вот на кухню первой вышла бабушка! Открыла холодильник и… достала сосиски, котлеты, молоко, что-то ещё (вкусно пахнущее) и спрятала в сундучок. Молоко?! Котлеты?! А разве это не опасно? Они же на жаре скиснут, пропадут, сгниют?!

На кухню вышла мама.

─ Как здорово, что у нас есть теперь маленький холодильничек в сумке! ─ радостно воскликнула она и пристроила в сундучок творожные сырки.

Всё ясно! Это холодильник! Правда, непонятно, откуда в нём холод. Но главное ─ мне дадут молока на ПИКНИКЕ! И это слово показалось мне не таким уж страшным. Симпатичным даже.

Но вот всё уложено, осталось забрать меня, захлопнуть дверцы машины ─ и вперёд, на природу, на отдых!

К одиннадцати часам утра мы, наконец-то, выехали за город. То справа, то слева попадались замечательные лужайки. Однако ни первая, ни вторая лужайки Папе не понравились! Я с любопытством проводил их глазами (я же не в клетке сидел, а на коленях то у Оли, то у бабушки) и мы помчались дальше. За окнами мелькали поля, перелески. Дорожные знаки и маленькие деревеньки. Огороды и… А это что? Я не верил глазам! Это было похоже на сон! Я даже укусил себя за лапу в надежде проснуться! Но видение не пропало: за окном простирались поля… Но какие! Розовые, фиолетовые, сиреневые и ещё всякие разные, я даже оттенков всех назвать не могу! Такое бывает только во сне! Но я же не сплю! Я в волнении забегал по коленкам Оли и бабушки, тихонько мяукая.

─ Что тебя так озадачило? ─ спросила Оля, когда я в очередной раз прилип к окошку. ─ Что ты там увидел? ─ и она тоже выглянула.

─ А-а! Понятно! Это люпиновые поля! Цветы такие есть ─ люпины. Когда их много ─ издалека полянки кажутся цветным ковром. Хочешь, поближе посмотрим?

Я радостно мяукнул. Оля попросила Папу остановиться. Мы вышли и стали пробираться к розово-фиолетовому полю. Издалека оно казалось укрытым мягким ковром. А вблизи! Люпины были выше меня! Выше Оли! Я совсем потерялся между стеблей! Пахло удивительно и незнакомо. А люпины тянулись к небу и медленно шевелились от ветерка. Тут, внизу было тихо и торжественно!

Даже когда меня опять отнесли в машину, я чувствовал запах, слышал шелест, а, закрыв глаза, видел бесконечные стебли с пирамидами цветочков! Так и уснул, задумчивый и удивлённый.

Наверное, ПИКНИК ─ это всё-таки не только клетка и сухой корм. Как вы думаете?

Я вон что откапала (из моего детского альбома)

Специально для @Kukabara - ты была одним из моих первых слов))

А еще я уже сегодня в комментах рассказывала историю: когда мы с @evgenycheshirecat начали жить вместе, в один из вечеров я рассматривала его фотоальбомы (мы учились в какой то период времени в одной школе, но два года разницы, в школе вообще не общались). И я вижу в его альбоме очень знакомое фото. притащила свои школьные альбомы, и там есть точно такая же фотография) а прикол в том, что это даже не моя фотка, после развода с бывшем мужем, я случайно прихватила все фотки, потому его фотки повыкидывала, а именно эту почему то оставила, жопой видимо чувствовала что важное фото)) просто в школе они были лучшими друзьями…

Вот такой рисунок у меня есть. Рисовала ученица 10 лет. Это мой портрет с гитарой. Но в тесной компании друзей его называют "В умелых руках и хуй балалайка"

Откопали вчера кучку записок всяких из детства моего мужа)))
Мож ещё у кого есть интересное?

Марина сидела у стола Людмилы Викторовны и наблюдала за ее быстрыми пальцами.

Марина уже второй год занималась бисероплетением. А Людмила Викторовна второй год была руководителем кружка.

То есть, конечно, Людмила Викторовна не второй год была руководителем кружка. Марина не знала, который год. Это Марина занималась второй год у Людмилы Викторовны.

Поначалу мама Марины была против.

— Да что тебе там делать? Сколько денег-то надо на бисер этот? Откуда у меня деньги? Вас двое на моей шее!

Это так. На маминой шее действительно сидело двое: Марина и ее старший брат Сашка. Марине было девять лет, Сашке — тринадцать.

— Когда ты уже закончишь школу и пойдешь работать! — говорила мама Сашке.

Мама Марины работала посудомойкой в школе, и денег у них было мало. Марина всегда мечтала о красивых, как у Таньки Деминой, платьях. Или о красивых заколках. Или сумочках. Но у мамы денег не было на всякую ерунду. Так мама говорила.

Но Марина все равно пошла на кружок. Хотя мама была против.

Людмила Викторовна пришла в их класс в прошлом году в сентябре, на перемене. Показала, что можно делать из бисера: игрушечки маленькие, брошки, заколки можно украшать… Марина тоже захотела такие штучки себе. И много девочек захотели. И все записались на кружок.

— Я денег не дам! — заявила мама.

— Людмила Викторовна не говорила, что надо приносить деньги, — сказала Марина. — Мам, ну можно я пойду? Пожалуйста-пожалуйста!

Мама согласилась. Но снова сказала, что никто там Марине бесплатно бисер давать не будет.

Но Марине дали бесплатно бисер. И ей, и остальным, у кого не было. А потом почти всем родители купили бисер. А у Марины так и не было своего бисера. Но Людмила Викторовна все равное давала ей бисер. И за полтора года у Марины накопилось много бисерных штучек: и бабочки, и змейки, и ящерицы, и снежинки. И даже оплетенная бисером заколка. А на вторую заколку, самую обычную, Людмила Викторовна прикрепила бабочку. На её, Марины заколку прикрепила проволокой сделанную ею же, Мариной, бабочку.

Мама посмотрела на заколку. Покрутила и сказала:

— Скоро отвалится твоя красота.

Но на кружок ходить не запрещала.

Марина берегла заколку, надевала её только по торжественным случаям: когда с мамой в город ездили, или когда ходили на день рождения к Марининой крестной.

Сегодня Марина смотрела, как Людмила Викторовна прикручивает снежинки к третьей Марининой заколке. Эту заколку Марина наденет на Новый год в школу. И когда они всем классом пойдут на Новый год в клуб. И в библиотеку на зимних каникулах, на праздник чтецов тоже в этой заколке пойдет.

Марина удивлялась, как это ловко получается у Людмилы Викторовны, Марина даже не успевала следить за проволочкой. Пальцы у Людмилы Викторовны худые, морщинистые. И сама Людмила Викторовна старая уже. Ей, наверное, уже пятьдесят лет. А вдруг она умрет? Кто будет давать Марине бисер? И помогать прикреплять снежинки к заколке? И останется Марина на кружке одна.

— Когда вы умрёте, я буду жалеть, — сказала она Людмиле Викторовне.

Людмила Викторовна остановилась, посмотрела на Марину поверх очков, улыбнулась, и вернулась к заколке.

«Может, и не умрет, — успокоенно подумала Марина. — Может, ей и не пятьдесят лет вовсе. А только сорок восемь».

Глава 2. Курс молодого бойца

Закончилась наша спокойная жизнь! Закончились безмятежные вечера перед телевизором! Всё! Теперь всем подтянуть животы, напружинить лапы, навострить уши! Нас ждёт лето в компании Папы!

Конечно, он и раньше бывал летом дома. Но не долго. Он всё время в командировках. В очень долгих командировках. Он ─ капитан дальнего плавания! По полгода бывает в море, и мама с Олей каждую неделю получают телеграммы из портов всего мира!

Из Бомбея, Сингапура… И ещё Папа присылает подарки. А когда приезжает ─ дома праздник! Папа так скучает в море по родным, по дому, что неделю-другую никуда выходить не хочет. Ну, разве что по парку на лыжах прокатится. Или пешком ─ по траве. Но чтоб куда-то ехать! Такое случается редко, только в отпуске. Папа устраивает марш-броски, пикники и походы! Плюс экскурсии к родственникам.

Но отпуск у Папы бывает редко: не как у всех людей (у них-то каждый год). Зато ─ длинный! На всю зиму. Или на всё лето.

Помню, был я ещё котёнком, когда случился такой летний отпуск. Меня запихнули в пластиковую клетку и таскали месяц по городам и весям. Ни погулять, ни полазать под кустами ─ ничего нельзя! То «не уходи ─ кругом собаки», то «осторожно ─ потеряешься»! Каторга, а не отдых. Поесть вовремя не дадут, на улицу вовремя не выведут, гладить никто не гладит ─ не до меня; все друг с другом целуются, обнимаются, а про меня говорят: « Вот, некому оставить, взяли с собой. Столько хлопот!» Хотя ведь, если честно, Оля тоже была тогда маленькая, и хлопот от неё было ещё больше, а про неё так не говорили!

Одним словом, папин отпуск ─ это катастрофа! Для меня и для тех, кого он взял с собой.

Но хватит жаловаться! Мы готовы ко всем испытаниям! Всё равно ведь придётся ехать, так лучше подготовиться.

А для начала выяснить ─ куда на этот раз предстоит навострить лыжи. Для этого пришлось целую неделю по вечерам изображать из себя примерного домашнего кота, мурлыкать и старательно лакать молоко на глазах у Папы ─ вот, мол, я какой мирный, послушный и неприхотливый. И всё для того, чтоб не выгнали и позволили поваляться у ног, а заодно и послушать разговоры хозяев. Старался я не зря. К воскресенью я точно знал, что нас ждёт в следующие выходные ─ ПИКНИК! Правда, я не совсем точно знаю, что это такое. Но впереди целая неделя, я успею всё выяснить и подготовиться.

Уже на следующий день, обежав полдвора, я выяснил, кто мне сможет помочь подготовиться. Этой опытной особой оказалась Пульхерия: семилетняя, трёхцветная, очень важная кошка. Она объездила с хозяином все окрестности и точно знает, что такое ─ ПИКНИК. Это всего лишь завтрак или обед на природе. Что в этом может быть интересного? Сначала трястись в душном автомобиле, или в пластмассовой клетке. Потом ─ отдохнуть на природе, поесть дадут только то, что смогут взять с собой! То есть ─ сухой корм и водичка! Ни рыбы тебе, ни молока (испортится на жаре, видите ли)! И в конце праздника ─ опять в клетку, опять в машину! Не лучше ли дома, под кустом сирени вздремнуть, позавтракав рыбкой из холодильника? Одним словом, впереди меня ожидало не самое лучшее развлечение. Но ничего! Я же КОТ! Я готов к любым испытаниям!

И испытания скоро начались! С пятницы вся семья начала готовиться. Удивила бабушка: она не стала доставать клетку ─ перевозку, зато суетилась вокруг какого-то нового сундучка: его привёз Папа из плавания. Сундук меня насторожил. Но так как никто не пытался пристроить домашнего питомца внутрь новинки, я успокоился и целиком посвятил себя тренировкам.

Для начала надо привыкнуть трястись в клетке. Придумать душную «машину» и ненавистную «клетку» оказалось просто ─ я залез в шкаф, на полку с простынями (там очень тесно и темно) и проспал там полдня.

Посчитав себя достаточно готовым к тесноте и духоте, я стал искать, где бы потренироваться… как бы это назвать, а? Трясучке? Тряске? Или как это по-другому называется? Вы когда-нибудь ездили по сельской дороге на велосипеде, например? Здорово трясёт, правда? Вот к этим неудобствам и надо было привыкнуть.

А как? Я испробовал много тренажёров. Вначале это был тюль на кухне. Если залезть на самый верх, то мама или бабушка обязательно попробуют тебя стрясти. Как они стараются! Как мотают шторку из стороны в сторону! Тренажёр получился классный! Если бы ещё удалось незаметно скрыться…. Не удалось. Попало мокрой тряпкой.

Попробовал ещё один способ: прыгнул внезапно Папе на плечи, когда он вышел из ванной в одной футболке. Это только, кажется, что кота легко снять со спины! Папе пришлось потрудиться. А я узнал, что такое настоящий шторм и настоящая качка! Правда, папа упоминал какого-то «проклятого кота». Кого он имел в виду, вы не знаете?

Последнее, что меня беспокоило ─ как привыкнуть к отсутствию молока и рыбы? Но долго думать не пришлось: мама с бабушкой так на меня разозлились, что весь день даже ни подумали дать мне что-нибудь вкусненького! Волей-неволей пришлось привыкать к новой диете!

Вот так к вечеру я закончил свои тренировки и почувствовал, что смогу достойно встретить трудности пикника! Пятница закончилась, а вместе с ней и спокойная жизнь!

Придумываю легендарные предметы для игры про которую я писал в прошлом посте. вот что я уже напридумывал. и у меня два вопроса. 1 Понятно ли вам как оказались тут эти предметы? 2 Какой ещё легендарный хлам в детстве был?

Я не знаю будет ли вам это интересно, но пол года назад я обнаружил что делать видео игру мне сильно интересней чем в них играть.

Игру я просто ковыряю без прям хорошего плана. В начале была только идея, а потом она обросла всякими штуками. много чего менялось в процессе. много чего было добавлено, много чего вырезано.

А идея собственно в том что есть ребёнок который лупит палкой крапиву а в своих фантазиях у него происходят приключения и баталии.

Он даже проиграть не может в своей фантазии. он только может по какой то причине закончить игру

я честно признаться вообще не думал о её выпуске. давал поиграть своим друзьям и им кажется понравилось. Хотя мнению друзей трудно доверять. Но и мне вроди нравится. И я уже думаю, а может из этого хобби что то выйдет...

Мне говорят выкладывай как инди проект на какой то там сайт. а я чёт ссу. мне кажется меня там загнобят местные эксперты. собственно решил поделиться тут. пока нигде не показывал

в общем предлагаю вам поиграть. Она очень очень сырая. там куча чего брошенного на пол пути. Но я делаю её по принципу сегодня хочу поделать вот это вот и делаю. Там есть версия для винды и для андроида. Она умеет собирать и отправлять мне статистику о том как вы играете. так что если не жалко соглашайтесь на отправку данных. надеюсь

Глава 1. Ингредиенты

Беда всегда приходит неожиданно, даже если вы её не ждёте. А некоторые заявляют, что нельзя всё время ждать беды. С другой стороны, как же её не ждать-то. Военные говорят: предупреждён, значит вооружён. А мы, коты, всё время как на войне: то мальчишки, то пенсионеры (ругаются, что сидим на лавке, мяукаем ночью), то собаки!

Вот о собаках-то и речь!

Забрёл однажды к нам во двор громадный, ужасный, лохматый пёс Рамс. Вообще-то он далеко живёт, но если голодный ─ рыщет везде. Забрёл и обрадовался: коты непуганые ходят, кошки беспечные на лавочке сидят, котята так и шмыгают, так и шмыгают… А ещё птички. Рай для злодея!

А этот Рамс злодей и есть. Минуты не прошло, как он отловил толстенького Тишку и уже собирался удалиться прочь с добычей от этих орущих и шипящих от ужаса котов, да не успел. У него на пути на дорожке сидел котёнок Хостик и грустными глазами смотрел прямо в зубастую пасть, где трепыхался еле живой Тишка.

─ Брысь!! ─ злобно прошипел Рамс и попытался смахнуть Хостика с дорожки лапой.

─ Погоди, ─ попросил Хостик, ─ дай на тебя в последний раз посмотрю.

─ Почему это в последний? ─ прошепелявил Рамс (Тишка в зубах мешал ему говорить), ─ я ещё приду. Завтра.

─ Если выживешь, ─ Хостик вздохнул.

От неожиданности Рамс выпустил уже издыхающего Тишку, но пасть закрыть забыл. От удивления. Хостик мирно сидел на дорожке и огромными серыми глазами смотрел на чудовище перед ним.

Через минуту пёс вновь обрёл возможность говорить (да лаять, лаять! не подумайте чего дурного).

─ А я могу не выжить? ─ спросил он растерянно и сел.

─ Можешь, ─ Хостик проследил глазами за мухой и добавил: ─ если Тишку, или Маркиза, или Ваську съешь.

─ Почему? ─ похоже, было, что Рамс примирился с голодом и готов слушать котёнка.

─ А они вредные. Для желудка, ─ Хостик доверчиво улыбнулся псу. ─ Такие вредные, что и сказать страшно.

─ А ты скажи, скажи. Может, ты обманываешь?

─ Не-а, не обманываю, я ещё не умею, ─ Хостик переступил лапками, оглянулся и продолжил. ─ Они вредные, потому что вредные продукты едят.

─ Какие? ─ пес даже лёг на пузо от нетерпения.

─ Торты, например, магазинные. Крабовые палочки, кошачьи консервы. А этот, ─ Хостик кивнул в сторону уползающего Тишки, ─ ещё и конфеты с печеньем любит.

─ Ну и что? Я тоже люблю, ─ воспрял духом Рамс. ─ Это же вкусно!

─ Вкусно? А ты знаешь, какие там ингредиенты? ─ гордо выговорил Хостик необычное слово.

─ Там… что? ─ все же пёс струсил, это видели все притихшие жители двора.

─ Ингредиенты!

─ Ка-какие? ─ пёс уже заикался.

─ Всякие! Эмульгатор-лецитин, например, консервант «Е» двести одиннадцать и прочие всякие эквиваленты.

Пёс трусливо оглянулся и отодвинулся на шаг от котенка.

─ А ещё бывают таурин, тистин и мальтодекстрин! ─ Хостик победно вытянулся на своих тонких лапках. Ещё бы! Он спасал от смерти этого неуча, этого неотесанного пса, чуть не погибшего по незнанию! Хостик чувствовал себя не голенастым котенком-подростком, а львом, дарующим жизнь умирающей от страха антилопе.

«Антилопа» прижала уши и медленно попятилась. А Хостик решил довести обучение до конца.

─ А если вдруг попадётся инвертаза и модифицированный крахмал «Е тысяча четыреста двадцать два»!

─ А съедобного совсем нет? ─ заплетающимся от страха языком прошептал Рамс.

─ Есть. ЗЛАКИ!

Рамс вздрогнул, дико взвыл и бросился натёк. А Хостик, довольный, принялся мыть лапу. Он ребёнок ещё, не понимает, что заслужил медаль.

Но мы- то понимаем!

Мы-то знаем, что Хостик все четыре месяца своей короткой жизни провёл на кухне и изучил все коробочки, пачки и банки с едой. И прослушал всё, что говорили хозяева. И если бы не его умненькая, напичканная разными словами голова, мы бы лишились самого доброго, самого полосатого кота во дворе! А теперь Рамс уже никогда не осмелится к нам заглянуть! И поэтому мы решили ─ каждый подарит Хостику по одной экологически чистой мыши! Из чистого сыра! Он маленький, молочное очень любит!

Родители спорили уже второй час. Вовик сидел за компьютером и ждал окончания спора. Так ему велели. А пока играл в Контру.

Контра — это что-то! Совершенно новый уровень! Во-первых — командная игра! Во-вторых, графика отменная, все такое реалистичное! Не то что Анриел — там графика, конечно, красивая, но очень глаз режет! И звуковые эффекты такие, что хотелось подушку на голову надеть! Зато было веселое оружие — странное, но не было ничего такого, что никогда бы не пригодилось! Даже мухи были именно мухами, а не жирными черными точками, как в Кваке.

Но Контра лучше! Тут есть террористы и спецназовцы. И играть было интересно: надо перебить соперника. Ну, или выполнить особую задачу. И тоже перебить соперника! А это не так просто: пули разлетаются куда угодно, но не в цель. И надо много думать (но думать очень быстро!) чтобы победить!

Родители не особо приветствовали игры в Контру. Если честно сказать — то совсем не приветствовали. Даже осуждали. Но Вовику удалось отбить хотя бы полчасика игры, если он будет учиться на «пятерки». Когда не получалось на одни «пятерки» — мама сразу цеплялась к игре:

— Это всё потому, — говорила она, — что ты все мозги своей игрой сжёг!

Как можно сжечь мозги игрой, в которой думать надо, Вовик не понимал. По его мнению — игра даже полезна. Она развивает внимание, скорость соображания и… И наверняка что-то ещё развивает. Но мама не понимает.

А сейчас она занята спором с папой. Ей не до Вовика и его Контры.

Все началось с того, что Вовику в школе задали писать доклад. Любой. Вовику было интересно написать доклад по истории. Потому что как, к примеру, писать доклад по алгебре? Или по геометрии? А физику как писать?

Перебрав предметы, Вовик решил, что проще всего написать по истории.

Но оказалось, что это тоже не так-то просто. Надо много знать. Того, что написано в учебнике, оказалось мало.

Вовик никак не мог выбрать тему, и пошел к учителю истории посоветоваться. Учитель посоветовал, и даже дал книжку.

— Будет интересно, — сказал учитель, — рассмотреть тему отражения колониальной политики Англии в литературе.

Вовик немного испугался, потому что даже не понял сразу, о чем писать. О колониальной политике? О литературе? О какой литературе? Англии или колоний?

Учитель велел пойти домой и подумать. И дал книгу «Культура Западной Европы».

Вовик думал два дня. Прочитать всю книгу он, конечно не успел. Зато ему пришла в голову другая идея доклада: написать, о чем были средневековые легенды Европы. Потому что только до средневековых легенд он и успел за два дня дочитать.

И черт его дернул спросить у мамы, филолога, какую тему лучше выбрать: свою или ту, которую учитель предложил. И началось…

— Конечно, лучше писать про легенды: это намного интереснее, да и сам много узнаешь.

— Легенды — это не история! — категорически влез папа. — Это литература. Тогда пусть пишет доклад по литературе.

— Почему по литературе? — удивилась мама, — по истории литературы.

— Тогда надо писать про то, как литература развивалась. А он что собрался писать? О чем говорят легенды. Это не история литературы, — настаивал папа.

Вовику было все равно. Литература, история… А родители спорили.

— И что плохого, что он пишет доклад по литературе?

— А что он скажет учителю истории? «Простите, мне не интересна история, мне интересна литература?» И что ему ответит учитель истории? Нет, не важно, что ответит, а что подумает? Пусть уж лучше пишет о колониальной истории Англии. Тут и карты, и войны, и экономика! Идеальный доклад.

— Очень идеальный, — мама, конечно, не могла уступить, — это география получается, а не история. Или экономика!

Вовик гонял в Контру и думал, что лучше бы не спрашивал. Сейчас напридумывают и заставят его делать.

Вот если бы ему разрешили выбирать. Вот если бы прямо и учителя разрешили — он бы выбрал эволюцию графики игр-бродилок. Интересно же, как тут все менялось! Всем интересно, не только учителю и родителям. А если вставить и картинки — тогда его доклад читали бы все в школе! А может — и в городе!

Папа с мамой продолжали спорить. Вовик грустил.