Это один из моих самых любимых астроснимков, на котором запечатлена ночная сторона Венеры, то есть та ее часть, что в момент наблюдения была повернута прочь от Солнца.
Разглядеть нечто подобное в видимом свете попросту невозможно: ночное полушарие было бы полностью погружено во тьму, а чрезвычайно плотный облачный покров, окутывающий планету-соседку целиком, не пропускает свет, который мог бы отразиться от поверхности.
Однако камера IR2 на борту космического аппарата Японского агентства аэрокосмических исследований (JAXA) "Акацуки" собирала данные в инфракрасном диапазоне. Там, где человеческий глаз — тот самый, что "совершенный механизм, который не мог возникнуть сам" — увидел бы лишь черноту, "Акацуки" уловил тепловое излучение, поднимающееся из глубинных, раскаленных слоев атмосферы планеты.
Именно благодаря особой чувствительности IR2 удалось рассмотреть детальную структуру облаков. Темные завихрения и полосы — это своеобразный тепловой силуэт атмосферных процессов, протекающих в толще венерианской атмосферы. Проследить все это на дневной стороне не получилось бы из-за ослепительного солнечного света, отражаемого от верхних слоев атмосферы. Для инфракрасного сенсора такая засветка — серьезное испытание: он мог бы выйти из строя или, в лучшем случае, потребовал бы долгого восстановления. Поэтому ночная сторона для IR2 была более информативной: здесь ничто не перебивает слабое собственное свечение планеты в инфракрасном спектре.
Снимок, которого могло не быть
"Акацуки" отправился к Венере 20 мая 2010 года, и в декабре того же года должен был выполнить решающий маневр — включить главный двигатель для торможения и выхода на орбиту планеты. Но двигатель отказал. Зонд по инерции пролетел мимо планеты и в итоге вышел на орбиту вокруг Солнца. Казалось, что амбициозная миссия Японии провалена.
Однако инженеры решили не сдаваться и начали разрабатывать план по спасению аппарата — без возможности использовать вышедший из строя основной двигатель.
7 декабря 2015 года, спустя пять лет ожидания, зонд все же вывели на орбиту Венеры — с помощью маломощных двигателей ориентации, которые до этого момента даже гипотетически не предназначались для подобной задачи. Чтобы добиться успеха, ученые провели тысячи расчетов, сотни сеансов моделирования, и в итоге, когда Венера оказалась в нужной точке, зонд все же смог настичь ее и выйти на требуемую орбиту.
В апреле 2024 года связь с зондом прервалась, но японские инженеры решили бросить вызов судьбе и в этот раз, больше года пытаясь ее восстановить. К сожалению, 18 сентября 2025 года JAXA официально завершило миссию. Данные, собранные за время работы "Акацуки", легли в основу 178 научных работ, каждая из которых позволяет человечеству лучше понять не только Венеру, но и родную планету.
За все время своей просветительской деятельности я сталкивался с десятками людей, транслирующих идею о "полой Луне". И мне, естественно, было интересно, откуда взялась эта концепция и какими аргументами оперируют ее сторонники.
Итак, давайте же разберемся, что стоит за всем этим — и что на самом деле говорит наука.
Откуда растут ноги у мифа
Идеи о полой Луне циркулируют с середины XX века, а особую популярность они обрели после публикаций советских ученых Михаила Васина и Александра Щербакова, которые в 1970 году выдвинули гипотезу о том, что Луна и вовсе может иметь искусственное происхождение — то есть быть, по сути, огромным космическим кораблем.
Важно понимать, что писанина ученого, какой бы увлекательной она ни была, не становится автоматически истиной в последней инстанции, ну или хотя бы научной работой, которая на раз-два проходит рецензирование и будоражит научное сообщество.
Концепция, озвученная Васиным и Щербаковым, справедливо была проигнорирована учеными, но вызвала интерес у любителей научной фантастики — ведь нечто подобное описывал Герберт Уэллс в романе 1901 года "Первые люди на Луне". И с тех пор гипотеза о "полой Луне" начала передаваться из уст в уста, пересказываться в различных печатных изданиях, а после, в эпоху развития интернета, осела на конспирологических форумах.
Аргумент №1: "звенящая" Луна
Самый растиражированный аргумент связан с реальным историческим фактом: во время миссии "Аполлон-12" в 1969 году астронавты намеренно уронили взлетную ступень лунного модуля на поверхность Луны после старта с нее, чтобы сейсмометры, оставленные на земном спутнике, зафиксировали, как расходятся волны от удара, — и по этим данным ученые смогли бы смоделировать внутреннее строение спутника без бурения до ядра.
Чтобы не было вопросов, сразу поясню: после того, как астронавты взлетели с Луны, состыковались с орбитальным аппаратом и перешли в командный модуль, взлетная ступень стала ненужной. NASA направило ее обратно на поверхность — и она врезалась в Луну на скорости около 6 000 километров в час. Астронавты к тому моменту уже возвращались домой.
Приборы зафиксировали, что Луна после удара начала "звенеть" — колебания продолжались на удивление долго, около часа.
Сторонники концепции полой Луны интерпретируют этот факт как доказательство пустотелости — дескать, только полый объект способен так долго вибрировать, подобно колоколу.
На деле же этот "звон" связан с отсутствием воды на Луне. На нашей планете именно обилие влаги быстро гасит любые сейсмические колебания, а лунный реголит сухой, поэтому крайне плохо поглощает вибрацию, из-за чего колебания затухают куда медленнее, чем на Земле. Никакого противоречия с плотной, монолитной структурой Луны этот эффект не создает.
Аргумент №2: низкая средняя плотность Луны
Более серьезный на первый взгляд аргумент строится на реальных цифрах: средняя плотность Луны составляет около 3,34 г/см³, что действительно значительно меньше средней плотности Земли — около 5,51 г/см³. Отсюда и хитроумный вывод: раз плотность меньше, значит, внутри пустота.
Но все, как обычно, куда проще: у Земли более высокая средняя плотность объясняется большим и очень плотным железо-никелевым ядром, на которое приходится значительная доля объема планеты и большая часть ее массы. У Луны ядро намного меньше по размеру относительно общего объема спутника, хотя его состав примерно идентичен земному.
Для сравнения: диаметр твердого внутреннего ядра Луны — примерно 516 километров. У Земли внутреннее ядро в разы больше — около 2400–2440 километров.
Что на самом деле знает наука о внутреннем строении Луны
Внутреннее строение Луны изучено значительно лучше, чем хотелось бы думать членам конспирологических кругов, — и именно благодаря тем самым сейсмометрам, установленным астронавтами программы "Аполлон". Приборы проработали до 1977 года и за это время зафиксировали тысячи лунотрясений — вызванных как естественным сжатием спутника в процессе все еще продолжающегося остывания, так и падением космических камней разных размеров.
Эти данные легли в основу сейсмической томографии — метода, который позволяет заглянуть внутрь небесного тела, не разрезая его. Сейсмические волны по-разному проходят через разные слои вещества, и, отслеживая, как они преломляются и отражаются, ученые восстанавливают структуру того, что находится внутри.
Именно так и была построена детальная модель внутреннего строения Луны.
Наши нынешние знания о внутреннем строении Луны были дополнены благодаря таким миссиям, как NASA Gravity Recovery and Interior Laboratory (GRAIL), запущенной в 2011 году для создания глобальной карты гравитационного поля земного спутника. Все данные указывают на сложную, но при этом весьма знакомую по земному опыту слоистую структуру: относительно небольшое частично расплавленное железное ядро в центре, окружающая его мантия из плотных силикатных пород и внешняя кора. Никаких признаков крупных полостей или пустот подобные исследования не выявили.
Почему миф все равно живет
По той же причине, почему живут идеи, будто Земля плоская, в космос никто не летал (потому что нас туда не пускают), за Солнцем находится планета-близнец Земли, а Марс пережил ядерную войну.
Не потому что недостаточно данных, а потому что, во-первых, общемировая система образования уже давно пребывает в состоянии перманентного кризиса. А, во-вторых, многим просто не нравятся сухие научные объяснения.
Куда увлекательнее верить в мировой заговор, в тайное и мистическое. Малообразованный человек начитался конспирологических глупостей — и у него в голове щелкает: "Ага! Я все понял! Меня не обманешь!" И после этого он чувствует себя причастным к чему-то великому, будто раскусил систему, будто он — элита, которая видит то, чего не видят другие.
Вот это чувство — быть избранным, понимающим, не таким, как все, — и есть настоящая причина, по которой миф о полой Луне не канул в Лету.
Перед вами поверхность Энцелада, 504-километрового спутника Сатурна, запечатленная 21 ноября 2009 года космическим аппаратом NASA "Кассини" с высоты 2 048 километров.
В момент получения изображения зонд пролетал над южным полюсом ледяного мира, исследуя так называемые "тигровые полосы", представляющие собой четыре разлома, средняя длина каждого из которых составляет примерно 130 километров.
Эти разломы — всегда открытая дверь, ведущая к подповерхностному глобальному океану жидкой воды, который считается наиболее перспективным местом для поиска внеземной жизни. И от человечества не требуется ничего сверхъестественного, чтобы этой дверью воспользоваться, но...
Самая сложная часть работы сделана
Подледные океаны — распространенное явление в Солнечной системе, но главная техническая проблема любого поиска жизни в таких местах — это лед. У Европы, спутника Юпитера, толщина ледяной коры над океаном измеряется десятками километров. Средняя температура на поверхности Европы составляет -160 градусов Цельсия, так что при таких условиях лед ведет себя как горная порода. У нас сегодня нет ни технологий, ни ресурсов, которые бы позволили пробиться через эту толщу и попасть в океан.
Энцелад — единственное известное тело с подледным океаном, где этой проблемы попросту нет. Из тигровых полос постоянно бьют гейзеры — водяной пар, крупицы льда и органика вылетают из океана в открытый космос через естественные трещины. "Кассини" неоднократно пролетал сквозь эти выбросы и анализировал их напрямую, без посадки, без бурения, без единого метра пройденного льда.
Благодаря этим пролетам было установлено, что условия, царящие в океане Энцелада, крайне комфортны для зарождения и поддержания жизни в том виде, в котором мы ее знаем по земному опыту. Отсутствие жизни на Энцеладе вызвало бы большее удивление, чем ее обнаружение.
Приглашение от природы
Природа не только манит нас этими выбросами, прямо намекающими на обитаемость Энцелада, но и подготовила для нас возможность проверить это напрямую. Все, что от нас требуется — нырнуть в один из разломов и попасть в океан.
И для этого не нужен человек. Нужны гибкие змеевидные роботы. Много змеевидных роботов. И орбитальный аппарат для связи с Землей. Все роботы будут погружаться в разлом, цепляясь за его стенки, и зависать на разной глубине: часть практически у поверхности, другие глубже на десять метров, следующие на глубине в полсотни метров и так далее, пока некоторые не окажутся в океане. Такая цепочка необходима для передачи сигнала из океана, который в противном случае не сможет пробиться через толщу льда. Те роботы, что попадут в океан, будут оснащены инструментами для сбора и анализа образцов, а также камерами.
Строго вертикальное от разлома погружение с высочайшей долей вероятности позволит определиться с обитаемостью или необитаемостью Энцелада. Если мы найдем там жизнь, то это будет означать, что она, скорее всего, есть в океанах других лун. Эта миссия могла бы изменить наше представление о зарождении жизни, об эволюции, о нашем месте во Вселенной и породить множество новых вопросов, ради поиска ответов на которые мы начнем с бóльшим рвением изучать космос.
Но вместо этого предлагают либо посадить стационарный аппарат около трещин и анализировать свежий лед, либо собрать образцы выбросов и доставить их на Землю. Все это, конечно, лучше чем ничего, но ни одна из таких миссий не способна дать однозначный ответ! Это подтверждают марсоходы, которые десятилетиями бороздят пески Красной планеты и находят лишь косвенные доказательства в пользу того, что Марс когда-то мог быть пригоден для зарождения жизни.
Так в чем проблема?
Проблема не в науке и не в инженерии. Проблема в приоритетах и финансировании. Технологии для реализации такой миссии уже имеются. Но вместо того, чтобы воспользоваться грандиозной возможностью, человечество занято бредовыми фантазиями об освоении совершенно непригодного для проживания Марса и распилом миллиардов денег на пилотируемом полете астронавтов NASA к Луне, в котором смысл видят только те, кто находятся у кормушки.
Энцелад — это редчайший случай, когда природа не просто дает нам шанс, а буквально распахнула дверь и ждет, когда мы наконец войдем. Но люди... такие люди.
14 января 2005 года спускаемый аппарат Европейского космического агентства (ESA) "Гюйгенс" совершил мягкую посадку на поверхность Титана, одного из сотен спутников Сатурна. Это событие — единственная в истории человечества посадка во внешней Солнечной системе, за пределами пояса астероида, раскинувшегося между орбитами Марса и Юпитера.
"Гюйгенс" назвали в честь голландского астронома Христиана Гюйгенса (14 апреля 1629 года — 8 июля 1695 года), открывшего Титан 25 марта 1655 года — спустя три с половиной века аппарат, носящий его имя, коснулся поверхности спутника, который ученый когда-то видел лишь смазанным пятнышком в свой примитивный телескоп.
Сам аппарат провел почти семь лет в полете, прикрепленный к орбитальному зонду NASA "Кассини", и был отделен от него за три недели до сближения с Титаном, чтобы затем нырнуть в атмосферу спутника на скорости около 20 000 км/ч.
Любопытная деталь: "Гюйгенс" проектировался прежде всего как атмосферный зонд, а не посадочный модуль. Ключевой задачей его миссии было изучение плотной атмосферы Титана во время медленного спуска, который длился 2 часа 27 минут 50 секунд, а успешное достижение поверхности рассматривалось скорее как приятный бонус, чем четко запланированный результат. Ученые, готовя миссию, понятия не имели, куда упадет зонд — на твердый грунт, в метановое озеро или в какую-нибудь вязкую полужидкую массу. Поэтому "Гюйгенс" проектировали так, чтобы он мог не только сесть на каменистую или ледяную поверхность, но и продержаться на плаву.
Необычная поверхность
Данные акселерометра показали, что когда "Гюйгенс" коснулся поверхности, то оставил после себя 12-сантиметровое углубление, отскочил на ровную поверхность, проскользнул около 30 сантиметров и лишь затем окончательно замер.
Физик Джон Зарнецки, один из ведущих специалистов миссии, впоследствии образно сравнил консистенцию поверхности Титана с кремом-брюле — твердая корочка сверху, под которой скрывается куда более мягкий, влажный материал.
Точное строение коры и ее состав — вопрос открытый.
Потерянная половина данных
Информация с "Гюйгенса" должна была передаваться по двум независимым радиоканалам — А и Б — каждый со своим передатчиком и приемником, что в теории должно было позволить передать за ограниченное время куда больше данных.
Так как "Гюйгенс" двигался относительно "Кассини", находящегося на орбите, частота сигнала смещалась в зависимости от их взаимной скорости (эффект Доплера), и приемник нужно было заранее настроить на это смещение.
Для канала Б все сделали правильно. А вот команду для канала А, которая должна была включить приемник "Кассини", инженеры забыли добавить в программу полета еще на этапе подготовки миссии. Из-за этого приемник не был включен и не мог захватить сигнал — половина данных была потеряна безвозвратно.
Час ожидания
Расстояние от Земли до Сатурна настолько велико, что радиосигналу требовалось 67 минут, чтобы долететь до нашей планеты. Поэтому, когда ESA узнало об успешной посадке, аппарату оставалось жить всего несколько минут (после посадки он проработал 72 минуты), а значит отдать какую-либо команду "Гюйгенсу" уже физически было невозможно.
Когда успех миссии был подтвержден, центр управления разразился аплодисментами. А в это время на поверхности чужого мира в полном одиночестве сидел наш посланник, усердно передающий последние данные в своей недолгой жизни.
Астронавты и космонавты, имевшие опыт пребывания на Международной космической станции (МКС), постоянно испытывают благоговение, когда видят под собой кривизну Земли. Нечто подобное время от времени испытывают ученые, изучающие Красную планету, благодаря все еще действующему космическому аппарату NASA "Марс Одиссей".
Все снимки, представленные в статье, были получены в конце ноября 2023 года с высоты около 400 километров — примерно на той же орбите, где сегодня работает МКС. Изображения получились весьма атмосферными в прямом смысле слова.
Когда десять изображений объединили в одну панораму, исследователи получили совершенно непривычный вид Марса: испещренная горами и кратерами поверхность планеты под слоями облаков и пыли, парящими в атмосфере.
Для ученых эта съемка оказалась не просто эстетическим наслаждением, а редкой возможностью рассмотреть структуру марсианской атмосферы сбоку, а не сверху, как обычно.
Камера THEMIS, установленная на борту "Марса Одиссей", в основном смотрит непосредственно вниз. Ее инфракрасные датчики позволяют определять состав пород, идентифицировать лед, песок и пыль, а также фиксировать суточные и сезонные перепады температуры.
Кроме того, прибор помогает исследовать и атмосферу — например, определять количество кристаллов водяного льда и пыли. Однако при обычной ориентации аппарата он получает информацию лишь из относительно узкого столба атмосферы непосредственно под собой.
Исследователям хотелось увидеть гораздо больше. Для этого THEMIS пришлось направить не привычно вниз, а под углом к поверхности. Подготовка к такому сеансу наблюдений заняла три месяца. Почему так долго? Все дело в том, что инженерам NASA и Lockheed Martin нужно было рассчитать, как именно повернуть аппарат для получения желаемой перспективы, но при этом не нарушить его орбиту или, что еще хуже, случайно не уронить его на поверхность планеты. Даже незначительная ошибка могла бы похоронить миссию, которая трудится на благо науки без малого четверть века (выход на орбиту состоялся 24 октября 2001 года).
В итоге "Марс Одиссей" запечатлел не просто поверхность Марса, но и срез его атмосферы. На снимках отчетливо видно, где находятся слои облаков и пыли относительно друг друга. Наблюдения подтвердили, что чрезвычайно разреженная атмосфера Марса представляет собой многослойную структуру, где слои облачности чередуются со слоями пыли разной концентрации.
Джонатон Хилл из Университета штата Аризона, ответственный за операции с камерой THEMIS, отметил, что до этого момента ни одному марсианскому космическому аппарату еще не удавалось получить подобный вид.
Дополнительные данные — это бесценный вклад в наше понимание климатической истории Красной планеты, которая в далеком прошлом была куда более комфортным местом, потенциально пригодным для зарождения простейшей жизни.
14 сентября 2017 года космический аппарат NASA "Кассини" сделал последний снимок в своей карьере. Через несколько часов он должен был войти в атмосферу Сатурна и завершить почти 20-летнее путешествие, 13 лет из которых аппарат исследовал систему окольцованного гиганта.
На снимке показана ночная сторона Сатурна, которая в момент наблюдения не получала прямых солнечных лучей. Однако планета не выглядит черной, так как ее верхние слои атмосферы мягко освещались светом, отраженным от колец.
Снимок был получен 14 сентября в 19:59 UTC (22:59 по московскому времени) широкоугольной камерой "Кассини" с расстояния около 634 000 километров от Сатурна. Масштаб изображения составляет примерно 17 километров на пиксель. Параллельно работали научные приборы зонда, продолжая собирать бесценные данные и отправлять их на Землю.
Интересная деталь: в момент съемки место будущего погружения находилось на ночной стороне планеты. Однако Сатурн вращается, поэтому к моменту погружения эта область уже освещалась солнечным светом.
На следующий день, 15 сентября 2017 года, "Кассини" начал свой последний маневр. Аппарат вошел в верхние слои атмосферы Сатурна на скорости около 113 000 километров в час (примерно 31,39 километра в секунду). Его двигатели работали на полной мощности, помогая удерживать антенну направленной к Земле с целью передачи последних научных данных. Когда атмосфера стала достаточно плотной, аппарат потерял устойчивость, связь прервалась — и "Кассини" разорвало, расплавило и рассеяло в облаках Сатурна. То есть "Кассини" фактически стал частью газового гиганта.
Для чего было нужно уничтожать аппарат?
К концу миссии "Кассини" почти исчерпал запас топлива, необходимого для постоянной корректировки орбиты. Теоретически его можно было бы оставить в системе Сатурна и в таком состоянии, продолжая собирать данные. Однако без возможности контролировать траекторию зонда появлялся огромный риск столкновения с одним из спутников планеты.
Особенно важно было уберечь 504-километровый Энцелад, у которого обнаружили глобальный подповерхностный океан со всеми компонентами, необходимыми для зарождения и поддержания жизни в ее земном понимании. Это один из главнейших объектов со статусом потенциально обитаемого мира в пределах Солнечной системы.
Если присутствие земных микроорганизмов на аппарате, переживших 20-летнее космическое странствие, кажется маловероятным, то остатки топлива и технические материалы — абсолютно реальная угроза, способная загрязнить окружающую среду и исказить данные будущих исследований. Проще говоря, последствия такого падения могли бы привести, например, к ложным биомаркерам, а значит, следующие миссии стоимостью в миллиарды долларов пошли бы по ложному следу, у которого нет никакой научной ценности.
Именно поэтому финал "Кассини" — как и любых других аппаратов, созданных для исследования газовых гигантов, — был предопределен: к концу миссии рукотворный объект должен быть направлен в атмосферу планеты для уничтожения.
Последний снимок получился удивительно символичным.
На нем нет самого "Кассини". Нет огня, падения или вспышки. Только огромная планета, ее ночная сторона, мягко подсвеченная собственными кольцами, и область, где через несколько часов завершится одна из самых выдающихся космических экспедиций в истории.
"Кассини" сделал последний снимок Сатурна — а затем отправился в его гравитационные объятия.
История появления Луны началась примерно 4,5 миллиарда лет назад, когда молодая Земля (протоземля) столкнулась с небесным телом размером примерно с Марс, которое условно называют Тейей. Это событие было настолько разрушительным, что часть земной мантии и фрагменты разрушенной Тейи оказались выброшены на орбиту. Этот материал сформировал вокруг планеты раскаленный диск из обломков и расплавленного вещества.
Из этого диска довольно быстро — по некоторым моделям за считаные часы, по другим оценкам за тысячи или десятки тысяч лет — аккрецировала Луна. В любом случае по астрономическим меркам это произошло мгновенно.
Сразу после формирования Луна находилась на расстоянии примерно 20–25 тысяч километров от Земли. Для сравнения: сегодня среднее расстояние между этими объектами составляет примерно 384 400 километров, и Луна продолжает от нас удаляться прямо сейчас, пока вы читаете этот текст, со скоростью 38 миллиметров в год.
Почему Луна не была ближе
Тут все очень просто: существует физическое ограничение, известное как предел Роша, — минимальное расстояние, на котором крупное тело способно существовать без риска быть разорванным приливными силами более массивного соседа. Для системы Земля — Луна этот предел составляет от 9 500 до 18 000 километров в зависимости от плотности тела.
Формирующаяся Луна на самой ранней стадии представляла собой рыхлую, полурасплавленную массу, аккрецирующую из диска обломков. У нее не было структурной прочности, которая позволила бы удержаться от разрыва на расстоянии в 9 500 километров. Для устойчивого формирования ей необходимо было находиться дальше "жидкого" предела Роша, то есть дальше 18 000 километров, — чтобы одной только собственной гравитации хватило для победы над приливными силами со стороны Земли, которые в противном случае разорвали бы любые формирующиеся сгустки материи на части.
И вот тут моделирование дает оценку в 20–25 тысяч километров от нашей планеты. Именно с этой точки Луна начала свое существование, и стартовал ее долгий путь отдаления от Земли.
Почему Луна удаляется от Земли
В процессе вращения вокруг общего центра масс Луна создает на Земле приливные горбы — возвышения океанической воды и деформации твердой коры, вызванные ее притяжением. Но из-за того, что Земля вращается быстрее (один оборот вокруг своей оси за 24 часа), чем Луна обращается вокруг нее (один оборот примерно за 27,3 дня), эти горбы оказываются немного смещены вперед относительно самой Луны.
Эта, казалось бы, незначительная асимметрия обеспечивает приливное ускорение, которое слегка подталкивает Луну вперед по орбите, одновременно замедляя вращение Земли. Ускоряясь, Луна по законам орбитальной механики поднимается на все более высокую орбиту.
Сегодня этот процесс идет со скоростью 38 миллиметров в год. Цифра настолько точная благодаря отражателям, которые в рамках программы NASA "Аполлон" были оставлены на лунной поверхности. Ученые регулярно посылают к ним лазерные импульсы и измеряют время возврата сигнала. Зная скорость света и время, за которое был пройден путь, можно с легкостью рассчитать расстояние — с точностью до миллиметров.
Стоит отметить, что скорость удаления не была постоянной на протяжении миллиардов лет. Она сильно зависит от конфигурации континентов на Земле, потому что интенсивность приливного трения определяется формой и размерами океанических бассейнов. Были эпохи, когда Луна удалялась значительно медленнее, чем сейчас, и периоды более резкого дрейфа.
Короткие сутки древней Земли
Обратная сторона удаления Луны — замедление вращения Земли, поскольку именно оно питает энергией весь процесс. Когда Луна только сформировалась, продолжительность земных суток составляла всего 5–6 часов.
По мере того как Луна отдалялась, "воруя" угловой момент у Земли, сутки постепенно растягивались — до современных 24 часов, и процесс продолжается, просто крайне медленно: каждое столетие прибавляется около 1,7 миллисекунды. Для сравнения: когда на Земле доминировали динозавры, продолжительность суток составляла 23–23,5 часа.
Гигант на небосводе
Новорожденная Луна была в 15–20 раз ближе к Земле, чем сегодня, а значит, и ее видимый диаметр был тоже в 15–20 раз больше, чем у привычного нам диска. То есть в небе висел исполинский шар, закрывающий значительную часть небосвода и днем, и ночью.
Из-за столь малой дистанции приливные силы были на порядки мощнее нынешних. Океанские приливы представляли собой волны высотой в сотни метров, а земная кора испытывала чудовищные деформации: тут и там появлялись временные горы и разломы.
Как все это узнали?
Разумеется, у нас нет фотографий той эпохи, но имеется не менее ценный источник информации — так называемые приливные ритмиты: осадочные породы с тонкой слоистостью, формирующиеся в приливных зонах. Они естественным образом задокументировали цикличность приливов прошлого. Изучая толщину и структуру этих слоев в древних породах, геологи реконструируют, как менялись длина земных суток и лунная орбита на протяжении миллиардов лет истории планеты.
Комбинируя эти геологические данные с современными лазерными измерениями и физическими моделями приливного взаимодействия, можно с уверенностью говорить о том, насколько близко находилась Луна в момент своего рождения и насколько другой была Земля в начале своей истории.
30 июня 1881 года французский астроном Пьер Жюль Жансен навел свой телескоп на небо и сделал первую в истории качественную фотографию кометы. И это был не просто удачный кадр — в этот момент астрономия сделала решительный шаг от субъективного искусства рисовальщиков к точной науке, опирающейся на задокументированные данные.
За десять лет до снимка кометы, в разгар Франко-прусской войны, он решился на поступок, который без преувеличения можно назвать символом исследовательской одержимости.
Париж был окружен прусскими войсками, все дороги перекрыты — но Жансен не мог пропустить редкое солнечное затмение. Он бежал из осажденного города на воздушном шаре, добравшись до Алжира. По иронии судьбы, в день затмения небо оказалось затянуто облаками, и наблюдение так и не состоялось. Но сам факт этого отчаянного шага, который подвергал его жизнь реальной опасности, прекрасно характеризует подход Жансена к науке — отдавать себя всецело тому делу, с которым ты решил связать свою судьбу.
Один кадр — и никаких дублей
Никакой цифровой фототехники в XIX веке не существовало, так что у Жансена не было возможности тщательно откалибровать инструменты, сделать сотни снимков в автоматическом режиме, а после выбрать наиболее удачные.
Объектом наблюдения стала Большая комета 1881 года (C/1881 K1), которую тогда видели по всему миру. Небесное тело было настолько ярким, что его можно было различить даже днем. В момент максимального сближения с нашей планетой она прошла на расстоянии примерно 0,28 астрономической единицы (41,8 миллиона километров) — почти в 3,6 раза ближе к нам, чем находится Солнце.
Сам процесс съемки был испытанием на грани невозможного. Сначала Жансен в полной темноте нанес на стеклянную пластинку светочувствительную эмульсию. Пока она не высохла, нужно было успеть вставить пластинку в телескоп, навестись на комету и открыть затвор на 30 минут. Но и это еще не все: Земля вращается, и комета движется по своей орбите. Чтобы изображение не превратилось в смазанную дугу, телескоп приходилось вручную, с ювелирной точностью, вести за объектом все 30 минут, удерживая его строго по центру в перекрестье двух тончайших нитей окуляра. Одно неверное движение — и кадр потерян навсегда.
Сразу после экспонирования пластинку нужно было немедленно проявить, пока эмульсия окончательно не застыла. Никакой автоматики, никаких дублей — один единственный шанс получить изображение.
До лета 1881 года ученые полагались исключительно на рисунки — а это инструмент по определению неточный, субъективный, зависящий не только от мастерства наблюдателя, но и остроты его зрения и даже настроения в момент наблюдения (некоторые грешили тем, что откровенно фантазировали).
Снимок Жансена доказал, что космические объекты и явления можно не просто наблюдать, но также фиксировать, измерять, сравнивать и анализировать спустя годы после самого события. А еще астрономы из разных стран могли обмениваться снимками и обсуждать с коллегами увиденное, не полагаясь на память или интерпретацию единственного свидетеля.
С этой хрупкой стеклянной пластинки начался долгий путь, который в итоге привел человечество к бесчисленному множеству снимков, передаваемых такими легендарными космическими телескопами, как "Хаббл" и "Джеймс Уэбб". Каждая современная астрофотография — от планет Солнечной системы до самых далеких галактик на краю наблюдаемой Вселенной — является прямым потомком того первого, невероятно сложного с технической точки зрения кадра, который подарил миру Пьер Жюль Жансен.
24 августа 2006 года на конференции Международного астрономического союза в Праге произошло событие, которое неожиданно взволновало миллионы людей по всему миру, никогда прежде не интересовавшихся астрономией. Ученые лишили Плутон статуса полноценной планеты Солнечной системы, переквалифицировав этот далекий мир в карликовую планету.
С тех пор прошло без малого два десятилетия, но споры не утихают. Каждые несколько лет тема вновь всплывает на просторах интернета, вызывая волну ностальгических постов в соцсетях, авторы которых говорят, что для них Плутон всегда будет девятой планетой Солнечной системы. Кто-то даже неуклюже пытается юморить, вопрошая: "А Плутон вообще в курсе?". Другие же всерьез призывают пересмотреть решение и вернуть далекому миру прежний статус.
Но за всеми этими эмоциями стоит куда более интересный вопрос: а есть ли вообще научный смысл в том, чтобы возвращать Плутону статус планеты?
Три условия членства в клубе
Решение 2006 года появилось не на пустом месте. Международный астрономический союз сформулировал три критерия, которым обязан соответствовать объект, чтобы называться планетой.
Во-первых, он должен вращаться вокруг Солнца. Во-вторых, обладать достаточной массой, чтобы гравитация придала ему округлую форму. С этими двумя пунктами у Плутона все в порядке.
Проблема кроется в третьем критерии: объект должен "расчистить" окрестности своей орбиты от других тел сопоставимого размера. И вот тут Плутон провалился полностью. Он находится в поясе Койпера — области за орбитой Нептуна, буквально усеянной ледяными телами. Более того, масса Плутона — это лишь 0,07% от общей массы объектов, с которыми он делит свою орбиту. Для сравнения: Земля массивнее всех астероидов, комет и метеороидов на своем пути в 1,7 миллиона раз. Она безоговорочно доминирует на своей орбите.
Именно поэтому Плутон отправили в новую категорию — карликовая планета. Вместе с ним туда же попали Церера, Эрида, Хаумеа и Макемаке.
Для чего нужны классификации
Зачем вообще человечеству понадобилось делить объекты на категории? Ну, оставался бы Плутон планетой, разве это кому-то мешало?
Ответ прост — классификация нужна для удобства работы с информацией, а не потому что вдруг выяснилось, что во Вселенной существует какая-то священная иерархия небесных тел. Аналогичным образом биологи делят живые организмы на виды и роды не потому что природа учтиво подписала каждого обитателя Земли, а потому что это помогает систематизировать знания и выявлять закономерности.
Если довести логику противников решения 2006 года до абсурда, то можно вспомнить, что когда-то человечество считало нашу планету центром мироздания, вокруг которого вращаются все небесные тела. Эта модель была интуитивно понятна и комфортна (людям всегда нравилось думать, что у Вселенной есть на них какие-то планы и что они здесь не по воле случая). Научный геоцентризм просуществовал почти два тысячелетия! Но когда накопилась критическая масса наблюдательных данных, противоречащих общепринятой модели, ученые не стали цепляться за привычную, удобную картину мира. Они пересмотрели модель, потому что новая — гелиоцентрическая — лучше объясняла реальность.
С Плутоном произошло аналогичное, просто в куда более скромном масштабе.
История науки — это процесс непрерывного уточнения моделей по мере накопления новых знаний. Вот, например, можно ли будет называть спутниками юпитероподобные небесные тела, вращающиеся вокруг коричневого карлика (промежуточное звено между звездами и планетами), который в свою очередь вращается вокруг звезды? А будут ли считаться спутниками небесные тела, вращающиеся вокруг других спутников? Это, непременно, придется обсуждать и согласовать.
Что показал зонд "Новые горизонты"
Особого внимания заслуживают научные данные, полученные зондом NASA "Новые горизонты", который 14 июля 2015 года совершил исторический пролет мимо Плутона. Анализ изображений, которые обнародовались практически в режиме реального времени, преподнес массу сюрпризов.
Оказалось, что Плутон — это далеко не безжизненный кусок льда на задворках Солнечной системы, как предполагали раньше. На поверхности обнаружились огромное сердцевидное ледяное образование, названное равниной Спутника, горные хребты из водяного льда высотой до 3,5 километра, свидетельства криовулканизма и даже намеки на наличие подповерхностного океана жидкой воды.
Именно эти данные легли в основу главного научного аргумента сторонников возвращения статуса. Алан Штерн, руководитель миссии "Новые горизонты", настойчиво продвигает альтернативное определение планеты — геофизическое, а не орбитальное. По его логике, если объект достаточно массивен, чтобы принять сферическую форму под собственной гравитацией, и демонстрирует признаки геологической активности, этого достаточно для звания планеты, вне зависимости от того, расчистил ли он свою орбитальную траекторию или нет.
Проблема в том, что при таком подходе список планет Солнечной системы разрастется как минимум до нескольких десятков, породив путаницу. Так, следуя логике Штерна, первым делом в список придется включить Цереру из пояса астероидов, спутник Юпитера Европу и спутники Сатурна Титан с Энцеладом. Планета, вращающаяся вокруг планеты... на какой только абсурд не готовы люди ради подпитки ностальгии.
Администраторы NASA
В 2019 году, во время первого президентского срока Трампа, тогдашний глава NASA Джим Брайденстайн в ходе встречи со студентами заявил: "На мой взгляд, Плутон — это планета". Фраза мгновенно разлетелась по новостным лентам.
Комедия в том, что подобные заявления не имеют отношения к реальной научной позиции агентства. Администратор NASA — это политическая должность, назначаемая президентом, и, как показывает практика, она достается человеку, имеющему отношение к науке не больше, чем я к игре на баяне. Администратор — лояльный действующей власти человек, медийная фигура, политик, бывший военный летчик или вообще бизнесмен. Его задача — представлять интересы агентства перед конгрессом и общественностью, выступать перед прессой и по возможности хоть как-то увеличивать годовой бюджет.
История повторяется и сейчас, но в более нелепом формате. Нынешним администратором NASA является Джаред Айзекман — миллиардер, тесно связанный со SpaceX и лично с Илоном Маском. Его назначение на должность не было продиктовано научными соображениями — он занял этот пост за счет Маска, нуждающегося в человеке у "космической кормушки" с государственным финансированием. Айзекман открыто лоббирует интересы SpaceX, постоянно делая громкие заявления без каких-либо значимых результатов.
Поэтому любую болтовню Айзекмана, включая его призыв к возвращению Плутону статуса полноценной планеты, стоит воспринимать исключительно как популистские высказывания, рассчитанные на эмоциональный отклик широкой публики, а не как пересмотр позиции научного сообщества. Международный астрономический союз — единственный орган, наделенный полномочиями менять номенклатуру небесных тел. И своего решения по поводу Плутона он не менял.
Привязанность к Плутону, как к планете
На протяжении почти семидесяти шести лет, с 1930 по 2006 год, несколько поколений школьников по всему миру заучивали список из девяти планет Солнечной системы. Это знание стало частью базовой картины мира, усвоенной в детстве, а любая информация, полученная в раннем возрасте, нередко воспринимается мозгом как нечто более фундаментальное и незыблемое.
Добавьте к этому общечеловеческую особенность психики — сопротивление любой информации, способной пошатнуть устоявшееся представление о мироустройстве, во избежание когнитивного диссонанса. Плутон как физическое тело ничего не потерял от того, что его переквалифицировали. Он как летал по своей вытянутой орбите за Нептуном, так и летает. Но у некоторых людей сам факт сокращения числа планет Солнечной системы вызывает негодование, а то и гнев.
Шаг назад ради ностальгии
Если подойти к вопросу максимально трезво, то возвращение Плутону статуса полноценной планеты стало бы шагом назад с научной точки зрения. Классификация 2006 года появилась не в результате чьей-то прихоти, а как ответ на реальную проблему — по мере открытия все новых объектов в поясе Койпера стало очевидно, что старое интуитивное понимание планеты больше не работает и грозит либо бесконечным разрастанием списка планет, либо произвольным включением одних объектов и исключением других без четкого критерия.
Айзекман, вещающий о своей "борьбе за Плутон", может с таким же успехом побороться за признание существования Атланта, который на своих плечах держит небосвод, или черепахи, на панцире которой покоится наш мир.
Стоит отметить, что в научном сообществе продолжаются дискуссии о более универсальном определении, которое одинаково хорошо работало бы и для нашей системы, и для тысяч открытых экзопланет. Но это разговоры о совершенствовании научного инструмента, а не о стремлении реабилитировать конкретное небесное тело в угоду коллективной ностальгии.
Это произошло 14 июня 2015 года. Международная сеть автоматических роботизированных телескопов ASAS-SN, предназначенная для непрерывного мониторинга всей видимой небесной сферы, зафиксировала в созвездии Индейца вспышку чудовищной яркости.
Нечто, получившее обозначение ASASSN-15lh, вспыхнуло так ярко, что с лихвой затмило свою родительскую галактику — целиком, с миллиардами звезд. При подсчете были получены невообразимые цифры: в пике светимость превосходила светимость нашего Солнца примерно в 570 миллиардов раз. Для сравнения: светимость Млечного Пути превосходит солнечную "всего" в 20 миллиардов раз.
В январе 2016 года команда ученых, которую возглавил профессор Субо Донг из Института астрономии и астрофизики имени Кавли при Пекинском университете, опубликовала в журнале Science исследование, в котором событие ASASSN-15lh было названо "самой яркой сверхновой в истории наблюдений". Однако вскоре начались сомнения, и уже через несколько месяцев было опубликовано несколько исследований, опровергающих вывод команды Донга.
Но обо всем по порядку.
Дешевая, но эффективная система
ASAS-SN — это сеть небольших роботизированных телескопов с диаметром зеркал всего 14 сантиметров, расположенных в разных точках Земли. Их задача проста и грандиозна одновременно: каждую ночь сканировать все доступное небо в поисках малейших изменений яркости. Сверхновые, вспышки в ядрах галактик, переменные звезды — любое событие, нарушающее привычный покой ночного неба.
Система работает автоматически. Камеры снимают один и тот же участок неба несколько раз за ночь, а алгоритмы сравнивают кадры в поисках новых ярких точек. Если изменения выявлены, то астрономы тут же получают уведомление и начинают наблюдения с помощью больших наземных и космических телескопов, доступных в тот момент. Именно так нашли ASASSN-15lh: на снимках участка неба появилась яркая точка там, где раньше была лишь едва заметная тусклая галактика, удаленная примерно на 3,8 миллиарда световых лет от нас.
Почему решили, что это сверхновая
Изначально все указывало на сверхяркую сверхновую типа SLSN-I — очень редкий класс взрывов массивных звезд, светимость которых в десятки раз ярче обычных сверхновых. Событие ASASSN-15lh демонстрировало запредельную светимость, спектр без водорода, плавный рост яркости, который достиг пика примерно через 30 дней, а затем начал медленно угасать. Все это в общем-то ничем не отличалось от поведения известных сверхярких сверхновых. Вот только мощность была несоизмеримо больше.
И эту аномалию команда Донга связала с тем, что в центре взрыва родился магнетар — быстро вращающаяся нейтронная звезда с невероятно сильным магнитным полем. Вращаясь, магнетар теряет энергию и подсвечивает выброшенную взрывом оболочку изнутри, подобно гигантской космической лампочке внутри расширяющегося газопылевого облака. Этот механизм объяснял и долгое свечение, и невероятную яркость. Но ученые признали, что это, по сути, костыль. Гипотеза звучала складно, однако реальные концы с концами в ней не сходились.
Фундамент гипотезы дал трещины
Сверхяркие сверхновые достигают пика и за несколько недель-месяцев стремительно тускнеют. Событие ASASSN-15lh падало в яркости гораздо медленнее и даже на какое-то время зависло на максимальном уровне светимости. Кроме того, спектр тоже был странным — линии оказались слишком широкими, а скорости выброса вещества казались аномально высокими. Проще говоря, при внимательном рассмотрении событие ASASSN-15lh не вписывалось в рамки сверхяркой сверхновой.
И еще одна любопытнейшая деталь, которая настораживала с самого начала: местоположение. Большинство сверхярких сверхновых взрываются в карликовых галактиках с низкой металличностью и активным звездообразованием — там рождаются очень массивные и горячие звезды, которые, проживая очень короткую — по астрономическим меркам — жизнь, становятся кандидатами на такой взрыв. Событие ASASSN-15lh было зафиксировано в крупной, старой галактике. И самое важное: объект располагался точно в центре галактики. Не на краю, не в спиральном рукаве, а в ядре — там, где обычно прячется сверхмассивная черная дыра.
Дубль два
В конце 2016 — начале 2017 года уже погасший было объект неожиданно вспыхнул снова. Яркость выросла примерно на 10%. Не секрет, что сверхновые так себя не ведут, ибо гибель звезды — одноразовое событие. Можно наблюдать, как оболочка сброшенного вещества расширяется и остывает, как взаимодействует с окружением, но взрыв происходит один раз. Так что данное событие стало весомым аргументом в руках тех, кто изначально сомневался в верности интерпретации данных команды Донга.
Несколько международных команд ученых независимо друг от друга предложили радикально иное объяснение: событие приливного разрушения (англ. Tidal Disruption Event, TDE). Это принципиально иной тип катастрофы, инициатором которого является не звезда, а черная дыра.
Представьте звезду, которая однажды подлетела слишком близко к сверхмассивной черной дыре массой в миллионы или даже миллиарды солнечных. Пересекая так называемый радиус приливного разрушения, светило сталкивается с настолько сильным гравитационным градиентом, что ее буквально разрывает на части. Та сторона звезды, что находится ближе к черной дыре, испытывает притяжение во много раз сильнее, чем противоположная — и звезда начинает растягиваться.
Часть вещества, что падает в черную дыру, попадает сначала в аккреционный диск, раскручивается и разогревается до миллионов градусов, излучая в рентгеновском, ультрафиолетовом и видимом диапазонах. Это может продолжаться месяцы и годы, постепенно затухая по мере того, как вещество поглощается черной дырой.
TDE — редкое явление. В типичной галактике такая "гравитационная мясорубка" разрывает звезду в клочья примерно раз в 10–100 тысяч лет. В наблюдаемой Вселенной около двух триллионов галактик, а астрономы наблюдали лишь несколько десятков событий такого рода, и большинство из них были относительно тусклыми. Так что если ASASSN-15lh действительно является TDE, то перед нами несравненный рекордсмен.
Весомые аргументы
Команды астрофизиков во главе с Йоргосом Лелудасом и Питером Брауном провели детальный анализ спектра, кривой блеска и положения объекта. Локация в самом центре галактики, где находится сверхмассивная черная дыра массой примерно 100 миллионов масс Солнца, перестала быть просто совпадением. Изменения в спектре выдали характерные признаки именно аккреционного диска, а не остывающей оболочки сверхновой.
Все, абсолютно все указывало на то, что перед нами TDE — но только при одном условии: черная дыра должна вращаться очень быстро. Вращение черной дыры напрямую определяет, сколько энергии высвободится при поглощении материи. И чтобы объяснить колоссальную светимость события ASASSN-15lh, сверхмассивная черная дыра, разорвавшая звезду, должна вращаться практически с максимально возможной скоростью.
Кстати, повторная вспышка тоже вписывается в эту картину: вещество падает в черную дыру неравномерно, образуя в аккреционном диске сгустки, которые время от времени приводят к всплескам излучения. Это нормальное поведение в случае с TDE, но нетипичное для сверхновой.
Спор не закончен
Дебаты продолжаются до сих пор. Некоторые астрономы по-прежнему считают, что ASASSN-15lh — экзотическая сверхновая. Спектр на ранних стадиях, по их мнению, больше похож на взрыв звезды, чем на приливное разрушение. Эволюция цвета объекта сначала была типичной для сверхярких сверхновых — от синего к красному, хотя позже появились аномалии. А повторная вспышка, что была зафиксирована в конце 2016 — начале 2017 года, может быть связана со спецификой взаимодействия сброшенной оболочки с окружающим веществом.
Есть и еще один аргумент: даже для TDE ASASSN-15lh — слишком яркое событие. Чтобы получить такую светимость, нужны крайне специфические условия: экстремальная скорость вращения черной дыры, очень массивная исходная звезда и, вероятно, узкий релятивистский джет, направленный почти точно на нас в момент наблюдения с помощью системы ASAS-SN. Все это делает сценарий маловероятным, но не невозможным.
Если ASASSN-15lh однажды вновь вспыхнет, это станет железобетонным аргументом в пользу TDE-гипотезы. А пока остается лишь ждать и наблюдать.