#[моё]

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Я как-то уже рассказывала о ковровой вышивке, а сегодня хочу показать свою первую работу в этой технике.

Она уже мелькала в посте об обитателях моих мягких поверхностей, но здесь покажу ещё и сам процесс создания.

Напомню, в чём вообще заключается техника: у нас есть специальная игла, которая после нехитрой заправки ниткой позволяет делать петли. Для этого нужно всего лишь очень (ОЧЕНЬ) много раз тыкать иглой в ткань и при этом не допускать натяжения нити – иначе петли радостно выскочат обратно.

Сначала забивается контур, а потом уже всё внутри него.

Работа всё время (ну почти, об этом дальше) повёрнута к нам изнанкой, так что приходится периодически переворачивать её и проверять, что там, «на лице», вообще происходит.

В этой работе фон «плоский», так что на этом этапе можно наконец её повернуть к себе передом. Петли будут на изнанке – тут они нам просто не нужны.

Здесь уже приходится действовать чуть аккуратнее: если петли многое прощают, то фон нужен ровненьким и красивым (насколько позволяет прямота рук).

В первый раз получилось немного кривовато, но я всё равно нежно люблю эту работу.

Полностью ручная работа вышивка. Мулине бисер, внутри фоамиран. Я хотела ее продать но никто не берет

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Пост удалён. Автор удалил свой аккаунт.

Бывают в жизни сложные периоды. Периоды поисков и метаний. Когда точно не знаешь: в тюрьму или в петлю?

И вот в такой период пошла я работать охранником. В книжный магазин.

А чего такого? Контингент там трезвый, большей частью интеллигентный. В отдел канцтоваров, конечно, заглядывало разное… Заглядывали.

Входит, к примеру, дама. Ничего себе дама: прическа, коготки, возраст дважды выпускницы. Товаром интересуется. Я, как мне полагается, осматриваю и прочих граждан на предмет правомерного поведения. И слышу:

— А у вас вот эти зеленые ручки сильно ядовитые? Можно попробовать?

— Попробуйте, — сказала продавец. Спокойно сказала. Ей-то понятно; дамочка выбрала речку со стержнем вырвиглазного цвета и желала обозреть, как это на бумаге будет смотреться.

Женщины, конечно, очень изумительные существа. В книжном, вы знаете, больше женщин. Мужики как-то другими магазинами интересуются.

— Мне нужна золотая тетрадь. Не знаю зачем. Но нужна… — Это особа лет 20, у кассы: задумалась. Размышляет и советуется с подругой. А подруга что? Подруга пожимает плечами: ей вообще розовенький пони нравится, может. Это сегодня. А завтра, может, и вон тот мужчина заинтересует, который книжку про кулинарию вертит.

Мамочки… Это персонажи, конечно, небезопасные. Потому как потомство рядом. А они на стрёме всегда: разорвут.

И вот такие напряжённые и ходят, свету не видят.

Вот идёт такая с мелкой дочерью. И выговаривает:

— Зачем тебе, — говорит, — деревянная линейка?! Ты что грызть её будешь?!

Другая мама, и совсем другой разговор:

– Ксюша, ничего больше брать не будем, нет? — мамаша с надеждой заглядывает своей мелочи в лицо.

— Нет, — мелочь сурова и решительна.

— А откуда ты знаешь? — внезапно заводится мать. И прётся к полкам с детскими журналами.

Вот ещё мама. Усталая, в глазах тоска смертная: собирают отпрыска в школу. Отпрыск, сын то есть:

— Мам, надо обложки искать.

Мама, нервно дёрнув лицом, несколько истерично:

— Нет, искать надо тетради! С обложками всё гораздо проще: их нет!

Нервную маму пришлось препроводить туда, где лежат обложки. А кто бы их сразу нашёл? Они лежат аж в метре слева от тетрадей. Кто ж так раскладку делает?

Я иду и соглашаюсь с усталой родительницей: да, да, ужасно, нет бы поверх всех товаров эти чёртовы обложки разложить, что ответственные мамы не тратили время.

Понять покупателя иногда сложно. С первого раза. Со второго раза — легче. Потому что покупатель подключает жестикуляцию и вертит в воздухе пальчиками:

— Мне нужна книга Киргучева. Про Алису.

«Алиса» всё решила: ей надо Кира Булычева.

— Учебник по английскому языку Куравлева.

Я не вздрогнула: учебники английского давно не читаю, мало ли их развелось. Может, и такой обнаружится. Продавец:

— Кузовлева?

Да, его и надо.

Я стою и молюсь за выдержу продавца и благополучие покупателей. А они всё спрашивают и спрашивают:

— У вас есть выделятель?

— Дайте мне карандаш с подсветкой.

Нет, такого я не видела. Покупатель, впрочем, тоже. Он с подвеской хотел.

На том месте давно уже нет книжного. Там теперь шубы продают. Но это уже не моя история.

Раз уж Новый год. Раз уж мандарины и всё такое.

Как-то пришел ко мне друг в разобранном состоянии. В аккурат перед новым годом. Не то чтобы грустил, а просто угнетала его окружающая действительность. А вместе, как известно, страдать веселее.

Сидим. Страдаем.

Пьём, опять же. В этот раз не чай.

И чем дальше, тем явственнее проявляется творческое начало. В основном, конечно, у него. Я рядом с ним бледная тень по части креатива, тут, конечно, да.

А в те годы один местный депутат даром раздавал детям мандарины. Всему району, что интересно. Вагон, наверное, раздал. То есть привозят в школу ящиками мандарины. Делят по классам. Выходило когда по одному, когда по полтора, а в иной год и по два кило на ученическую душу.

В означенный страданиями год вышло два кило.

И в нетрезвую творческую голову пришла мысль построить башню из долек мандарин (или мандаринов? тут, простите, затрудняюсь). Тем более, что ни один ребенок пострадать не должен был: ребенок мандарины не ел, но как заботливый дочь, принес всё маме, а не раздал одноклассникам.

Строим. Чувствуем, понемногу становится непонятно, а чего страдали? Тем более появилась срочная задача - всю башню съесть. А она, на минуточку, вышла больше 22 сантиметров. Это вам мало, а нам хватило. Тем более, не чай тоже закончился и завтра на работу.

Что хотелось бы сказать: стройте башни из мандарин! (или мандаринов? да какая на хрен разница). Можно и под чай.