#Астрономия

Большое Магелланово Облако — самый массивный спутник нашей Галактики. И вокруг него уже несколько лет кипит серьёзный спор: БМО пролетает мимо Млечного Пути впервые или уже возвращается после первого сближения 6–8 миллиардов лет назад? Вопрос не праздный — такой крупный объект при пролёте сильно влияет на структуру и эволюцию нашей Галактики.

Новое исследование команды Скотта Луккини ставит на «первый визит». Учёные подошли к задаче через гидродинамику. С помощью симуляционного пакета GIZMO они совместили модели тёмной материи обеих галактик с «живыми» газовыми частицами и сравнили результат с реальными данными — поглощением углерода IV и водорода II в свете фоновых квазаров.

Модель первого пролёта воспроизвела наблюдаемые профили скорости и плотности газа вокруг БМО практически идеально. При втором пролёте корона БМО — гало тёплого ионизированного газа — оказывалась значительно меньше наблюдаемой, потому что газ «стёсывался» при прохождении через среду Млечного Пути.

Но точку ставить рано. Буквально за несколько недель до публикации независимая группа с камерой Hyper Suprime-Cam телескопа Субару обнаружила приливные звёздные потоки на расстоянии около 30 килопарсек в гало Млечного Пути. Эти структуры хорошо ложатся на модель второго пролёта, предложенную физиком Евгением Васильевым ещё в 2024 году.

Разрешить спор окончательно может миссия NASA Aspera, которая позволит напрямую изучить морфологию магелланова газа. А пока — дискуссия продолжается.

25 декабря 2023 года космический телескоп NASA "Джеймс Уэбб" воспользовался своей камерой ближнего инфракрасного диапазона (NIRCam) и сделал серию снимков, раскрывающих удивительные детали северных сияний на Юпитере.

Проанализировав данные, ученые установили, что эти юпитерианские "танцы света" в сотни раз ярче земных полярных сияний. Особый интерес представляет трехатомный катион водорода (H3+) — соединение, которое образуется при столкновении высокоэнергетических электронов с молекулярным водородом в верхних слоях атмосферы Юпитера.

Именно излучение этого катиона создает яркое свечение, которое великолепно регистрируется инфракрасными приборами телескопа.

Наблюдения показали, что излучение H3+ гораздо более изменчиво, чем считалось ранее. Этот факт ставит перед учеными новые вопросы о процессах, происходящих в магнитосфере Юпитера и его взаимодействии с солнечным ветром.

В отличие от спорадических (единичных, не имеющих регулярного характера) земных полярных сияний, зависящих от активности Солнца, авроры Юпитера постоянны и весьма стабильны. Это связано с тем, что основным источником заряженных частиц для Юпитера служит не солнечный ветер, а его спутник Ио — самое вулканически активное тело в Солнечной системе. Вулканы на Ио постоянно выбрасывают газы и пыль, которые под воздействием радиации ионизируются, превращаясь в заряженные частицы. Мощное магнитное поле Юпитера направляет эти частицы к полюсам планеты, где они сталкиваются с атмосферой и создают непрерывное "световое шоу".

Благодаря уникальным возможностям телескопа "Джеймс Уэбб", ученые могут наблюдать за динамикой полярных сияний Юпитера с беспрецедентной детализацией, что поможет лучше понять не только процессы на газовом гиганте, но и физику магнитных полей и плазмы во Вселенной.

В далеком 1916 году Альберт Эйнштейн предсказал существование гравитационных волн, но впервые их зарегистрировать удалось почти век спустя. В 2015 году детектор LIGO уловил сигнал от слияния черных дыр и открыл новую эпоху в астрономии — эпоху гравитационно-волновых наблюдений. Теперь физики предлагают использовать подобные инструменты не только для изучения катастрофических событий во Вселенной, но и для поиска возможных следов внеземных технологий.

Принцип основан на фундаментальном следствии общей теории относительности: любой объект с массой при ускорении порождает гравитационные волны — возмущения пространства-времени, распространяющиеся со скоростью света. Обычно эти волны настолько слабы, что зарегистрировать их удается только от экстремальных астрофизических событий вроде слияний черных дыр или нейтронных звезд.

Но если гипотетическая инопланетная цивилизация строит аппараты планетарного масштаба (например, корабли поколений) и разгоняет их до релятивистских скоростей, то такие объекты тоже могут стать источниками гравитационных волн, доступных для регистрации.

LIGO — это лазерно-интерферометрическая обсерватория. Два лазерных луча проходят по четырехкилометровым трубам в перпендикулярных направлениях и отражаются от высокоточных зеркал. Когда через детектор проходит гравитационная волна, пространство слегка растягивается в одном направлении и сжимается в другом. Это вызывает микроскопические смещения зеркал, которые фиксирует интерферометр.

Международная команда физиков попыталась оценить, каким должен быть инопланетный аппарат, чтобы его ускорение можно было заметить с помощью наших технологий. Для этого они рассчитали ключевые параметры: массу объекта, скорость разгона, расстояние до него и силу сигнала, который могли бы уловить современные детекторы.

Такие гипотетические объекты ученые назвали RAMAcraft — отсылка к роману Артура Кларка "Свидание с Рамой", где человечество сталкивается с гигантским инопланетным объектом. В научной работе этот термин использовался для описания быстро ускоряющихся массивных космических аппаратов, которые в теории способны оставить след в данных гравитационно-волновых обсерваторий.

Расчеты показали: аппарат массой с Юпитер, ускоряющийся до 30% скорости света, можно было бы обнаружить на расстоянии до 326 000 световых лет — то есть в любой точке Млечного Пути. Объект массой с Луну при том же ускорении регистрировался бы на расстоянии до 32 600 световых лет.

Гравитационно-волновая обсерватория LIGO не создавалась для поиска инопланетных аппаратов, но, согласно исследованию, ее чувствительности уже достаточно, чтобы засечь космические корабли планетарного масштаба — если они обладают огромной массой и разгоняются до релятивистских скоростей. Однако здесь необходима крайняя осторожность: потенциальную техносигнатуру легко спутать с обычным астрофизическим событием, а инструментальную погрешность — принять за "любопытный сигнал".

Более точную картину смогут дать будущие обсерватории — LISA, DECIGO и Big Bang Observer, — а также уже работающие пульсарные тайминговые массивы. Часть этих инструментов может быть введена в эксплуатацию уже в 2030-е годы. Они позволят лучше определять параметры источника, проверять сигналы в других диапазонах и надежнее отличать возможную техносигнатуру от природных явлений или шума детектора.

Важно отметить, что сейчас LIGO не используется для целенаправленного поиска инопланетных кораблей. Но исследование показывает: гравитационно-волновая астрономия может стать новым инструментом в поиске разумной жизни во Вселенной — особенно если речь идет о цивилизациях, способных строить гигантские космические аппараты и совершать межзвездные перелеты.

Инструмент DESI досрочно завершил пятилетний обзор неба и построил крупнейшую в истории трёхмерную карту Вселенной. Вместо запланированных 34 миллионов галактик и квазаров набралось больше 47 миллионов, плюс 20 миллионов звёзд — в шесть раз больше космологических данных, чем все предыдущие измерения вместе взятые.

DESI установлен на четырёхметровом телескопе Мэйолла в Аризоне. Пять тысяч оптоволоконных «глаз» каждые двадцать минут наводятся на новый участок неба, а роботизированные позиционеры выставляют волокна с точностью до 10 микрон — тоньше человеческого волоса. Десять спектрографов разбивают свет на составляющие, определяя положение, скорость и химический состав каждого объекта.

Главный вопрос — тёмная энергия. Она разгоняет расширение Вселенной. Долгое время её считали константой, но первые три года данных DESI намекнули: тёмная энергия, возможно, меняется со временем. Если полный набор данных это подтвердит, представления о судьбе Вселенной придётся пересматривать.

Карта охватывает 11 миллиардов лет космической истории. И это пока только начало анализа.

Кинематограф и научная фантастика обожают изображать черные дыры как "космические пылесосы", безжалостно втягивающие все вокруг — от космических кораблей до планет и гигантских звезд.

Такие сцены выглядят эффектно и пугающе, но насколько они соответствуют реальности? К счастью, истинная физика черных дыр куда менее апокалиптична, но при этом гораздо интереснее.

Гравитационное поле

Черные дыры подчиняются тем же законам гравитации, что и любые другие объекты в нашей Вселенной. Их притяжение зависит от массы и расстояния — чем дальше вы находитесь, тем слабее их влияние. Никакой магической всепоглощающей силы у них нет.

Допустим, если бы наше Солнце внезапно превратилось в черную дыру, сохранив свою массу, то как бы изменилась организация Солнечной системы? Абсолютно никак! Все объекты продолжали бы вращаться по тем же орбитам, на том же расстоянии. Да, со временем климатические условия на Земле изменились бы в худшую сторону, но упорядоченность Солнечной системы осталась бы неизменной. Черная дыра с солнечной массой оказывает точно такое же гравитационное влияние на окружающее пространство, что и Солнце. Ни больше, ни меньше.

Галактика в безопасности

В центре нашей галактики Млечный Путь находится сверхмассивная черная дыра Стрелец А*, масса которой почти в 4,3 миллиона раз превышает массу Солнца. Звучит устрашающе? Но давайте посмотрим на цифры.

Диаметр Млечного Пути около 100 000 световых лет. Гравитационное влияние центральной черной дыры ощутимо лишь в радиусе нескольких световых лет от нее. Это как песчинка в центре футбольного стадиона — да, она там есть и взаимодействует с близлежащими песчинками, но на трибунах ее влияние уж точно никто не почувствует.

Звезды вблизи центра Галактики действительно вращаются вокруг черной дыры с огромными скоростями, испытывая ее чудовищное влияние. Например, астрономы давно ведут наблюдения за звездой S2, которая в момент максимального сближения со Стрельцом А* проходит на расстоянии около 120 а.е.* от сверхмассивной черной дыры — и ничего, избегает "засасывания"! Звезда продолжает свое уверенное движение по эллиптической орбите, как делала это миллионы или даже миллиарды лет.

*а.е. — астрономическая единица, среднее расстояние от Земли до Солнца, около 150 миллионов километров.

Более того, любая галактика — очень стабильная система, где все элементы удерживаются вместе благодаря темной материи и суммарной массе всех светил, обеспечивающих надежную гравитационную связь. На черную дыру в центре Млечного Пути — сколь бы грозной не выглядела ее масса на фоне Солнца — приходится менее 0,1% от общей массы Галактики. И Млечный Путь в этом плане не является исключением — это среднее значение для галактик в наблюдаемой Вселенной.

Так что спите спокойно — ни одна черная дыра не способна "проглотить" целую галактику. Законы физики надежно защищают нас от космических кошмаров, порожденных научной фантастикой. Черные дыры опасны только вблизи, а в целом же они ведут себя как обычные массивные объекты — притягивают ровно настолько, насколько позволяет их масса.

Объекты Хербига — Аро (Herbig–Haro) — это яркие светящиеся области, которые возникают, когда струи ионизированного газа, выбрасываемые формирующейся звездой, сталкиваются с более медленными, ранее выброшенными потоками газа от этой же звезды. Выбросы HH 80/81 простираются более чем на 32 световых года.

Протозвёзды подпитываются падающим на них газом из окружающей среды; часть этого вещества можно наблюдать в остаточных аккреционных дисках, вращающихся вокруг формирующейся звезды. Ионизированный материал в этих дисках может взаимодействовать с мощными магнитными полями протозвезды, которые направляют часть частиц к полюсам и выбрасывают их наружу в виде джетов.

Поскольку джеты выбрасывают вещество с очень высокими скоростями, при столкновении частиц с ранее выброшенным газом возникают мощные ударные волны. Эти ударные волны нагревают облака газа и возбуждают атомы, заставляя их светиться — именно так и формируются объекты Хербига — Аро.

Источником, питающим эти светящиеся структуры, является протозвезда IRAS 18162-2048. Её масса примерно в 20 раз превышает массу Солнца.

Перед вами галактическое скопление eMACS J1823.1+7822 в созвездии Дракона, расположенное на расстоянии около девяти миллиардов световых лет от Земли. Это одна из тех структур, которые позволяют наглядно оценить масштаб Вселенной.

eMACS J1823.1+7822 — огромная система из множества галактик, связанных друг с другом посредством гравитации. Сотни галактик, каждая из которых содержит миллиарды звезд, объединены в единую структуру, протянувшуюся на миллионы световых лет. Масса скопления настолько велика, что заметно искривляет ткань пространства-времени вокруг себя.

Космическая линза

Благодаря огромной массе скопление превращается в гравитационную линзу — удивительное явление, предсказанное общей теорией относительности Альберта Эйнштейна.

Масса скопления искривляет пространство-время, поэтому свет фоновых галактик идет к нам не по прямой, а по изогнутым траекториям. В результате их изображения растягиваются в дуги, искажаются, а иногда даже повторяются.

На снимках телескопа эти "гравитационные дуги" выглядят как светящиеся волокна вокруг скопления. Это не оптическая иллюзия, а реальное искривление света галактик, находящихся еще дальше.

Поэтому скопления вроде eMACS J1823.1+7822 работают как природные телескопы: они увеличивают и усиливают свет объектов, которые иначе были бы слишком далекими и слабыми для наблюдения с помощью существующих инструментов.

Когда Вселенная была молодой

Сегодня такие снимки кажутся чем-то обыденным: космические телескопы регулярно присылают завораживающие изображения далеких скоплений и отдельных галактик. Но еще менее ста лет назад масштаб Вселенной оставался предметом жарких споров среди астрономов.

В начале XX века многие ученые считали, что Млечный Путь — это вся Вселенная, а необычные "спиральные туманности", наблюдаемые в телескопы того времени, являются частью нашей Галактики. Идея о том, что за пределами Млечного Пути могут существовать другие галактики, рассматривалась как нечто революционное и... спорное.

Ситуацию изменили наблюдения американского астронома Эдвина Хаббла в 1920-х годах. Используя мощный стодюймовый телескоп обсерватории Маунт-Вилсон, он обнаружил в туманности Андромеды переменные звезды — цефеиды, настоящие маяки Вселенной.

Измерив их яркость, Хаббл вычислил расстояние до туманности.

Результат оказался ошеломляющим: Андромеда находилась слишком далеко, чтобы быть частью Млечного Пути. Это однозначно указывало на то, что "спиральная туманность" на самом деле представляет собой отдельную галактику, размер которой сопоставим с размером Млечного Пути.

И понеслось! Больше не было никаких сомнений, что Млечный Путь — лишь капля в галактическом океане Вселенной, которая оказалась невообразимо огромной, выходящей далеко за пределы самых смелых предположений.

Сегодня мы знаем, что галактики объединяются в группы, скопления и сверхскопления, формируя грандиозную космическую паутину из тысяч и миллионов отдельных галактик.

Окно в прошлое

Глядя на изображение eMACS J1823.1+7822, задумайтесь вот о чем: свет от самого скопления, дошедший до нас сегодня, начал свое путешествие около девяти миллиардов лет назад. А если учитывать фоновые галактики, чьи изображения искривлены гравитацией скопления, этот снимок уводит нас еще глубже в прошлое Вселенной. Тогда еще не было ни Земли, ни Солнца, да и сама Вселенная была совершенно другой.

Каждый такой снимок — это окно в очень далекое прошлое Вселенной, позволяющее увидеть, как выглядели, взаимодействовали и менялись крупные космические структуры миллиарды лет назад.

Все это приближает нас к пониманию того, как эволюционировала Вселенная, как она стала пригодной для зарождения жизни и появления в ней сознания, способного не просто восхищаться, но и задавать вопросы, а после искать ответы.

Эта Вселенная не была создана для нас, у нее нет никакой конечной цели. Но наша жажда знаний, наша неисчерпаемая любознательность наделяют все мироздание смыслом, которого в нем не было до появления разума. Мы — не центр Вселенной, но мы ее душа. И пока человек пытается понять, что тут вообще происходит, холодная бездна перестает быть немой: через нас она впервые начинает понимать саму себя.

Свежий снимок горы Серро-Армасонес, чья вершина возвышается на 3046 метров над чилийской пустыней Атакама. Сухой высокогорный воздух, практически полное отсутствие осадков и удалённость цивилизации сделали её идеальным местом для размещения Чрезвычайно Большого телескопа ESO (ELT) — крупнейшей оптической обсерватории в истории.

По состоянию на апрель 2026 года строительство купола ELT завершено на 70%. После завершения работ он будет иметь высоту 74 метра, диаметр 86 метра, массу — 6100 тонн. Внутри разместят ультрасовременную оптическую систему, состоящую из пяти зеркал. Диаметр главного составит 39 метров, его соберут из 798 гексагональных сегментов диаметром в 1,4 метра каждый. Благодаря нему ELT сможет собирать в 100 млн раз больше света, чем человеческий глаз, и в 13 раз больше, чем мощнейшие действующие оптические телескопы.

Всё это чудо современной инженерной мысли увидит свой «первый свет» в начале 2029 года. Регулярные научные наблюдения начнутся в 2030 году.

Тритон — единственный крупный спутник в Солнечной системе с ретроградной орбитой. Почему он движется в противоположном направлении? Возможно, Нептун когда-то украл его из пояса Койпера.

Исключительно красивое зрелище можно было наблюдать последние три дня на изображениях телескопа LASCO — между Землёй и Солнцем, почти точно между ними, на расстоянии 75 млн км от Земли, неторопливо прошла комета C/2025 R3 (PanSTARRS). Небесное тело было открыто в сентябре прошлого года (до этого данная комета была неизвестна) и, судя по всему, прилетело к Земле из так называемого облака Оорта — огромного скопления комет, астероидов (а возможно, и малых планет), расположенного на расстоянии порядка одного светового года от Земли, но, тем не менее, являющегося частью Солнечной системы.

Комета является лидером рейтинга по яркости среди около 100 кометных тел, которые сейчас можно найти на небе (большинство этих тел видны лишь в очень крупные телескопы на пределе чувствительности). На вершине таблицы объект будет находиться ещё не менее месяца, всё это время удаляясь от Земли. Дальнейшая судьба тела одновременно и печальная, и вдохновляющая. Расчеты показывают, что Солнце выбрасывает комету из Солнечной системы — её траектория при прохождении разомкнулась, и объект проходит мимо Земли и Солнца в последний раз. Впереди десятки миллионов лет пустоты, но где-то на горизонте возможна и даже почти наверняка произойдет встреча с другими солнцами и другими звездными системами.

Более того телескоп LASCO, в поле зрения которого попала комета C/2025 R3, успел в последние сутки до ухода кометы из зоны видимости увидеть формирование у тела второго хвоста, направленного противоположно первому. Приложенное видео начинается 25 апреля в 21:18 по московскому времени и заканчивается сегодня, 27 апреля, в 02:18 (общая продолжительность — 29 часов).

Природа структуры в целом не очевидна. Вторые хвосты комет, называемые ионными, обычно формируются под действием солнечного ветра, но, так как кометы всё время погружены в солнечный ветер, то и связанные с ним хвосты обычно являются стационарными, длительно существующими структурами. В данном случае трудно объяснить внезапное формирование хвоста и его очень быструю динамику: за сутки наблюдения структура повернулась вокруг ядра кометы на угол около 90°.