На уроке географии Таня Симонова залезла под парту.

К выходкам Тани все давно привыкли. Таня была из неблагополучной семьи. Так говорили. И поэтому Таня требовала особого внимания педагогов.

А Таня не хотела особого внимания.

Точнее хотела, но другого внимания.

Таня считала, что никто не смеет ей делать замечания. А тем более — указывать ей, что делать. В детский сад Таня не ходила: в их семье с малышней сидела бабушка. (Но Таня себя "малышней" не считала, сама-то Таня — взрослая! Это Лёсик — малышня!) Всего вместе с Таней — четверо.

Старший брат уже учился в девятом классе, на него учителя махнули рукой: закончил бы школу и ладно.

Таня училась в пятом классе. И всё делала назло всем. И учителям, и одноклассникам.

Так было всегда. Ещё в третьем классе она могла даже подраться с кем угодно. И дралась! И лазила по крышам. И прыгала с мальчишками с гаражей. И хвалилась тем, что кого угодно одним ударом кулака свалит. Те, кто постарше, с ней не связывались. А младшие — боялись. Поэтому никто не знает — свалит или нет?

Как Таня доучилась до пятого класса — секрет. Домашние задания она не выполняла, на уроках делала, что хотела. Могла обозвать кого-нибудь, даже и учителя. Могла подойти к любому в классе и дать затрещину. Могла встать и уйти по своим делам.

Конечно, учителя ругались. А что они ещё могли сделать? Маму тоже вызывали. Но мама приходила не всегда.

Таню вовлекали в общественную жизнь. Записывали на кружки: рисование и живой уголок.

Тане нравилось только рисование. В живой уголок тоже ходила, потому что там были зверюшки. А зверюшек Таня любила. И походы любила. А чистить клетки не очень любила.

Жизнь Тани делилась на части: школа, где она со всеми ругалась, и кружки, куда ей нравилось ходить, и она там ни с кем не ругалась.

Была и третья часть жизни. Домашняя. Скучная и неинтересная, зато вольная: тут Таню никто не заставлял ничего делать, не загонял домой в девять вечера, не будил в школу в семь утра. Но никого и не интересовало, что Тане нравится и чего она хочет.

Сегодня она залезла под парту. Просто так. Так захотелось. Захотелось развлечься: сейчас географичка начнет ругаться, требовать, чтоб она вылезала. Начнет гоняться за ней по классу. А Таня не вылезет! И тогда географичка пойдет к директору. И всё, считай урок прошел. И весело прошел!

Таня сидела под партой. Но географичка никак не реагировала на это.

Таня выглянула из-под парты — ничего, как-будто и не видит!

Таня стала из-под парты кидаться в одноклассников чем попало: скомканной бумажной, расческой. Кто-то ругался, кто-то смеялся. Но учительница не реагировала никак. Она слепая что ли?

Таня стала переползать с одного мета, на другое. Проползла почти весь класс! И ничего! Таня не понимала, как такое может быть?!

Дети стали оглядываться то на Таню, то на учительницу: почему она не видит?

— Ольга Сергеевна, а Таня под партой сидит! — наконец, не выдержал прилежный Виталик.

Ольга Сергеевна отвлеклась от карты, где показывала Южную Америку, вокруг которой плыл Магеллан. Спокойно посмотрела на сидящую под партой Таню, и продолжила что-то там показывать и говорить. Магеллан успел добраться до Разбойничьих островов, и даже погибнуть, а Ольга Сергеевна так и сделала Тане замечания.

Таня стала действовать активнее: быть такого не может, чтоб это ей сошло с рук!

Она дергала одноклассников за ноги и громко хохотала, когда они возмущались.

— Ольга Сергеевна, она мешает! Я не слышу ничего! — жаловались одноклассники.

Ольга Сергеевна положила указку на стол и села.

— Потерпите, — спокойно сказала она. — У Тани сегодня трудный день, надо ей помочь справиться с проблемами. Может, ей так удобнее сейчас. Откройте учебник на странице двадцать восемь…

Да она издевается, что ли?! Какие у Тани проблемы! Это у неё, у географички сейчас проблемы! И совсем тут не удобно! Попробуйте сами пол-урока под партами сидеть! И ноги, и спина уже болят!

Таня с грохотом уронила стул.

Ольга Сергеевна спокойно переждала шум и пояснила детям:

— Видите? Надо быть внимательнее к своей однокласснице. Вон как ей плохо. Таня, тебе помощь нужна?

Раздались робкие смешки. Смеяться над Таней было страшно. Но тут не выдержали.

Тане стало обидно.

— Не нужна мне никакая помощь!

— Да? — почти равнодушно спросила Ольга Сергеевна. — Я думала, так себя ведут только очень больные дети. Ну, раз, ты здорова, то и хорошо. Я рада. Открыли учебник? Прочитайте второй вопрос…

Таня сидела под столом и решала, что ей делать. Ползать дальше — бесполезно. Вылезти и поорать? Тогда географичка скажет, что она точно сошла с ума. Ещё скорую вызовет…

Таня тихо вылезла и села на свое место. Открыла учебник. Делать ничего не стала: не помнила, что надо делать. А спрашивать не хотела, пусть не думают, что она стала уроками заниматься.

Посидела. Было скучно. Сосед по парте что-то увлеченно рисовал в контурной карте.

— Что ты рисуешь?

— Отстань!

Таня посидела ещё.

— Кто не знает, как нужно заполнять карту — подойдите и спросите, только тихо, — сказала географичка.

— Я не знаю! — заорала с места Таня.

— Подойди, — спокойно и тихо ответила Ольга Сергеевна.

Таня посидела ещё минуту, убедилась, что она никому больше не интересна, никто даже не вспоминает, что она есть. И пошла к учительскому столу.

— Только у меня нет контурной карты, — сразу предупредила она, широко улыбаясь: ну теперь-то точно Ольга Сергеевна сделает замечание! Скажет: «Как ты на урок собиралась? Ты бы еще голову забыла!»

Ольга Сергеевна, даже не посмотрев на Таню, молча достала из бумаг ксерокопию карты и протянула Тане. Так же молча взяла из своего стола атлас и раскрыла на странице номер пять.

— Смотри. Видишь названия морей? Их надо на карте написать. Вот тут. И названия материков подписать. Вот тут. Сделаешь — подойди, я скажу, что дальше делать.

Таня взяла листочек, атлас и села на свое место. Как же тут удобно сидеть!

И открыла атлас.