Истории Кота Жорика

Глава 3. Сочинение

Девочка Оля пришла из школы задумчивая. Она закинула портфель под стол, вздохнула и подошла ко мне. Я не спал и с готовностью муркнул:

─ Мяу, я тебя внимательно слушаю.

Оля внимательно разглядывала меня и молчала. Потом погладила, оттянула ухо и даже подергала усы. Ещё немного подумала, присела рядом и поведала:

─ Нам задали писать сочинение о домашних животных. А что я о тебе напишу?

— Напиши, как мы беседуем…

— Мне же не поверят! Ведь коты с людьми не разговаривают.

─ Не поверят, ─ согласился я.

Да-а-а, разве кто-нибудь поверит, что ваш кот по утрам любит поболтать, говорит, чего бы ему хотелось сегодня на обед, и говорит «до свидания», когда уходит гулять. Кому из вас поставят за это «пятерочку»? То-то.

─ Может, написать, какой ты красивый, элегантный, мудрый, советы умные даешь и рассуждаешь интересно?

─ Опять про кошачьи разговоры, ─ вздохнул я, ─ А у нас точно нет другого домашнего животного?

─ Дай подумать, ─ Оля нахмурила лобик, полистала какую-то газету, посчитала трещинки на потолке и вздохнула, ─ Не припомню никого. Может, мухи?

Около моего носа вертелась как раз одна.

─ Нет, ─ я проследил глазами за мухой, ─ они не домашние. Они дикие, но заблудились. Домашние ─ это те, кто всё время дома. Или хотя бы думают, что дома.

─ Мышь!!! ─ вдруг заорали мы хором, ─ мышь! Конечно же, это она!

И мы опять вместе повернули головы в сторону самого темного угла ─ там жил Мышонок. Он не говорил, как его зовут, а только пищал. Соседский всезнайка кот Васька утверждал, что так звучит какая-то «азбука Морзе». Что это, никто не знал. Про обыкновенную азбуку знала Оля, а что такое Морзе — не знала. И поэтому мышонка никто не понимал. Но все любили, потому что он умел показывать фокусы и был настоящим циркачом.

─ Нет, — вздохнула опять девочка Оля, ─ нельзя писать сочинение про него. Даже мама моя сердится, когда я рассказываю про мышиные фокусы. «Не сочиняй!» ─ говорит она...

Оля не договорила и уставилась на меня. А я на нее. Первым пришел в себя я ─ более опытный и смышленый.

─ Ну вот! Ты про мышь сочиняла?

─ Сочиняла.

─ Это и есть сочинение! Пиши!

На следующий день девочка Оля пришла из школы еще печальнее. Забросила портфель совсем уже далеко под стол и сообщила:

─ «Четверку» поставили за фантазию. И сказали, что «писать сочинение» ─ это одно, а «сочинять сказки» ─ совсе-е-ем другое дело!

Весь оставшийся день мы грустили и не так громко смеялись над живой сказкой ─ мышонком-фокусником.

Глава 2. Чуть-чуть — не считается!

Мы играли в прятки. Мы ─ это я, Жора, моя хозяйка девочка Оля, соседский кот Тиша и его хозяин ─ мальчик Даня. Сначала всё было весело и забавно: мы прятались в траве, в кустах, на ветках деревьев, скрывались среди лопухов и ромашек! На ветках деревьев прятались только мы с Тишей, а Оля с Даней боялись лезть на тонкие ветки — им родители не разрешали.

Мы с Тишей всегда находили хозяев. А они нас ─ ни разу не нашли! Мы с Тишей просто мурлыкали от удовольствия: вот какие мы ловкие!

Прятались мы, прятались, и вдруг я услышал: «Ура, я нашла тебя, Жорик! Я вижу под лопухом твой хвостик! Чуть-чуть, но вижу!».

─ Чуть-чуть не считается, ─ сердито мяукнул я. ─ Может, хвост не мой!

─ А чей? У нас других котов с серыми полосатыми хвостами поблизости нет.

─ А может ─ хвост без меня лежит. Один! Отдыхает!

─ Так не бывает. Хвосты отдельно от котов не существуют. Правда, Даня? ─ обратилась Оля за помощью к своему приятелю.

─ Ага, ─ маленький Даня с Тишкой на руках уже сидел около нас на лавочке и внимательно слушал.

─ Так что если я видела даже чуть-чуть тебя, даже самый маленький кусочек ─ считается, что я тебя нашла!

─ Нет, не считается, ─ возмутился я. ─ Вот увидишь ты кусочек Тишиного хвоста, а такой же хвост у Васьки! Как же ты тогда можешь говорить, что нашла именно Тишу?

─ А Васька с нами не играет! ─ возразила Оля, ─ А вот зимой, например, когда в снежки играли, в меня тоже чуть-чуть попали, прямо одна снежинка задела! И все решили, что я должна выбыть из игры, как подбитый самолет.

Из подъезда вышла мама Оли. Мы бросились к ней все четверо.

─ Чуть-чуть считается или нет? ─ в четыре глотки кричали и мяукали мы.

Мама улыбнулась и погладила меня, потом Тишу, присела на лавочку и сказала:

─ Вот, например, Жорику или Тише дадут ма-а-ахонький кусочек рыбки…

─ Мяу, это хорошо, ─ мы с Тишей хором махнули хвостами.

─ Хорошо, ─ согласилась Оля.

─ Чуть-чуть дадут. И всё ─ больше ничего. Считается это, что их покормили? ─ лукаво улыбнулась мама.

─ Нет, ─ хвосты метнулись в другую сторону.

─ Нет, ─ перевела Оля наше мяуканье.

─ А если тебе, доченька, задали три задачи на дом, ─ повернулась мама к Оле, ─ а ты выполнишь только одну, да и то наполовину, считается ли, что ты выполнила домашнее задание? Ведь чуть-чуть ты же решила?

─ Нет, ─ Оля вздохнула, ─ за одну решенную задачу учительница «пять» не поставит. Чуть-чуть не считается.

─ Да, ─ согласилась мама, всякое дело надо доводить до конца. Но представьте себе, что у Оли в дневнике двоек мало, чуть-чуть ─ всего две. Или три. В четверти. Остальные пятерки. Будет Оля отличницей? Нет! Видите — иногда и чуть-чуть считается.

─ Или если уронили вазу и в ней всего одна трещина, всего одна, ─ а воду пропускает, и цветы в неё не поставишь. Значит ─ она из-за одной трещины считается разбитой, ─ вспомнила Оля события прошлого воскресенья.

─ Или если мы рассыпали муку, например. Даже чуть-чуть, чайную ложку ─ всё равно считается, что мы насорили, ─ подтвердил Даня, а Тиша коротко мяукнул в знак согласия.

─ Выходит ─ то считается, то не считается, да? ─ Оля растерянно развела руками.

─ Конечно, ─ мама встала. ─ Нельзя всех под одну гребенку причесывать. В каждом деле нужен свой подход. Вы не ругайтесь больше, а дружно, мирно совещайтесь и ищите ответ. А не найдете ─ спросите совета у других. Как сейчас.

Мама улыбнулась, потрепала нас (то есть котов) за ушками и пошла в магазин. Почему-то детей за ушками никто не треплет. Неужели дети этого не любят?

А мы в тот день больше не ругались. Правда, и в прятки не играли, потому как вопрос о хвостах остался до конца не выясненным: мой или не мой хвост нашла Оля?

Предисловие. Познакомимся?

Здравствуйте. Я говорю ─ здравствуйте!!! А-а, вы не слышите меня. Это потому, что я просто мяукаю. Я ─ кот. Серый, с белыми пятнами (или белый с серыми пятнами?). У меня есть всё, что положено иметь порядочному коту: хвост, острые когти, усатая морда с умными глазами и чуткие ушки. А ещё есть пятнышки на животе, как у леопарда, и полоски на хвосте, как у тигра. И всё бы замечательно — но люди не понимают, что я говорю, не слышат моё «здравствуйте!». Эх, ну почему человеческих детей не учат в школах кошачьему языку?

Я сижу высоко ─ на дереве. И меня трудно заметить. Это очень удобно: во-первых, меня хулиганы-мальчишки не видят. Они камни под ногами ищут, а вверх не смотрят. Во-вторых, со своей ветки я могу заглянуть в квартиру хозяев (они живут на первом этаже) и узнать ─ не готовится ли что-нибудь вкусненькое на кухне? Да и хозяевам легче меня позвать домой: постучат в окошко ─ и готово! Я услышу и прибегу! Ну и, конечно, на ветках нет луж, поэтому во время дождика дерево ─ самое удобное место. Свежий воздух, собаки не достают, мальчишки не видят! А падающие сверху капли не страшны: они с шерстки скатываются, и я не мокну! Я очень удобно устроился!

А когда дети меня всё-таки замечают — так и прыгают под деревом, руками машут, «кис-кис» кричат. А я, между прочим, не просто «кис-кис», а Георгий Семёнович. Коротко ─ Жора. Я живу в этом дворе, и у меня много друзей. И кошек, и собак, и людей. А сколько случается с нами интересных историй! Вот послушайте!

Глава 1. Арбузование

Мою маленькую хозяйку зовут Оля, она уже совсем взрослая и учится во втором классе.

Первого сентября она пришла из школы и бухнула на стол толстую-претолстую книгу с чудовищем на обложке.

─ Это что? ─ спросил я (Оля меня понимает, не то, что взрослые!).

─ Циклопедия. Эн. Эн-циклопедия. Будем повышать уровень арбузования.

Шерсть у меня на спине встала дыбом: как всё сложно!

─ Повтори, ─ попросил я. ─ Что-то не очень понятно.

─ Энциклопедия ─ большая, умная книга про всё на свете, — Оля уважительно погладила книгу.

Я с опаской посмотрел на чудовище с обложки и уточнил:

─ ТАКОЕ тоже есть на свете? ─ и на всякий случай посмотрел в сторону шкафа ─ там, под шкафом, всегда можно найти укромный уголок. И ни одно чудовище меня там не найдет.

─ Есть. То есть были. Это динозавры.

─ Понятно… — я ещё раз внимательно оглядел чудовище. Страшное, очень. Лучше поговорить о другом, не таком страшном:

— А что мы будем повышать?

─ Уровень арбузования. Кажется, ─ девочка Оля усадила меня на соседний стул и начала деловито объяснять, ─ Уровень ─ это просто. Как вода в ванне ─ сколько налили, такой и уровень!

─ Зачем тогда повышать? ─ возразил я, ─ Я, к примеру, утону, если повысить — ванна же глубокая!

Девочка Оля нахмурилась и задумалась.

─ Это если уровень ВОДЫ повышать, то ты утонешь. А если уровень АРБУЗОВАНИЯ ─ то не утонешь. Потому, что АРБУЗОВАНИЕ ─ это знания. А в них утонуть нельзя!

─ Не понял, ─ опять вздохнул я, ─ при чём тут знания. Я думал ─ может, арбузы?

─ Сам ты арбуз! ─ возмутилась хозяйка, ─ Нам учительница сказала так ─ надо учиться хорошо, много читать, чтоб получить что-то там об арбузовании ─ документ какой-то! И мама моя всё время учится ─ это самое арбузование повышает. Вот смотри! ─ воскликнула Оля и, сбегав к серванту, принесла синюю книжечку. ─ Читай: «Аттестат о среднем ОБРАЗОВАНИИ». О! Я перепутала. Чуть-чуть совсем. Это не считается.

«Считается-считается» — подумал я.

В тот же вечер мы начали читать эту большую и умную книгу ─ циклопедию. Эн (или энциклопедию?), чтоб много знать и повысить ... Ну, чтоб тоже умными стать.