Китоглав, последний ныне живущий представитель семейства китоглавых. Самые старые ископаемые останки этого семейства датируются 33-28 миллионов лет назад.
Чота ржу, представляя бобров, слушающих это в дамбе.
Well, the beaver wakes up in the morning
Sore from all yesterday's chewing
But he gets back on the tree
'Cause believe you me, busy beaver's got work to be doing
He's a rolling engineer on the loose
Got paws up front and wet feet in the caboose
And everybody's just blown away
Must have that dam in his DNA
Beaver one, beaver all
Let's all do the beaver call, beaver
Now beaver's got a big fat tail
It's a bona fide beaver paddle
Slaps the water on the spot
And that's a warning shot
'Cause you don't want to go to beaver battle
People wonder why the beaver stacks
It's 'cause bears like a beaver snack
And if the big guy gives you a hassle
Sometimes the best thing to do is build a big damn castle
Beaver one, beaver all
Let's all do the beaver call, beaver
Making wetlands that no fire can touch
For the fishes and the frogs and the deers and the ducks
An oasis, protect them from drought
Helping the whole big forest out
Wham bam, build a dam
Beaver doing what he can
Now a beaver's got two big teeth
And an iron in 'em to make 'em orange
That's a beaver fact, you can put it in your pack
Full of fascinating beaver lore
And the beaver's as proud as can be
Comes from a regal beaver pedigree
There once was a prehistoric ancient seven-foot beaver
That's what made me into a beaver believer
Beaver one, beaver all
Let's all do the beaver call, beaver
Бобёр просыпается с утра,
Весь разбитый после вчерашней грызни,
Но снова лезет на дерево,
Потому что, уж поверьте, у работящего бобра дел невпроворот.
Он — инженер из отряда грызунов на вольных хлебах,
Лапы спереди, мокрые ласты сзади,
И все вокруг просто в восхищении —
Видать, тяга к плотинам у него в ДНК.
Бобёр один, бобёр за всех,
Давайте все крикнем по-бобриному, давай, бобёр.
У бобра здоровенный толстый хвост —
Самое что ни на есть бобровое весло.
Лупит им по воде с размаху —
И это предупредительный выстрел,
Потому что лучше тебе не связываться с бобром.
Люди гадают, зачем бобёр городит свои запруды —
А это потому что медведи не прочь полакомиться бобром.
И если здоровяк к тебе пристаёт,
Иногда лучший выход — отстроить себе настоящий замок.
Бобёр один, бобёр за всех,
Давайте все крикнем по-бобриному, давай, бобёр.
Создаёт болота, до которых огню не добраться,
Для рыб и лягушек, оленей и уток.
Оазис, спасение от засухи,
Выручает весь огромный лес.
Бац-бац, строй плотину,
Бобёр делает что может.
У бобра два больших зуба,
А железо в них делает их оранжевыми —
Это бобровый факт, можешь добавить его в свой багаж
Увлекательных бобровых знаний.
И бобёр горд, как только может быть —
Он из благородного бобрового рода.
Когда-то жил доисторический древний бобёр ростом в семь футов —
Вот что обратило меня в бобровую веру.
Бобёр один, бобёр за всех,
Давайте все крикнем по-бобриному, давай, бобёр.
В 1996 году биолог Роберт Тимминс из Общества охраны дикой природы (Wildlife Conservation Society) обходил мясной рынок в городе Тхакхэк, столице лаосской провинции Кхаммуан. Среди привычных тушек крыс и белок он заметил нечто необычное: тёмных, приземистых зверьков размером с крупную крысу, но с густым, пушистым, почти беличьим хвостом и непропорционально крупной вытянутой головой.
Местные торговцы давно знали этих животных и называли их кха-ньу (kha-nyou). Зверьков ловили в окрестных карстовых горах и продавали как обычную дичь. Тимминс, однако, был уверен, что перед ним животное, неизвестное западной науке. Он приобрёл несколько экземпляров и отправил их в Лондон – в Музей естественной истории.
Почти десять лет ушло на то, чтобы разобраться, что это за существо. Скелет зверька озадачил исследователей: его череп обладал настолько своеобразным набором морфологических признаков, что не вписывался ни в один известный род или семейство грызунов Юго-Восточной Азии.
В 2005 году зоолог Полина Дженкинс и её коллеги опубликовали официальное описание нового вида, получившего научное название Laonastes aenigmamus — буквально «загадочная мышь, обитающая в камне» (от греч. laos — камень, nastes — обитатель, aenigma – загадка и mus – мышь). Название рода одновременно отсылало к Лаосу – стране, где было найдено животное. Авторы сочли зверька настолько отличным от всех ныне живущих грызунов, что учредили для него не только новый род, но и целое новое семейство – Laonastidae. Это было сенсацией: открытие нового семейства млекопитающих – событие исключительной редкости. Предыдущее подобное открытие датировалось 1974 годом, когда была описана свиноносая летучая мышь (она же мышь-шмель, Craseonycteris thonglongyai) — самое маленькое млекопитающее на Земле.
Однако не прошло и года, как история приняла совершенно неожиданный оборот. В марте 2006 года палеонтолог Мэри Доусон из Музея естественной истории Карнеги вместе с коллегами опубликовала в журнале Science работу, перевернувшую представление о загадочной «лаосской крысе». Доусон обратила внимание на то, чего не сделали авторы первоначального описания: она сравнила скелет кха-ньу с ископаемыми грызунами. И обнаружила поразительное сходство – с семейством Diatomyidae (диатомииды), группой среднеразмерных грызунов, обитавших в Южной и Восточной Азии начиная с раннего олигоцена (около 32,5 миллиона лет назад) и исчезнувших из палеонтологической летописи в позднем миоцене – примерно 11 миллионов лет назад. Ископаемые останки диатомиид были известны из Пакистана, Индии, Таиланда, Китая, Японии и даже Сербии, но все они датировались глубокой древностью. Никто не предполагал, что какой-либо представитель этого семейства мог дожить до наших дней.
Доусон заключила, что кха-ньу – не представитель нового семейства, а единственный ныне живущий член семейства, которое считалось давно и безвозвратно вымершим. Она назвала лаосскую скальную крысу «целакантом мира грызунов», проведя аналогию со знаменитой кистепёрой рыбой, обнаруженной живой в 1938 году спустя десятки миллионов лет после предполагаемого вымирания своей группы.
В биологии подобные случаи называют «эффектом Лазаря» – по имени библейского персонажа, воскрешённого из мёртвых: таксон, давно считавшийся вымершим, внезапно обнаруживается среди современных организмов. Единственным сопоставимым по масштабу времени примером среди млекопитающих является южноамериканский монито-дель-монте (Dromiciops gliroides) – сумчатое, относящееся к семейству Microbiotheriidae, которое тоже было известно только из миоценовых отложений.
Впрочем, не все учёные сразу приняли гипотезу Доусон. Основной вопрос состоял в том, действительно ли кха-ньу – потомок диатомиид, или сходство является результатом конвергентной эволюции. Ответ дал молекулярный анализ. В 2007 году международная группа генетиков под руководством Доры Хушон из Тель-Авивского университета провела масштабное исследование ДНК лаосской скальной крысы, проанализировав четыре ядерных и два митохондриальных гена. Результат оказался однозначным: кха-ньу – ближайший родственник гребнепалых (семейство Ctenodactylidae, или гунди) – мелких африканских грызунов. Вместе эти два семейства образуют сестринскую группу по отношению к дикобразообразным (Hystricognathi). Молекулярные данные показали, что линии диатомиид и гребнепалых разошлись примерно 44 миллиона лет назад – в эоцене, что хорошо согласуется с палеонтологическими оценками Доусон. Семейство Laonastidae было упразднено; Laonastes aenigmamus заняло законное место в семействе Diatomyidae.
Между тем долгое время ни один западный учёный не видел кха-ньу живым. Всё изменилось в мае 2006 года, когда Дэвид Редфилд – 74-летний почётный профессор Университета штата Флорида, не зоолог, а педагог-естественник и страстный наблюдатель за дикой природой, – отправился в центральный Лаос вместе с тайским орнитологом Утхаем Трисукон. При помощи местных охотников они расставили ловушки с клейким рисом среди известняковых валунов. Четыре ночи прошли безрезультатно, но на пятый день, 17 мая, в ловушку попалась самка. Редфилд снял на видео приземистое, покрытое тёмным мехом существо, которое передвигалось своеобразной утиной походкой, расставляя задние лапы в стороны. Зверька осмотрели, сфотографировали и выпустили обратно в каменистые осыпи. Подлинность съёмки подтвердила сама Мэри Доусон.
Что же известно об образе жизни «воскресшего» грызуна? Кха-ньу – ночное, преимущественно растительноядное животное, питающееся листьями, побегами, семенами и корнями как минимум 18 видов растений, хотя при случае не брезгует цикадами и кузнечиками. Самки, по-видимому, приносят только одного детёныша. Зверьки крайне медлительны и флегматичны на открытом пространстве, но на крутых каменистых склонах их расставленные лапы обеспечивают превосходное сцепление. Это неудивительно: весь жизненный цикл кха-ньу протекает среди карстовых известняковых башен – в расщелинах и нагромождениях валунов, поросших вечнозелёным лесом. Именно эта экологическая специализация, вероятно, объясняет и многомиллионнолетнее выживание семейства, и позднее обнаружение вида учёными. Российские зоологи из ВНИИ охотничьего хозяйства, изучавшие пищеварительную систему кха-ньу, обнаружили у него уникальный среди грызунов объёмный многокамерный желудок, напоминающий желудок некоторых травоядных сумчатых – ещё одно свидетельство глубокой эволюционной обособленности этого животного.
Ареал кха-ньу невелик и строго привязан к карстовым ландшафтам провинции Кхаммуан в центральном Лаосе, а также южной части провинции Боликхамсай. В 2011 году вторая популяция была обнаружена на территории вьетнамского национального парка Фонгня-Кебанг в провинции Куангбинь – её подтверждённый ареал составляет всего около 150 км². Генетические исследования обнаружили среди популяций кха-ньу поразительный уровень микроэндемизма: на территории примерно 200 × 50 км выделено от 8 до 16 эволюционно значимых единиц, разделённых карстовыми массивами, как островами. Вьетнамская и лаосская линии, по молекулярным оценкам, разошлись около 8 миллионов лет назад, что заставляет подозревать: под именем Laonastes aenigmamus на самом деле скрывается целый комплекс ещё не описанных видов.
Охранный статус кха-ньу остаётся предметом дискуссий. Вид был внесён в Красный список МСОП как вымирающий (Endangered), а вьетнамская популяция, по оценкам исследователей, находится под серьёзной угрозой из-за крайне ограниченного ареала, охотничьего пресса и нарушения мест обитания. Впрочем, более поздние полевые работы показали, что в Лаосе зверёк, возможно, не так редок, как предполагалось изначально, – местные жители ловят кха-ньу в карстовых горах на протяжении поколений.
История лаосской скальной крысы – наглядное напоминание о том, как много мы ещё не знаем о биоразнообразии планеты. Животное, которое 11 миллионов лет отсутствовало в палеонтологических записях, обнаружилось не в ходе экспедиции с многомиллионным бюджетом, а на мясном прилавке провинциального лаосского рынка. А живым его впервые увидел не маститый зоолог, а семидесятичетырёхлетний отставной педагог с видеокамерой и запасом клейкого риса.
Шорт, сподвигнувший на написание
Лис Финнеган, маскот канала приюта Saveafox. Пожилой возраст, новообразование в лёгком, лимфома и полный набор болячек. Хозяева решили решили его усыпить, чтоб не мучился.
Последний день жизни Финна.
Upd. Оказывается, Микайлы - девушки с превью, которая была лицом приюта, тоже нет в живых. Покончила жизнь самоубийством, ибо приняла нападки в соцсетях близко к сердцу. Вот что значит повторяющаяся в видео фраза, что Финн воссоединился со своей мамой.
Гренландские киты весят в среднем от 75 до 100 тонн и занимают второе место по массе среди всех животных, уступая лишь синему киту. Это единственный вид усатых китов, обитающий исключительно в Северном Ледовитом океане, где их массивный череп служит тараном для пробивания морского льда. Чтобы выживать в столь суровой среде, гренландские киты в ходе эволюции обзавелись самым толстым слоем подкожного жира среди всех китообразных. Именно этот жировой слой в сочетании с невысокой максимальной скоростью плавания — всего около 10 километров в час — и сделал их излюбленной добычей китобоев. Промышленный китобойный промысел гренландских китов фактически прекратился в начале XX века, полностью сойдя на нет к 1921 году. К тому моменту популяция сократилась до менее чем трёх тысяч особей. К счастью, после прекращения промысла некоторые популяции существенно восстановились: в западной части Арктики численность гренландских китов оценивается сегодня примерно в 12 500 особей.
Гренландские киты весят в среднем от 75 до 100 тонн и занимают второе место по массе среди всех животных, уступая лишь синему киту. Это единственный вид усатых китов, обитающий исключительно в Северном Ледовитом океане: массивный череп позволяет им пробивать морской лёд. Чтобы выживать в столь суровой среде, гренландские киты в ходе эволюции обзавелись самым толстым слоем подкожного жира среди всех китообразных. Именно этот жировой слой в сочетании с невысокой скоростью плавания — всего около 10 километров в час — и сделал их излюбленной добычей китобоев. Промышленный китобойный промысел гренландских китов фактически прекратился в начале XX века, полностью сойдя на нет к 1921 году. К тому моменту популяция сократилась до менее чем трёх тысяч особей. К счастью, после этого некоторые популяции существенно восстановились: в западной Арктике численность вида оценивается сегодня примерно в 12 500 особей.
В 2007 году у одного гренландского кита обнаружили фрагмент гарпуна, застрявший в кости между шеей и лопаткой. Находку отправили куратору Музея китобойного промысла в Нью-Бедфорде, штат Массачусетс, и тот установил, что гарпун был запатентован в 1879 году и, по всей видимости, выпущен около 1890-го. Выходит, этот кит пережил охотничью экспедицию Викторианской эпохи, Первую мировую войну, высадку человека на Луну, изобретение интернета — и всё ещё бороздил арктические воды, когда появился первый iPhone. При этом, несмотря на возраст от 115 до 130 лет, кит вовсе не был дряхлым стариком: он сохранял здоровье и репродуктивную активность, то есть по меркам своего вида оставался ещё относительно молодым. Эта находка поставила перед учёными множество вопросов о том, сколько на самом деле живут эти животные.
Один из методов определения возраста основан на изучении глаз. Хрусталик гренландского кита на протяжении всей жизни накапливает слои белка — наподобие луковицы (а ещё, как известно, слои есть у огров*). Анализируя распад этих белков, учёные определили возраст образцов, взятых в период с 1978 по 1996 год.
Большинству особей было от 135 до 172 лет, однако одному киту, по расчётам, исполнилось 211 — более чем вдвое больше, чем способен прожить любой другой кит, да и любое другое млекопитающее. По долголетию среди позвоночных гренландские киты уступают только гренландским полярным акулам.
Важно различать максимальный и средний срок жизни. Способность дожить до преклонного возраста ещё не означает, что животное действительно до него доживёт. Косатки теоретически могут прожить 80–90 лет, однако в популяции южных резидентных косаток самки живут в среднем 29 лет, а самцы — 17, и это без учёта того, что менее половины детёнышей доживают до года. Ближайший родственник гренландского кита — южный гладкий кит, находящийся на грани исчезновения. Считается, что он мог бы дожить до 130 лет, но в среднем живёт лишь 22 года — из-за столкновений с судами и попадания в стационарные рыболовные снасти. И если гренландский кит способен прожить 211 лет, остаётся лишь представить, какой долгой могла бы быть продолжительность его жизни, если бы мы по-настоящему занимались его защитой.
Уже показывал в ТГ, но покажу и здесь, на память. Недели три назад пошли мы с семейством за грибами в лес, в Новосибирской области. Пошли собирать лисички, а встретили живую лисичку! Которая абсолютно неожиданно вышла к нам из леса.
Это большая редкость тут, чтобы дикие звери без боязни выходили к человеку! Поэтому мы были слегка в шоке. 2,5-летний ребёнок решил что это собачка, сказал "ав-ав" и хотел было идти её погладить:)
Лиса преградила нам дорогу и с любопытством нас рассматривала, а я судорожно накручивал объектив, чтобы её заснять:)
Получилось не очень-то:) Но как есть. А чтобы нам дали пройти, пришлось откупиться. Кусочком соченя с творогом, который животина вполне с удовольствием скушала. После чего удалилась:)
У нас оказывается не один смерч прошелся тогда, а много, просто населенных пунктов не задел, никто и не видел
В общем не случился у нас тургояк в этом году, рискованно с погодой (а ну как реально бы +10 было и че делать? В домике сидеть?) и как то очень дорого для ночи в домике без питания…
Мде, я в детстве лук выковыривала или в тарелке оставляла, а взрослая полюбила, может и мелкая тоже полюбит со временем) но пищевое насилие однозначно страшное зло((