Принято считать, что поверхность Марса — застывшая пустыня, где ничего не происходит. Иногда случаются пылевые бури. Однако свежие снимки с камеры HRSC на борту орбитального аппарата Mars Express показывают кое-что неожиданное: по равнине Утопия, тёмное покрывало вулканического пепла медленно наступает на красные пески. И делает это по геологическим меркам довольно быстро.
Чтобы заметить движение, понадобилось полвека. В 1976 году этот же участок сфотографировали орбитальные аппараты «Викинг». Спустя примерно 48 лет Mars Express снял ту же область — и разница бросается в глаза. Тёмное пятно заметно расползлось, контрастируя с привычной охристой пылью. Для планетарной геологии полвека — это щелчок пальцев. А изменения уже видны.
Сам пепел — древний. Учёные считают, что он состоит из так называемых мафических минералов: оливина и пироксена, богатых железом и магнием. Эти породы родом из недр марсианских вулканов — скорее всего, их выбросили в атмосферу гиганты вроде Олимпа миллиарды лет назад. Кстати, оливин быстро разрушается при контакте с водой, а здесь он прекрасно сохранился. Это лишний раз подтверждает, что Марс был сухим очень и очень давно.
Почему пепел вообще движется? Скорее всего, виноват ветер. Эоловые процессы либо гонят тёмный пепел по поверхности, либо сдувают верхний слой светлой пыли и обнажают то, что было скрыто сотни миллионов лет. Какой из вариантов верный — пока неясно, но оба вполне правдоподобны.
Примерно в шестистах километрах северо-восточнее Якутска, на юго-восточной седловине горы Киргиллях между посёлками Батагай и Эсэ-Хайя, поверхность земли обрушилась внутрь. Батагайский провал получил название по реке Батагай — правому притоку Яны, которая протекает рядом; впадина тянется в длину примерно на километр, достигает стометровой глубины и на сегодняшний день остаётся самым крупным из термокарстовых провалов, известных науке. Сверху котловина напоминает головастика: узкая «голова» в верхней части склона переходит в широкое «тело» площадью около 81 гектара, а из нижнего края вытекает ручей, который уносит талую воду и размытый грунт. Местные жители давно прозвали котловину «вратами в подземный мир» и предпочитают обходить провал стороной, тогда как геологи и палеонтологи из многих стран, напротив, стремятся попасть сюда.
Слово «кратер», которое прочно закрепилось за Батагайкой в прессе, описывает форму рельефа неточно. Алексей Лупачёв из Института физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН руководил исследованием Батагайки и опубликовал результаты в журнале Quaternary Research; по словам учёного, здесь не было ни взрыва, ни удара метеорита, а слово «овраг» или «провал» передаёт суть явления точнее. В англоязычной геоморфологической литературе для Батагайки используют классификацию retrogressive thaw slump — ретрогрессивный термокарстовый провал. Так геоморфологи называют форму рельефа, которая возникает при оттаивании подземного льда и расползается вверх по склону, потому что каждый новый обвал обнажает ещё не растаявший грунт.
Какой бы ни была первопричина, механизм дальнейшего роста котловины учёные описывают единодушно: когда поверхностный слой мерзлоты начинает оттаивать, грунт проседает, более глубокие горизонты подземного льда оказываются под воздействием тёплого воздуха, тают и провоцируют новые обрушения — после чего цикл повторяется. Геологи называют этот процесс вскрытием «ледяной линзы» — массива подземного льда, разрушение которого становится необратимым: вода, которая образуется при таянии, размывает песчаные слои, одновременно углубляет и расширяет впадину. Летние паводки усиливают эрозию и выносят из провала тонны грунта.
Глубина провала связывает геологию с палеонтологией: по мере обрушения стенок на поверхности оказываются слои мерзлоты возрастом до 650 тысяч лет, которые учёные считают старейшими в Сибири и вторыми по древности в мире. По данным Quaternary Research, нижние горизонты провала могут насчитывать от 250 до 700 тысяч лет; фактически Батагайка работает как геологический разрез, позволяющий изучать глубокую древность планеты. Научно-исследовательский институт прикладной экологии Севера СВФУ систематически изучает провал с 2011 года; в мае 2016-го к экспедиции присоединился профессор Джулиан Мертон из Университета Сассекса, который стремился прояснить связь между потеплением климата и формированием подобных котловин.
В июне 2024 года из провала подняли тушу детёныша мамонта возрастом около пятидесяти тысяч лет; палеонтологи отметили, что ни одно из прежде найденных тел мамонтов не сохранилось настолько хорошо. Мамонтёнка назвали Яной и определили как самку чуть старше года: ростом около 120 сантиметров и весом свыше ста килограммов, Яна дошла до наших дней с головой, хоботом, ушами и ртом.
Такие находки возможны лишь в очень узком геологическом контексте: провал в вечной мерзлоте, который продолжает обрушаться, одновременно обнажает древний материал и консервирует органику достаточно надёжно, чтобы мягкие ткани не разрушались.
Значение Батагайки не ограничивается палеонтологией — провал напрямую затрагивает будущее климата. Когда мерзлота тает, микроорганизмы начинают разлагать органику, которую лёд консервировал тысячелетиями, и выделяют углерод в виде углекислого газа и метана. Так возникает петля положительной обратной связи: парниковые газы усиливают потепление, потепление ускоряет таяние, а таяние высвобождает ещё больше газов. По подсчётам учёных, за всё время существования котловины в атмосферу поступило свыше 150 тысяч тонн органического углерода — и с каждым годом эта цифра растёт.
Никита Тананаев из Института мерзлотоведения имени П. И. Мельникова СО РАН предупреждает: при нынешних темпах расширения котловина за ближайшие двадцать лет поглотит соседнюю долину, а местные жители опасаются за посёлок Батагай, до которого — всего семь километров. Впрочем, рост не может продолжаться бесконечно: на дне залегают коренные породы, в которые впадина рано или поздно упрётся, и углубление прекратится. Стенки, правда, продолжат отступать вверх по склону, однако и уэтого процесса существует предел: коренные породы выходят к поверхности примерно в 550 метрах выше верхнего края провала.
При этом Тананаев подчёркивает: расширение Батагайского провала указывает на системную проблему, а не на локальную аномалию. Если температура продолжит расти, а антропогенное давление на северные территории — усиливаться, формирование аналогичных мегапровалов в Арктике станет всё более частым явлением. Батагайка служит одновременно лабораторией и предостережением: провал, который позволяет заглянуть на сотни тысяч лет в прошлое Земли, точно так же указывает на то, каким может стать будущее планеты, если деградация вечной мерзлоты продолжится нынешними темпами.
Непрекращающееся извержение вулкана Семеру. Пирокластический поток запечатлён 20 марта, вулкан проснулся в конце января.
Интересно то, что в этом году попадается очень много контента по извержениям - активизировались многие вулканы тихоокеанских поясов. Однако если посмотреть на статистику, в количественном выражении извержений происходит не больше чем обычно. Поэтому сложно сказать, серьёзнее ли ситуация качественно, чем прошлогодние наблюдения.
Хорошо))